Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

РАЗГОВОРЫ

ОБ АРТИСТИЧЕСКОМ СКЛАДЕ ХАРАКТЕРА

Беседу с Владимиром Машковым ведет Марина Дмитревская

Уже после нашей беседы, направляясь по улице Чаплыгина к Садовому кольцу, я вдруг увидела улицу Машкова. Это пересечение показалось мне прямо-таки забавным и говорящим: улица Машкова находится в непосредственной близости к театру, которым с недавних пор руководит Владимир Машков. Налево — Табакерка, направо — «Машкова». Перекресток.

Двадцать лет не игравший на сцене, не живший в России, теперь он целые дни проводит в Табакерке и школе при ней (она еще ближе к улице Машкова), истово отдаваясь новому (или хорошо забытому старому) делу, которое, по его словам, «не нами начато — не нам его и заканчивать».

Мы не были знакомы и разговаривать было не слишком просто, тем более что Машков актер, вот целиком — актер, и ему иногда проще моментально перевоплотиться, показать, чем объяснять что-то незнакомому человеку.

«Я готов ответить за любой базар, который происходит под моим именем. Потому что у меня есть цель». Эта фраза, сказанная для разминки (наверное, Владимир Львович думал, что я жду от него «включить Гоцмана»), и послужила поводом к первому, вполне спонтанному, вопросу.

Марина Дмитревская А цель сформулирована, Владимир Львович?

Владимир Машков Цель? Да. И не мною она сформулирована, а Константином Сергеевичем, а вслед за ним и до него многими артистами, об этом же говорили Василий Осипович Топорков и Олег Павлович Табаков. Понимаете, степень таланта своего мы не знаем. Загадочная величина этот, по определению Виктора Розова, «атом солнца» — мера излучения таланта. Мы можем подозревать, предчувствовать его, но все равно стремиться к успеху. Неудача и удача — слова из обыденной жизни, а театр — место для возвышенного, тут нужен именно успех. Успех у зрителя, у себя рождает новые смыслы для твоей деятельности… Вот вчера открывали памятник Евгению Богратионовичу. Я всегда был им увлечен, всегда. У меня мама, работая в театре кукол, занималась режиссерской деятельностью и передала мне любовь к Вахтангову и театру-празднику, театру успеха…

Дмитревская А мне кажется, что категория успеха, о которой вы говорите, не была коренным образом свойственна русской культуре, успех был всегда немножко стыден. Нет? Ведь поражений от победы ты сам не должен отличать? Или устарело?

Машков Успех — это огонь, подтверждающий твой талант, подтверждающий, что ты не напрасен.

Дмитревская Успех — смотря у кого? Он же тоже имеет градации.

Машков Успех — да, не в количестве аплодисментов и цветов, а в том, какое задание ты в конце спектакля даешь себе на следующий. Когда в конце дня пытаешься понять — осмысленно, успешно ли этот день прожил? Относительно себя как человека, относительно своих сил. Понимаешь это не как тот, который выкладывался сейчас на сцене, а как тот, кто болезненно сомневается, кто задает себе вопрос — а тем ли я вообще занимался сегодня? Это другие состояния… В моем понимании, успех не измеряется ничем материальным, это романтическая театральная категория.

Дмитревская Не прагматическая, а романтическая? Разве настоящий романтик не уходит в скит, не бежит от людей в приют отшельника, в горы, не творит там, не думая об успехе у публики?..

В. Машков на репетиции. Фото К. Бубенец

Машков Для меня театр неразрывно связан со зрителем. Зритель может быть очень разный, но в эти полтора часа ты должен сделать все, чтобы он смотрел, чувствовал, начал зеркально узнавать свою ситуацию, начал слышать уже не артиста, а себя… Есть разные периоды в жизни человека. Шопенгауэр говорил: самое большое заблуждение — это думать, что человек рожден для счастья. Есть место и время скиту, но можно рассмотреть и другой вариант. Мы все умрем, я вас сейчас удивлю, но это именно так. Я подозреваю, что в театре есть что-то выше скита и тоски…

Дмитревская А что такое вообще актер?

Машков Прежде всего это артистический склад характера. Есть люди умные, есть быстрые, есть ловкие, а есть — с артистическим складом характера. С детства есть это свойство — произвести впечатление сильного, умного, ловкого. Это система приспособления к миру. Может быть, артистический склад зависит от зеркальных нейронов, о которых говорят с середины 1990-х? Ведь эти нейроны отвечают за повторение… У артистической натуры главный центр — воображение. Оно стремительно, эмоционально. Есть даже предположение, что артистический склад характера необходим сейчас всем, чтобы коммуникация была легче и острее.

