Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

ПЕТЕРБУРГСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА

ИРИНА САВИЦКОВА

И. Савицкова (Душечка). «Душечка».
Театр им. Ленсовета.
Фото В. Васильева из архива театра

И. Савицкова (Душечка). «Душечка». Театр им. Ленсовета. Фото В. Васильева из архива театра

Не сглазить бы, но, похоже, мы в самом деле переживаем не худшую пору для театра. Суть даже не в количестве интересных постановок и заметных ролей. О том, что это не просто «грибной сезон», говорит резкое омоложение театра: на сцену и в режиссуру идут целыми связками, завязываются новые художественные узлы. (Кстати, тематика работ студентов-театроведов резко помолодела, стало интересно писать о сверстниках, они являются на сцену не с пустыми руками.)

Ирина Савицкова, это очевидно, как раз вне «связки». Между тем ее явление в спектаклях последних сезонов — исключительный довод в пользу сегодняшнего творческого подъема петербургской сцены. Это случай, когда обжигающий небывалой узнаваемостью современный нерв входит в самое технологию актера.

Актриса вышла на Малую сцену Театра им. Ленсовета — Электрой. То был не Софокл и не новейшие классики — Ж. П. Жироду-фис, эхо своего знаменитого отца. Пьеса-реплика, притча о пошлой рутине власти и обыденного существования и о бунте, максималистски отрицающем самого себя, — оказалась нужна режиссеру Юлию Дворкину для более сложного построения. Живые цитаты из античных источников прослоили спектакль: режиссера интересует механизм трагедии, связь семейной истории с крушением мира. Тут-то и явилась Электрой Ирина Савицкова — в резком гриме-маске, в черном платье, с невероятной концентрацией воли, с этим голосом, завороженно-требовательным.

Что за фантазия, в самом деле? Спектакль Ю. Дворкина, Электра Савицковой — вполне экзотическое явление среди намеренно не «артикулированных», мерцающих, текучих персонажей новейшей сцены. Есть такой персонаж и в «Электре», вышедшей в конце 1997 года: Орест Михаила Трухина, царевич-подкидыш, безвольный, никакой герой, джокер в чужой игре, без почвы и опоры. Он и становится орудием катастрофы, он и убивает мать и царя.

И. Савицкова (Она), Д. Поднозов (Художник).
«Царство». Театр «Особняк».
Фото из архива театра

И. Савицкова (Она), Д. Поднозов (Художник). «Царство». Театр «Особняк». Фото из архива театра

Неукротимая Электра — антипод такого Ореста, но суть в том, что и она, с ее несгибаемым внутренним стержнем, испепеляющим сарказмом, обнаруживает невероятную мобильность. Трагической антагонисткой, достойной и самого Софокла, оказывается, двигала воля к игре — и вот на гребне катастрофы у нее открывается второе дыхание — огромный запас женственности, столь же явный, как до этого было траурное исступление.

Такова Ирина Савицкова. После Электры возникли роли современных героинь — и в них тем более наглядно был подтвержден мощный потенциал ее пребывания на сцене. В «Царстве» А. Попова, поставленном В. Михельсоном в «Особняке», актриса играет не «свою сверстницу», как говаривали в рецензиях еще лет двадцать назад, нет; на этой мини-сцене, в этой портативной драме она, как в оратории, ведет партию женской судьбы, одну из двух пересекающихся в спектакле. Это не может не поразить. Абсолютная узнаваемость, современный нерв — и такая вескость сценического существования, как если бы она была завещана античной Электрой. Героиня Савицковой не носит котурн, ее можно представить себе на ближайшем городском перекрестке, — но она и знак современной судьбы и современной души, неприкаянной и стойкой. Перипетии отношений с героем важны, но это и своего рода ритуал, танец, рисунок судьбы.

И. Савицкова (Электра), Г. Субботина (Клитемнестра).
«Электра». Театр им. Ленсовета.
Фото В. Васильева из архива театра

И. Савицкова (Электра), Г. Субботина (Клитемнестра). «Электра». Театр им. Ленсовета. Фото В. Васильева из архива  театра

Ирония театрика в запущенной комнате, поддержанная художником (В. Павлюк) и ее партнерами — Дм. Поднозовым и Т. Крехно, — на руку актрисе, эта ирония свойственна и ей. Тем четче ее партия в «маленьком спектакле о любви», где она успевает прочертить параболу из маетного для ее героини «треугольника» в пространство, где нет тяжбы о праве на любовь.

