Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

ПУТЕШЕСТВИЕ ИЗ ПЕТЕРБУРГА

ВАРИАЦИИ НА ТЕМУ САМОДУРОВА

Неаполь / Видение розы / Вариации Сальери.
Урал Опера Балет (Екатеринбург).
Балетмейстер-постановщик Вячеслав Самодуров, дирижер-постановщик Павел Клиничев

М. Нисигути, А. Селиверстов в спектакле «Вариации Сальери». Фото О. Керелюк

Бурнонвиль и Самодуров в один вечер — такое сочетание уже встречалось. 2014 год, конкурсные показы «Золотой маски». Вячеслав Самодуров худручит в Екатеринбургском балете третий год. Вторые гастроли его проектов на «Маске». «Консерватория» и две оригинальные вещи, «Вариации Сальери» и «Cantus Articus», производят большой, если не сказать грандиозный, эффект. «Консерватория» — со своими недостатками, в основном технического свойства — показала, что худрук выбирает для обучения артистов хорошие и незаезженные вещи. А «Вариации Сальери» — как это ни пафосно, явление заметного хореографа-неоклассика, который размышляет о том, что такое балет сегодня.

С тех пор труппа во всех смыслах выросла. Перетанцевала стилизации под старинные балеты Юрия Бурлаки и Сергея Вихарева, «Вальпургиеву ночь» Баланчина, уйму самодуровских постановок. Появились сформировавшиеся при худруке пары солистов, обновился ансамбль. К 2021 году Урал Балет — одна из двух ведущих трупп в регионах, Самодуров — один из лучших хореографов страны. И вот возвращение. Снова обучающий Бурнонвиль, снова трикстерные «Вариации Сальери».

ПЛЯЖНАЯ ШТУЧКА

Х. С. Паулли, Э. Хёльстед. «Неаполь».
Дивертисмент из балета.
Хореография Августа Бурнонвиля

Почему Бурнонвиль — обучающий? Август Бурнонвиль создал в первой половине XIX века в Дании школу, которая со временем превратилась в небольшой, но важный феномен. Балету Бурнонвиль учился во Франции; но датская школа заметно отличается и от французской, и от выросшей из того же корня русской. «Камерная», не рассчитанная на явные эффекты манера исполнения. Рисунок, полный технических подробностей. Особенно это видно в мужском танце: высокие прыжки, которые должны выглядеть парящими, безусильными, мелкие быстрые движения ног. Бурнонвиль может быть сложен для танцовщиков русской школы, но прекрасен для дисциплины, приобретения новых свойств.

Е. Малкович, Е. Кабанова в спектакле «Неаполь». Фото О. Керелюк

«Консерватория», первый заход, представляла собой буквально балет с азов. Самодуров взял постановку, в которой театрализован старинный датский экзерсис, а персонажи — ученики и педагоги. «Консерватория» и танцевалась ученически — с трогательными или досадными помарками, вразнобой, была труппе на вырост.

Сейчас выбран «Неаполь». Одно из популярных бурнонвилевских названий. В идеале — полнометражный спектакль, в котором может участвовать вся труппа, где сочетаются бесконечные веселые танцы для солистов и ансамбля и пантомимные партии для «старших» (в Дании танцовщики рано уходят на пенсию; смена танцевальных партий на «пешеходки» — естественный ход карьеры). Самодуров предпочел дивертисмент, в котором остались ансамблевые танцы и вариации солистов.

Е. Малкович в спектакле «Неаполь». Фото О. Керелюк

«Неаполь» на родине периодически обновляется внешне. Версия Урал Балета похожа на редакцию, которую сделал худрук Датского Королевского балета и переосмыслитель старинных балетов Николай Хюббе. Вместо приморского квартала и грота — современный пляж. Герои — вне времени (юность и задор всегда одни). Сюжет в дивертисменте ослаблен, но главное — радость, энергия, небольшое дружеское соревнование, кто ловчее и краше, — на месте. И в этом смысле «Неаполь» — снова спектакль на вырост.