Дмитревская Но артистичным бывает не только актер…

Машков Я про это и говорю. Но кто-то каким-то чудом выбрал это дело, положил себя всего, как в казино, на профессию с нулевой гарантией. Это рискованное, переменчивое, возбудимое, острое существование. И ты никогда не можешь заранее знать, насколько ты будешь интересен.

Дмитревская А у этого возбудимого артистического существа есть какая-то задача, сверхзадача или все — по наитию артистической природы?

Машков Это романическая профессия, я повторюсь. Табаков недаром говорил, что театр почти единственное место, где сохранилось чудо. И назвал свою книгу «Моя настоящая жизнь». Но если подойти к этому вопросу утилитарно, то предположу, что сверхзадача артиста — количество и качество метаморфоз или перевоплощений. Один профессор философии спросил меня: «Володя, влияют ли сыгранные тобою роли на твою судьбу?» Конечно влияют, они влияют и на психику, трансформируют внутренний мир, они соединяются, разъединяются, становятся главенствующими, уходят… Но основа — это твои чувства, твое воображение, которые позволили тебе испытать на сцене то, что человек испытывает от рождения до смерти. А уж почтенная публика должна оценить, насколько это было правдоподобно. Правдоподобие чувствования и искренность страстей в предполагаемых обстоятельствах — вот она, формула.

Дмитревская Конечно, сыгранное влияет. И написанное влияет — знаю по себе. Слово материально… А вы, Владимир Львович, стремясь к перевоплощению, когда-то чувствовали себя этим «не я», когда и не вы, и не роль, а некий образ, ощущение между полом и потолком? Понимали, когда из «я» уже получается «не я»? Это вообще возможно?

Машков Это очень естественное состояние. Когда ты выходишь на сцену, твое сознание разъединяется. Я выхожу, как я. Но перед этим мне нужно увидеть в зеркале того человека, которого я «подселил» сегодня, например старого еврея Абрама Шварца. Я его искал очень долго, иногда я видел в зеркале старого человека, но не еврея… Понимаете? Все артисты ищут своих персонажей. Михаил Чехов рисовал себя в образах, не отвлеченно — персонажей, а трансформируя в них себя. И главный элемент в поиске — внимание. Без внимания воображение не включится. Внимание и воображение. Что-то происходит, и воображаемое становится реальностью, так Дон Кихот воображал. Это и есть душа образа. А голос — зеркало характера, иногда можно не видеть, только услышать и понять, что там за персонаж… Это как камертон. Сыграть чувство нельзя, его можно только вообразить. Иногда на создание правдоподобия чувства уходят минуты, иногда половина спектакля требуется, чтобы завоевать это доверие у зрителей в абсолютной театральной условности. И ведь чувство и эмоция — это не одно и то же. Эмоция — это твое отношение к происходящему вообще: мне страшно. А «я тебя боюсь» — это чувство.

Дмитревская Разве это не действие?

Машков Действие, я же про это и говорю…

В. Машков (Абрам Шварц). «Матросская тишина». Фото К. Бубенец

Дмитревская Владимир Львович, вы больше любите репетировать или играть?

Машков Моя мечта, чтобы артисты были настолько внимательны, что раз-раз, договорились за столом, поняли, за что схватиться физически, — и пошли. В этом смысле у кино есть преимущество: ты должен убедительно умереть не завтра и не послезавтра, а в ближайшие пятнадцать минут. Здесь нужна другая концентрация, краткое существование.

Дмитревская А вам ближе Станиславский или Михаил Чехов?

Машков Они для меня единое целое. Идти от общего к частному или от частного к общему — один и тот же путь.

Дмитревская Но у Станиславского ты идешь от правильно найденных здесь предлагаемых, а у Чехова закрываешь глаза — и все возникает в воображении, а уж потом из сферы идеального воплощается здесь…

Машков Предлагаемые обстоятельства — это и есть перевоплощение. Я в предлагаемых. У Станиславского главное — предлагаемые, а у Чехова — я (предлагаемые обстоятельства — это я, и в этом «я» я ищу предлагаемые). Одно и то же, а дальше от таланта зависит степень яркости.

Дмитревская А что осталось у вас от школы Табакова? Что было главное, что он дал в дорогу, и какие инструменты до сих пор работают?