Кажется, совсем другое дело — кода спектакля «Шутки Птушкиной» в Театре им. Ленсовета. Парафраз, почти ностальгический, «арбузо-розовый», на тему «племени младого, незнакомого», стал чуть ли не моментом истины постановки Ю. Кордонского. Ирина Савицкова в паре с Сергеем Дьячковым выскакивают на сцену как черти из коробки, в боевой раскраске панков. Вместо того чтобы приятно эпатировать буржуя на сцене и в зале, оба актера в самом деле успевают сказать о своем времени и о поколении. Акцентированный эксцентрический грим Савицкова носит здесь, как носят маску и котурны, «анфан терибли» проносятся по финалу спектакля, задавая новую меру «правдоподобия чувствований» на сцене, и в сочетании с игрой «родителей» — Л. Мельниковой и О. Левакова — достигается драматическое звучание, не отменяемое и хэппи эндом финального стоп-кадра спектакля.


И. Савицкова (Принцесса), А. Зибров (Жак).
«Кот в сапогах». Театр им. Ленсовета.
Фото В. Васильева из архива театра

И. Савицкова (Принцесса), А. Зибров (Жак). «Кот в сапогах». Театр им. Ленсовета. Фото В. Васильева из архива театра

Если сказанное выше сколько-нибудь похоже на правду — для этой ли актрисы Душечка? Еще недавно такое невозможно было бы представить не то что на сцене — мысленно. Сегодня театр, напротив, не в состоянии ограничиться эмоцией умиления; импульс классики взывает к интеллекту современного художника никак не меньше, чем к его эмоциям. У режиссера Г. Васильева и старосветские помещики в ТЮЗе — не вечные ангелы в раю, а уже отрезанный ломоть жизни, усыхающий и рассыпающийся на глазах (ведь и Гоголь пишет о царстве мертвых, поминает своей повестью малороссийских Филимона и Бавкиду, уже невозможных в реальной жизни). Так и Чехов: каждой буквой своего рассказа он не просто «воспевает» Душечку или демонстрирует ее прелесть. Сколько в ней очарования — столько и чеховского холодного ужаса перед максимализмом самозабвения перед этим перекати-полем женской души. Чеховская проза являет чудо соединения очарования с ужасом. После Чехова был Блок, уже драматически обостривший разрыв, нецельность: блоковская «Незнакомка» не менее явно, чем «Душечка», стоит у начала спектакля Г. Васильева, который раздвигает границы сюжета беспредельно.

Оказывается, от прелестной самозабвенной Душечки до Мировой души всего-то один шаг. Душечка в воспоминании мужчин за столиком в вокзальном ресторане и вечная женственность, не улавливаемая словами и между тем присутствующая рядом, — вот что играет актриса. Связь Чехова и Блока в художественном содержании спектакля очевидна, ощутима. Чтобы этот слой смысла мог получиться, нужна была именно Ирина Савицкова, и смело можно сказать, что подобной героини у нас не было. Не проходила еще так близко к зрителям (авансцена камерной площадки) чеховско-блоковская Прекрасная дама, мечтательно-горестно вздыхая, задавая всем загадку и ни к кому не обращаясь, — Панночка? Мировая душа?

А уютное амплуа душечки (коварное, с глубинами под спудом) также выполнено — в дуэтах с героями ее романов, поддержано и во второй женской партии этого спектакля — в Мавре Елены Маркиной. Та замечательно играет вариант флоберовской преданной «простой души» (вот еще одно преломление общей темы). В этом спектакле монолог Мировой души из чеховской «Чайки» — этот, так сказать, выход Душечки в космос и в вечность возникает без каких-либо оправданий сюжетом — но закономерно в законах этого спектакля и естественно в устах Савицковой — Душечки. И кто еще сыграет это? Современный театр получил свою актрису — незаурядного темперамента, своеобразнейшего мироощущения, актрису интеллектуальную, великолепно чувствующую сценическую структуру любой сложности.

Июнь 1999 г.

В указателе спектаклей:

• 
• 
• 
• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.