В дивертисменте основными становятся отдельные (соло или дуэты/тройки) выходы. По ним на премьерном блоке можно было гадать. Участники баллабиля и pas de six пока осваивают новый стиль (и скоро освоят; претензии к технике есть, но спектакль только начал жизнь и будет продолжать служить пособием). А «тарантельщики» — уже обжились: солисты театра Святослав Моисеев и Иван Суродеев изящны и быстры, подают пример и «разогревают» всех к финалу. «Неаполь»-дивертисмент все же оказывается историей — про саму труппу Урал Балета. Распределение артистов превращает заложенное в постановке соревнование в школу, в которой для идеального театрального события молодые танцовщики подтягиваются за более опытными.

«Неаполь». Сцена из спектакля. Фото О. Керелюк

ВЫ СНОВА ЗДЕСЬ, ИЗМЕНЧИВЫЕ ТЕНИ

А. Сальери. «Вариации Сальери» (версия 2021).
Хореография Вячеслава Самодурова, сценография Альоны Пикалов

Если Бурнонвиль — тренировка, то «Вариации Сальери» (и прежние, и премьерные) — балет, полностью рассчитанный на силы труппы, ровно на ней «сидящий», единение артистов и хореографа. То, как изменилась постановка с 2013 года, показывает путь Урал Балета.

«Вариации Сальери». Сцена из спектакля. Фото О. Керелюк

Идейная основа сохранилась. Самодуров продолжает (несмотря на лукавые интервью «здесь нет философии, просто танцы») думать, что есть балет. Что это не для балетоманов, людей, замкнутых в мирке сильфид. Для внешнего, неувлеченного наблюдателя. Первые «Вариации» — о балете как заедающей безделке. Красавицы ломаются, принцы убегают, все забывают, как верно выполнять па. То была деконструкция (нео)классического танца. Злая, горькая и смешная. Кроме того, был фокус: некоторые хореографические находки версии-2013 можно было счесть и оригинальными идеями, и страховкой для не самых сильных танцовщиков.

«Вариации Сальери». Сцена из спектакля. Фото О. Керелюк

Новые «Вариации» — тоже размышление о танце. Но изменился и тон, и характер танцев. Эффекты и идеи прежней постановки теперь кажутся грубоватыми, пиротехническими. Самодурову больше не нужно явно корежить движения. Да и балет больше не игрушка. Это тень: увядающая, теряющая форму, печальная, но все же «помнящая» былую пышность. Вместо выкрученности — печально опавшие головы танцовщиц, механистичные движения, жесткие, негнущиеся ноги, приземления в шестую позицию (прямо стоящие стопы). Мотив теней дублируется. В танце это отсылки к самым известным теням и призракам. То мелькнет цепочка девушек из «Баядерки», то круг из «Жизели». Узнать легко, но первые будто бредут с похорон, а вторые затанцовывают насмерть не того принца. Тени блуждают и физически, как часть оформления. Нина Индриксон освещает простой однотонный бордовый задник так, что временами по нему рассыпаются темные силуэты балерин и танцовщиков — идеальные бестелесные артисты, противоположность тем, кто танцует сейчас.

«Вариации Сальери». Сцена из спектакля. Фото О. Керелюк

Здесь встречаются балет былой, прекрасный, торжественный, тот, что остался в воспоминаниях, осколках спектаклей, образах когда-то живших, и балет живой, неидеальный, грубоватый, с помарками. Самодуров вроде бы критичен. Все стало механизмом. Не балерины, а неловкие куклы, торчащие ногами вверх в поддержках, не принцы, а нелепые сталкивающиеся мальчики. Но в то же время постановка и артисты опровергают утверждение о «порче» балета как феномена. Спектакль строг там, где надо (вообще-то это образцовый неоклассический балет), сложен и требователен (во многом заслуга не только хореографии, но дирижера Павла Клиничева и взятых им темпов). Артисты, в особенности солирующие Мики Нисигути и Алексей Селиверстов, драматичны и величавы. Жив ли балет? «Вариации» не только дают надежду на «да» в финале, но и сами живее многих живых.

Февраль 2021 г.

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.