Машков Табаков когда-то сформулировал — наперекор Станиславскому с его «главное в театре действие», — что главное в театре — чувство. Поэтому чувство главное было в том, как он строил театр, собирал людей с артистическим складом характера. Он и сам был с таким складом характера, это его существо.

«Ревизор». Сцена из спектакля. Фото К. Бубенец

Дмитревская Мне кажется, у Табакова не было границы — где театр, где нет, он играл всегда.

Машков Вот это слово «играть», которое кажется многим «пошловатым», Константин Сергеевич Станиславский облагородил объяснением, что играть — это значит совершать правильные действия. Что такое хорошо играть? Ты можешь получить максимальные переживания, ты добрался в себе до эмоциональных глубин, которые вдруг начинают отзываться в рядом сидящих людях, и они обогащаются новым познанием мира, познанием себя. Олег Павлович был так убедителен, потому что совершал правильные действия, и на сцене, и в жизни.

Дмитревская У Табакова был потрясающих нюх не только на актерские дарования, но и на молодых режиссеров. Он вырастил Карбаускиса, потом увлекся Серебренниковым, потом взял Богомолова… Он работал на режиссерскую перспективу. Кого вы собираетесь звать, растить?

Машков Олег Павлович всю свою жизнь положил на этот театр. А я только что сюда зашел, и сразу — на сцену, чтобы быть там с моими товарищами. Я до этого долго был киноартист, жил свободно, от проекта к проекту, я не думал о театре вообще. Теперь нужна обратная метаморфоза, я должен полностью перестроиться. Это же не мгновенно происходит, не за год-два. Наш театр актерский, в этом я убежден. Центр и царь сцены — актер. Поэтому и репертуар, и режиссеры будут подбираться для актеров, чтобы они могли раскрыть их потенциал.

Дмитревская А кто ж, как не режиссер, может неожиданно увидеть и вытащить потенциал, о котором актер сам не подозревает?..

Машков Я в этом смысле сообразительный. Артист не дудка, в которую надо дуть. Мне это неинтересно.

Дмитревская А много ходите, смотрите?

Машков Нет, пока немного. Я своего театра еще не насмотрелся. Я знакомлюсь с актерами в работе. Мне надо вглядеться в эти зеркала, соединить зрителя и нас, понять, нужно ли то, что мы делаем. Для меня сейчас еще идет исследование нас как коллектива, коллектива соединенного. Настройка. В этом театре всегда было интересно и всегда был успех. И, мне кажется, нам удается двинуться в ту сторону, что я наметил, — в сторону подробного, очень эмоционального, точного, умного, чувственного театра. В Подвале у нас есть крупный план, на большой сцене мы исследуем разные жанры, острые, пограничные. Плюс, есть серьезная ответственность за Школу Олега Табакова, за каждого ее ученика. Есть понимание, что это дело не нами начато и не нам его заканчивать. Мы должны его достойно продолжать.

В. Машков на репетициях спектаклей «Ночь в отеле», «И никого не стало».
Фото К. Бубенец

Дмитревская А когда для вас начался театр как искусство? Было какое-то впечатление — удар?

Машков Я же вырос в театре кукол, практически жил там за ящиками, и эта деятельность меня вообще не интересовала. Впечатления… В моей семье был великий актер — мой папа. Равных ему не было в театре кукол, где он служил. Он не только за ширмой, но и в живом плане работал. Я даже в детстве понимал, какая он величина, его все знали. Мама была такая серьезная, режиссер, два высших образования — ВГИК и ГИТИС, а он — Артист. В детстве помню, в каком я был восторге, когда он выходил на сцену Карабасом, а потом бежал через зал за куклой Буратино и был такой добрый, такой обаятельный в своей злобе! А дальше — здесь, в Подвале. Я уже был студентом Олега Табакова, но на спектакль «Полоумный Журден» с трудом попал. Еле протиснулся в битком набитый зал. На сцене были ребята чуть старше меня. Меня очень впечатлило количество блистательных молодых актеров на сцене. Ничего более совершенного по сумасшедшей легкости, по энергии, с которой они играли, я в жизни не видел.

