Петербургский театральный журнал
Внимание! В номерах журнала и в блоге публикуются совершенно разные тексты!
16+

АНТОН АДАСИНСКИЙ

Она точно стала бояться прямых проявлений своего «эзотерического опыта», загнала его вглубь. Во «Всаднике» профессионализм ничуть не лучше дилетантства, и один тип театра ничем не предпочтительнее другого. В веселой, чуть истеричной, дразняще-агрессивной — вполне панковской — манере актеры разыгрывают спектакль как серию ничем не связанных между собой картинок, чья барочная избыточность вскоре заставляет вас потерять всякий интерес к логике нагромождений. Театр в театре, цирк и буффонада, домашний театр бумажных фигурок сменяют друг друга с дадаистской спонтанностью. За эклектичной, кичевой плотью ужасов, фантомасов, клоунов, всадников без головы растворяется то, что прежде составляло основу «Дерева» — энергия духовного события.

Этот опасный цветок буто. Театр «дерево». № 4.

Елена Маркова. Что же вы из оранжерейных-то условий вернулись в наш «запущенный сад»? Личные мотивы сработали или ностальгия замучила? Антон Адасинский. У нас нет таких разделений. Театр для нас и есть самый главный личный мотив. Я, когда мы уезжали два с половиной года назад, мать оставил, племянника с сестрой. В этом нет проблемы. Или одно, или — другое. Или ты у детской кроватки сиделкой сидишь, или что-то делаешь. Е.М. Суровая постановка вопроса! И все же, вы вернулись совсем, домой, или только «в гости», на побывку? А.А. Мы везде дома и везде — в гостях!

Корни с дерева. № 4.

В именном указателе:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.