Петербургский театральный журнал
16+

ДВЕ ВАРИАЦИИ НА НЕСОВРЕМЕННУЮ ТЕМУ

М. Себастиан. «Безымянная звезда».
Театр им. В. Комиссаржевской.
Режиссер Вениамин Фильштинский

Казалось бы, лирическая история о любви, о ее невозможности, рассказанная М. Себастианом, — на все времена. Простая, понятная, добрая — пьеса для всех. Однако «Безымянная звезда» давно не появлялась на петербургской сцене. Может быть, потому, что найти актрису на роль Моны, женщины-звезды, необычайно сложно?

В недавней премьере театра В. Комиссаржевской Мону сыграли (в разных составах спектакля) Татьяна Кузнецова и Евгения Игумнова. И получились две разные истории, две вариации одного сюжета…

ВАРИАЦИЯ ПЕРВАЯ. ОЧЕНЬ ПРОСТАЯ ИСТОРИЯ

Евгения Игумнова — Мона, Родион Приходько — Мирою. Это история, в которой все просто и привычно. Она про то, как молодая, хорошенькая, очень избалованная содержанка сошла с поезда в захолустном городке и встретила красивого молодого человека, с которым интересно и необычно провела ночь. И уехала.

История из нашей жизни. Любая школьница теперь точно знает, что выбрать — любовь или красивую жизнь.

Героиня Е.Игумновой появляется на перроне сногсшибательной красавицей. Смуглая кожа, ослепительно-белое платье. Думаю, не я одна в зале провела половину скучного первого действия, любуясь этим необычайной красоты платьем и тем, с какой простотой и грацией носит его Мона. Перед нами предстала девушка, в которую (верится легко) были вложены немалые деньги и которая это вложение полностью оправдывает.

К сожалению, кроме красоты героини эта версия «Безымянной звезды» ничем не примечательна. Марин Мирою здесь не более чем заурядный молодой человек, простак, мальчик-переросток, играющий в свои игрушки- звезды.

И хотя мы видим превращение Моны из высокомерной избалованной молодой женщины в ребячливую, непосредственную девушку, искренне увлекающуюся симфонией Удри, любующуюся полевыми цветами, любви здесь не получается и каких-либо других чувств тоже. Мона не знает, что такое любовь и не готова к ней. Она, как ребенок, сопротивляется Григу, сердится на него, но с самого начала ясно, что ей в этом городе делать нечего. Она не знает другой жизни и никогда ее не поймет. Да и Марин выглядит несколько нелепо в роли влюбленного. Для него более органично закопаться с головой в книги, удалившись от внешнего мира, что он и делает в финальной сцене спектакля.

Эта история не нужна ни ей, ни ему и вряд ли оставит какой-либо след в их душах.

ВАРИАЦИЯ ВТОРАЯ. ПЯТЬ МИНУТ СЧАСТЬЯ

Это история о встрече двух одиноких, уставших людей.

Марин Мирою Александра Баргмана более брутален, менее доброжелателен и дружелюбен. Кажется, он уходит с головой в работу оттого, что понимает всю пошлость и скуку повседневной жизни.

При первом же знакомстве с Моной Татьяны Кузнецовой мы видим на перроне далекую, не просто холодную, а какую-то внутренне замерзшую женщину. Потухшую звезду. Небольшая белая вуаль скрывает ее лицо, придавая ему еще большую бледность и отстраненность. Ей не просто неприятно, что ее задержали «посреди леса», ей почему-то очень плохо. Это видно сразу.

Они оба внутренне наполнены. Каждый своей драмой. Возможно, разочарованием. Их тянет друг к другу, потому что они похожи.

Влюбленность приходит не сразу. В спектакле есть замечательная сцена. Наступает ночь, спускаются ниже бело-лунные фонари- звезды, в доме Мирою зажигается настольная лампа. Уютно и спокойно вокруг. Уже утихли эмоции, непонимание безумного вечера. Мирою прекратил злиться на то, что Мона не разделяет его идей, а Мона перестала бояться странного полусумасшедшего человека и его необычного жилища. Они словно оттаяли и доверились друг другу. Мирою говорит об открытой звезде, Мона о скуке и ненужности столичной жизни. И так естественно и логично в конце этого разговора Мона благодарно и нежно целует Марина. Если поцелуй второй пары — Е. Игумновой и Р. Приходько — был неоправдан, то здесь все понятно. Мона, может быть, впервые встретила человека, который ее слушает и слышит.

Наутро оба героя счастливы и выглядят помолодевшими. Моне действительно хорошо в этом захолустном городишке. Но, кажется, она догадывается, что не останется здесь надолго, ведь изначально в этом спектакле она была не только изнеженной и пресыщенной, но и умной взрослой женщиной.

Если героиня Е. Игумновой уезжает в финале, разозлившись на то, что Григ все испортил, то Мона Т. Кузнецовой уезжает с досадой на себя саму.

В том, что она выбирает Грига, виден жест взрослого человека. Недавно я услышала любопытную фразу: «Тридцатилетняя женщина отличается от двадцатилетней пониманием того, что пять минут счастья — это уже счастье и этого может быть вполне достаточно для дальнейшей жизни».

Мона Кузнецовой устроила себе однодневный праздник, позволила окунуться в счастье, но счастье — это не вся жизнь.

Простая, понятная, добрая — пьеса для всех…

В указателе спектаклей:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.