Дмитревская Вы ведь сколько-то учились в Новосибирском театральном училище…

Машков Да, наш курс — это Зоя Терехова, Коля Соловьев, Андрей Фомин, наши мастера Гранат и Горбушин. И это было самое ураганное, самое творческое время в моей жизни. Мы жили в картинной галерее, общаги не было, мы там спали, репетировали… Каждый день делали какие-то капустники, каждый день! Вот что значит артистический склад характера. Красный проспект, центр города, пригласили мастеров, сделали вечер блатных песен. А я еще подговорил милицию, чтобы она приехала, встала с огоньками и брала этих «блатных»… Перформанс! Невероятное было творческое время. И я понимаю, что такое ранняя эволюция (это к вопросу о нашей школе), и поэтому мы проводим изыскания по всей стране для школы, ищем таланты…

В. Машков на репетициях спектаклей «Ночь в отеле», «И никого не стало».
Фото К. Бубенец

Дмитревская А правильно, чтобы актеры в период обучения попадали в разные режиссерские руки, овладевали разными техниками? Или нужен один мастер?

Машков Количество актерских техник все время будет добавляться. Мы можем по-разному морочить друг другу голову. Мы вон слова одни и те же по-разному понимаем, где уж нам о таких сложных вещах, как разные актерские техники, договариваться. Вопрос-то, собственно, один — правдоподобен ли ты. А в какой ты технике добьешься правдоподобия — дело десятое. Но яснее всего про правдоподобие нам объяснили Константин Сергеевич Станиславский и академик Павлов. Хорошо бы поинтересоваться сначала человеком, а потом уже техниками.

Дмитревская Я понимаю про подлинность, а про правдоподобие меньше. Какое же правдоподобие в условном искусстве сцены…

Машков Через сознательную психотехнику артиста к подсознательному творчеству органической природы, такая вот умная фраза К. С. Станиславского. Это же все о технике… Какой бы режиссер ни пришел, я знаю, что могу выполнить 99,9 % задач любого режиссера, с любой режиссерской фантазией. Я придумаю технологию, актерский ход даже для невозможного, потому что я подготовлен и осознаю, что здесь и сейчас я не пустота, а единственно возможная палитра красок для него. И что бы ты по задаче режиссера в спектакле ни делал, ты должен делать это хорошо. Даже придуриваться и петь мимо кассы надо правдоподобно.

В. Машков на репетициях спектаклей «Ночь в отеле», «И никого не стало».
Фото К. Бубенец

Дмитревская А по какому принципу будете звать режиссеров в Табакерку?

Машков Вот я сейчас разбираю двести режиссерских заявок, которые мне прислали по нашему объявлению. Буду встречаться с теми, чья заявка меня увлечет, заинтересует. Мне важно увидеть человека и услышать, понять, почему он хочет делать здесь, не как делать, а почему. Если я пойму, что предложение не имеет действенного смысла для артистов, — это мне не надо. Предлагая кому-то роль, я должен сам ее пройти и понять, тогда смогу и объяснить. Увидеть надо каждого режиссера. Я понимаю, как общаться с разными режиссерами, чтобы быть полезным, у меня есть опыт такого общения не только в театре, но и в кино, и с российскими, и с зарубежными режиссерами. И наш поиск не «эксперимент», мне не нравится это слово, как будто я не очень уверен… Это не эксперимент, я знаю, что ищу. В любом случае, пусть все это будет, пусть много говорят о театре. Это прекрасно.

Дмитревская А как вы определяете место Табакерки в общем букете московских театров? Программно актерский театр?

Машков А какой еще может быть? Зритель приходит посмотреть на живого артиста. Если это не так, назовите это по-другому, не драматический театр, а декорационный театр или Перформанс смыслов… Зритель идет к зеркалу сцены, и неважно, где оно расположено в пространстве и как экспериментально сидит или не сидит зритель…

Дмитревская А кто ваш зритель? Обычный? Женщины до замужества, после первого развода и на пенсии? Или студенчество?

Машков Было большое исследование, сюрпризов нет, наши основные зрители — женщины. Вопросы в исследовании были обо всем — от того, что они хотят видеть на сцене, до убранства туалетов.

В. Машков на репетициях спектаклей «Ночь в отеле», «И никого не стало».
Фото К. Бубенец

Дмитревская Зритель обычно хочет видеть привычное, то, что не опровергает его знание жизни, а подтверждает его мысли и чувства. Разве нет?

Машков Зритель идет за впечатлениями — от слова «впечатываться», то есть тебе попало внутрь увиденное и впечаталось в твои чувства. А зритель хочет видеть не только комедию, а драму и хороших артистов. В этом смысле мне, как художественному руководителю, очень повезло. У нас жизнеспособная труппа. Это и мои давние товарищи, и новые актеры, мы раскрываемся вместе, мы увлечены общей работой. Новый режиссер, который будет работать здесь, должен быть очень осознанным и уметь выстроить внятный диалог с артистами, быть полезным и интересным.

