ИЗОЛЯЦИЯ

I Съезд режиссерско-художественного
совета показал не только интереснейшие
работы в разнообразных жанрах, но и дал

богатейший материал для
анализа и прогнозирования
театральной ситуации
в Петербурге. Помещение
молодых художников в общегородской
сценографический
контекст заставило
задуматься о направлениях
развития и перспективах
петербургской школы
сценографии.

О проблеме раздельного
обучения художниковпостановщиков
и режиссеров
говорится давно, но, к сожалению,
дальше разговоров
дело идет редко. Скорее
всего, потому, что в мастерских
(как у режиссеров, так и у художников) не уделяют
вопросу должного внимания, не осознают
его важности для будущей профессиональной
работы. С одной стороны — молодые
режиссеры, которые часто самостоятельно
оформляют свои учебные и даже первые
профессиональные спектакли: кому,
как не режиссеру, автору будущей постановки,
знать, что и как должно быть на площадке.
Поэтому неизбежная встреча с художником
часто становится значительной
художественной и этической проблемой.
С другой — художники, которые в период
учебы чаще всего решают существенные
профессиональные задачи: отрабатывают
композиционные или цветовые решения,
технологические сложности, оттачивают
свое мастерство. Пьесу же каждый понимает
в меру своих возможностей, а режиссерский
замысел отдается на откуп мастеру
(тоже, естественно, художнику) или вообще
отсутствует.

Опыты совместной работы в процессе
обучения, конечно, случаются почти на
каждом курсе, но они единичны и часто
воспринимаются как формальное задание.
Пять драгоценных лет обучения уходят
в основном на склейку макета. Макет,
а не навык визуального воплощения режиссерской
мысли или готовность к работе
в спайке с другими авторами спектакля
становится конечной целью, результатом
работы студента-сценографа за семестр.
Именно такие макеты и выставили
художники — участники съезда.

Разбросанный по помещениям одного
из недостроенных этажей Bye Bye Ballet
строительный мусор стал основой оформления
выставочного пространства: кирпичи
и обломки гипсобетона заменили привычные
крестовины и выставочные подиумы
для макетов. Дыхание преображенного
таким образом пространства во многом
повлияло на стиль и формат работ. То, что
на студенческих обходах выглядело полупрофессиональной
попыткой, здесь смотрелось
выигрышным, а главное, осмысленным
ходом.

Выставлялись в основном студенты
СПбГАТИ — III курс В. Полуновского, IV —
В. Фирера и выпускной V курс В. Окунева
— редкая, удивительно ценная возможность
увидеть и сравнить работы разных

мастерских. Участники макет для выставки
выбирали сами — жанровых, стилистических
или каких-либо других ограничений
организаторы не налагали. Вероятно,
поэтому, в силу отсутствия общего критерия,
объективное сравнение невозможно
— каждый макет был по-своему обаятелен.
Но общие тенденции стиля мастерских,
их профессиональный почерк были
легко уловимы.

Цветовая дисгармония, оригинальность
материалов и буйная фантазия окуневцев
проигрывали в сравнении с лаконичностью,
композиционной четкостью и универсализмом
макетов фиреровцев. В работах
художников-постановщиков именно
музыкального театра, как ни странно, обнаружились
проблемы с композиционной
ритмизацией пространства и динамикой
сценических перемен. Заявленные средства
часто выглядели необоснованными
и оторванными от музыкального или литературного
материала. Хотя оригинальности
идей мастерской Окунева, их яркости
и самобытности можно позавидовать.

Умение фиреровцев работать с так называемыми
архетипическими композиционными
структурами (геометрические
формы — круг, квадрат и т. д., архитектурные
единицы — дверь, портал, лестница)
не компенсировало частой захламленности театральными штампами. Необдуманное
тиражирование объектов оказалось
главной проблемой мастерской.

В работах студентов В. Полуновского
четко прослеживалось стилистическое
и композиционное единство оформления
пространства — ценнейшее на этапе
обучения умение. Грамотный отбор материалов
и средств — характерная черта
почерка этой мастерской. К сожалению,
существует проблема плоскостного восприятия
и построения сценического пространства
и, как следствие, воспроизведения
однотипной композиционной модели.

Но самый важный, самый наглядный
вывод, который следует из работ всех мастерских,
неумолим: макет, каким бы профессиональным,
оригинальным и замечательным
он ни был, без режиссерской
трактовки мертв. И пора бы уже всерьез
заговорить о культуре профессионального
общения будущих сценографа и режиссера,
обратить внимание на острый вопрос
продуктивности их совместной работы
в современном театре.

В диалоге с участниками съезда Э. Капелюш
четко обозначил суть проблемы:
«Изоляция, в которой пребывают студенты
в течение пяти лет». Когда, кто и как преодолеет
эту изоляцию, пока неизвестно…