О СПЕКТАКЛЕ

От спектакля веет каким-то замысловатым
бесстыдством, и кажется, что чувствуешь запах
немытого тела этой прячущейся от мира в грязной
норе кинозвезды. Противная тягучесть полувнятного,
со множеством шипящих текста
прерывается вдруг сухими электрическими разрядами,
здесь просто вздрагиваешь от ужаса и неожиданности
— неприятно. Крайне отталкивающий
облик Мэрилин Сандры Коженяк постоянно
конфликтует в твоем сознании с мармеладными
Душечкой, Амандой и Лорелей Ли. И вспоминая
роли Монро, по ходу дела осознаешь, что ничего
или почти ничего выдающегося эта фантастическая
актриса так и не сыграла. Вот он, парадокс,
и он-то, по-моему, и отражен в этой странной пьесе:
мир хочет видеть Мэрилин такой, а она желает
и пытается стать иной. Мир стремится сделать
ее объектом, а она мечтает быть субъектом. Мечтает,
но может ли? Это вопрос. Что замечательно:
польская актриса играет Мэрилин, во-первых,
полнейшей дурой, а во-вторых, крайне вульгарным
существом. Все ее претензии трактовать Достоевского
и жалкие потуги мыслить и рассуждать
только раздражают. И все-таки даже у такого
существа есть свой счет к миру, который она
и пытается предъявить. Но недаром режиссер помещает
ее на помост, который напоминает стол.
Она — взбунтовавшееся блюдо. Которое в конце
концов усмирят и подготовят к священному
празднику. Последняя сцена — когда в полной
тишине снимается кадр с участием вышедшей
таки на работу звезды-мармеладки — выглядит
ритуалом жертвоприношения. Собственно, финальный
огонь был уже не нужен. И так все ясно.
Жесткий, неприятный и совершенно не сентиментальный
спектакль о жалкой судьбе одной из
самых фантастических киноактрис.