Дмитревская Какие планы у вас на этот сезон?

Машков Мы уже выпустили «Старшего сына» в Подвале, его поставила наша актриса и педагог Алена Лаптева. У нас многие актеры в труппе являются режиссерами. Я выпустил Агату Кристи («И никого не стало») на большой сцене, Александр Марин готовит рассказы Чехова, Сергей Газаров делает «Полоумного Журдена». Дальше я начну репетировать новый спектакль. А через год в Подвале начнется ремонт, которого не было тридцать лет. Закроемся на реконструкцию.

Дмитревская Не жалко старого бедного театра-подвала?

Машков Тут не о чем жалеть. У этого помещения, в прямом смысле слова выкопанного из угольного подвала, уже в 90-е годы были исчерпаны технические возможности. Над проектом реконструкции работают очень хорошие художники, так что все смыслы нашей исторической сцены — нашего Подвала, его творческие возможности — останутся. Зато здесь станет удобно зрителям, наш ремонт поможет существовать дальше этому замечательному дому 1911 года постройки с его роскошной лепниной, которую мы восстановим. И, например, не будет аварийных ситуаций с канализацией. У актеров будет больше, чем три гримерки на всех, как сейчас.

Дмитревская Поразительно все-таки, как, имея вроде все рычаги влияния, Табаков не отгрохал себе роскошное здание, когда отгрохали все — надо и не надо… Но вот еще вопрос. Почему у всех учеников Табакова такие хорошие отношения с властью? Безруков, Миронов, вы… Это тоже часть школы?

Машков Табаков отвечал просто: потому что я успешный. Мы с этого с вами начали… Только не относитесь к этому слову легкомысленно, это глубинное понятие.

Дмитревская Почему же власть тяготеет к помощи именно успешным? Разве это правильно? Сколько есть по-настоящему талантливых, но не успешных, денежно не оснащенных и не пригретых властью: обращайся не обращайся…

Машков Успешность — это не деньги. Вот у нас в Школе недавно был мастер-класс великого карточного механика Ричарда Тернера. Будучи слепым, он стал актером, карточным механиком, канатоходцем, эквилибристом, скалолазом, дайвером, байкером и мастером боевых искусств, у него черный пояс по карате. Он слепой, ослеп в девять лет. У Тернера умерли части нейронов, отвечавших за зрение, зрение как бы перешло в его пальцы, они стали невероятно чувствительны. Жизнь свела его с Даем Верноном, великим иллюзионистом, в 1920 году обманувшим своим трюком самого Гарри Гудини. Он стал учить Тернера карточной механике. И Тернер занимался по четырнадцать-шестнадцать часов в день. Это — за гранью! Это — воля. Та самая, о которой говорил Станиславский. Воля как желание и воля как свобода. Если ты свободен и у тебя есть желание — придет успех. Неуспешный талант — это талант без воли. Значит, не было творческой воли собрать единомышленников, достичь чего-то.

В. Машков на репетициях спектаклей «Ночь в отеле», «И никого не стало».
Фото К. Бубенец

Дмитревская И все же. Талант и власть, талант и деньги совершенно не связаны напрямую. Есть гении, которых народные массы и власть не знают и поддерживать не будут… Ну, скажем, выдающийся актер Сергей Дрейден, разве к нему применима вообще категория успешности?

Машков Дрейден великий актер! По-моему, это все знают. Он — само чувство! Мне невероятно повезло, что в 2004 году Сергей не отказался сыграть Мейера Вольфа в моем фильме «Папа». Дрейдену не нужно быть успешным у власти, он успешен совершенно в другом, у других людей. Успех же внутри тебя и в отражении того чувства, которое ты послал в зал… Если после «Матросской тишины» человек говорит мне: «Спасибо, после спектакля я позвонил отцу, с которым не общался десять лет…» — то это успех! Товстоногов говорил, что театр нужен для того, чтобы пробудить в человеке совесть. Чтобы сделать это, артист всю жизнь носит с собой чемодан неприятностей… И всю жизнь тебя на репетиции просят вспомнить то, о чем тебе думать не хочется: как кто-то у тебя умер. Или просят представить, как кто-то у тебя умрет…

Сентябрь 2020 г.

В именном указателе:

• 

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.