Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

ХРОНИКА

ДИСТАНЦИЯ ОГРОМНОГО РАЗМЕРА

Режиссер и педагог — профессии разные. Две постановки Романа Козака в этом убеждают. Как педагог он сделал «Бурю» Шекспира со студентами школы-студии МХАТ (курс О. Н. Ефремова). Получился нежный, смешной, лукавый, простодушный, немножко грустный спектакль.

Шекспировская пьеса в руках у Козака стала похожа на детскую сказку. Место действия — остров, где то и дело звучит музыка (почти все герои спектакля играют на разных дудочках), где люди могут разговаривать с духами на особом языке — обмениваясь мелодиями (как Просперо и Ариэль: сидят друг против друга и играют мелодии — вот и весь их разговор). На этом острове можно посмотреть спектакль, где актеры — Ирида, Церера и Юнона.

Все герои сказки очень молоды, и дело не в возрасте даже, а в том, как они живут. Вот, например, Просперо (А. Арсентьев) — мудрец, волшебник, а нетерпелив и горяч не меньше, чем его пятнадцатилетняя дочь; не умеет скрыть ярости, когда говорит о предательстве своего брата, и двенадцать лет, прошедшие с той поры, не умаляют нанесенное ему оскорбление. Как мальчишка, ревнует дочь к Фердинанду, хотя сам устроил и их встречу, и их безудержную влюбленность. Как неопытный юноша, смущен и ошарашен вдруг случившимся поцелуем с Ариэлем (Л. Хуснутдинова), в котором вместо бесплотности, присущей обыкновенно духам, появилась на секунду чарующая женственность.

Если Просперо таков, что же говорить об остальных?

Актеры играют своих юных героев самозабвенно искренно, так, что, кажется, их искренность, сплавленная со старанием, позванивает где-то между слов роли, привнося в спектакль удивительный оттенок неподдельности — совершенно особенной, присущей, может быть, только детской сказке.

Сценография «Бури» не богата, но смотрится свежо. Вход в пещеру, сложенный из книг, как из кирпичиков, две свечи, раскрытый на «Буре» томик Шекспира (иногда актеры читают по нему ремарки), деревянный круг в центре сцены с воткнутыми в него бутафорскими камышами — то ли сам остров, то ли здешнее болотце.

«Буря» пленяет изяществом таланта.

Режиссером последней мхатовской премьеры — спектакля «Самое главное» по пьесе Н. Евреинова — был тот же Р. Козак. Работала вместе с ним команда людей известных, способных сделать игру самоценной, завораживающей. Это В. Гвоздицкий, О. Мысина и А. Феклистов — актеры, исполняющие главные роли, и Ю. Хариков — сценограф.

Спектакль вышел скучным, утомительно несмешным.

От дуэта В. Гвоздицкого и О. Мысиной, которые впервые встретились как партнеры по сцене, ждали многого. Потому что в судьбах этих актеров было одно принципиальное совпадение, выведшее их на единую (высочайшую, далеко не всем доступную) профессиональную планку и открывшее в них едва ли не определяющее качество их актерской природы. Это совпадение — их встреча с режиссером К. Гинкасом. Режиссером, который сделал явной их способность удерживаться на грани, разделяющей, с одной стороны, актера и образ и, с другой стороны, образ (персонаж) и зрителей. Это двойное остранение, этот особый способ существования на сцене и делал Гвоздицкого и Мысину особенными среди актерской братии Москвы. Память о том, как они играли в ТЮЗе и сколь необычной была их техника, заставляла ждать от них головокружительного дуэта, а не просто профессионального партнерства.

Мысина и Гвоздицкий сосуществовали на одной сцене, друг друга не замечая.

Хариков известен своим умением создать на сцене фантасмагорические декорации, сверх театральные, в которых часто больше лицедейства, чем в самих актерах. В этом спектакле в правом верхнем углу висит нарисованная деталь капители колонны. Само игровое пространство меняется с помощью системы ширм (выглядят они бедно и блекло). И только в самом финале возникает задник, нескончаемый, постоянно ползущий вверх: Колизей, положенный на бок. Это единственная удача сценографии в спектакле «Самое главное».

Р. Козак не использовал в своем спектакле ни одну из тех возможностей, которые были у него в большом количестве. Почему? Возможно, Р. Козаку действительно дано быть дивным режиссером-педагогом студенческих спектаклей, но у него не получается быть режиссером репертуарного театра и работать с опытными актерами. Во всяком случае, все его спектакли, сделанные на большой сцене за последние три года, это подтверждают.

В указателе спектаклей:

• 

В именном указателе:

• 
• 
• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.