На Фестивале театров малых городов лауреатом стал спектакль «Коби Брайант» Петра Незлученко и Чайковского театра драмы и комедии (Пермский край). Впереди обзор фестиваля и рецензия на этот спектакль, а пока предлагаем вашему вниманию интервью с Петром Незлученко, сделанное Юрием Куроптевым.

Уехав из индустриального Серова, П. Незлученко стал художественным руководителем Березниковского драматического театра — в схожем уральском промышленном городе. Лауреатство Чайковского театра — не первый успех Петра в последние годы. В прошлом году его спектакль «ва-ва» (Березники) получил главный приз того же самого Фестиваля театров малых городов России, был сыгран в столичных Театре Наций и Театре на Таганке.

Юрий Куроптев В октябре 2019 года вы приехали в Березники. Каким был театр?

Петр Незлученко Первое ощущение — нужно подхватить что-то живое и движущееся. В театре проходили лаборатории, Дмитрий Акриш ставил уже третий спектакль, на сцене шли современные «Бременские музыканты» — последняя работа Андрея Шляпина на березниковской сцене.

С березниковской труппой я уже до этого пересекался на фестивалях. Труппа мне показалась очень интересной и серьезной. После этого я не виделся с ней лет пять. Приехав в Березники, убедился окончательно: изменения разительные! Посмотрел весь репертуар: отлично подготовленный театр и подготовленный зритель. Казалось, только трамплин построить — и полетели.

Куроптев И сразу — постановка?

Незлученко Почти эскизная: за две недели, без денег и без всего, поставили «UFO». Хорошая проверка. Я увидел огромные возможности и немного растерялся — не знал, за что схватиться. Тут выяснилось, что у Анатолия Бутора скоро юбилей. Круг сузился: берем на актера. И тут же всплыл «Папа» — пьеса Флориана Зеллера, которую я читал раньше и отложил. История про разбирательство со своими страхами: оказаться по ту или другую сторону — стать отцом с деменцией или быть тем, кто за ним ухаживает. Анатолий сыграл очень точно. И это стало первой официальной моей постановкой.

Куроптев Именно тогда сложился ваш творческий тандем с художником Евгением Лемешонком?

Незлученко Мы познакомились раньше, когда он работал в Серовском театре, а я участвовал в том спектакле как артист. Попробовали «Папу» — и поняли, что у нас очень много общего в понимании профессии.

Забавная деталь: мы были в середине репетиций «Папы», когда вышла новость, что Зеллер снимает в Голливуде фильм с Энтони Хопкинсом. Я говорю ребятам: «Все в порядке — наша премьера раньше». Назначили два показа — в субботу и воскресенье. В субботу сыграли. В воскресенье — локдаун. Все.

Куроптев То ощущение «подхватить и понести» сломалось?

Незлученко Сломалось. Хотя, если честно, было интересно: сразу проверить себя на чем-то, чем никогда в жизни не занимался. Собрали всех: «Давайте сделаем так, чтобы театр жил». Артисты принесли кучу идей, практически все реализовали. Режиссер Дарья Шахова много всего выпустила, делали онлайн-читки. Все бежали на репетиции в масках.

Для театра пандемия — это проверка на прочность: на дружеские связи, на взаимовыручку в совершенно непонятной ситуации. Можно же было каждому сказать: мое дело на сцене играть, подождем нормального времени. Но этого не произошло. И как ни странно, именно тогда что-то в коллективе укрепилось.

Куроптев То есть горизонтальные связи в коллективе не разрушились?

Незлученко Честно говоря, горизонтальные связи — это во многом утопия, в государственных театрах система выстроена вертикально. Где-то удается приблизиться к этому идеалу, но как устойчивая система не работает. Это сугубо человеческое: если люди хотят — будет. Выстроить это искусственно невозможно.

Куроптев Как бы вы охарактеризовали свою репертуарную стратегию?

Незлученко Я убежден, что труппа должна работать с разными режиссерами, осваивать разные языки и способы существования. Я не сторонник театра, где весь репертуар поставлен одним режиссером, — разве что это театр-секта, и он при этом хороший.

При этом мы — репертуарный театр в небольшом городе. В мегаполисе можно занять узкую нишу, выстроить четкий авторский язык и от многого отказаться. Здесь это невозможно — нужно быть разнообразным. Березниковский зритель еще до меня был приучен к тому, что в театр ходят не развлекаться, а работать. Это очень ценное наследие, и мне важно его сохранить.

Разных режиссеров начал в первые же дни обзванивать. Многие договоренности слетели из-за пандемии, пришлось пересобирать. Первыми в очереди были Андреас Мерц-Райков и Екатерина Райкова-Мерц — у них совершенно другой язык, они продвигают наследие Брехта, соединяя его с русским психологическим театром. А с брехтовской режиссурой березниковская труппа еще не сталкивалась. Но из-за локдауна приезд Андреаса и Кати откладывался. В итоге Андреас выпустил «Женщину из прошлого» по пьесе немецкого драматурга Роланда Шиммельпфеннига — и не выстрелило. Мне кажется, театр еще не был к этому готов. Зато камерный спектакль Кати по интерактивной пьесе Кристиана Гизе «По фану! (Или: Кто решает, что смешно?)» сработал. Тема оказалась острая — про подростковую травлю.

Мне интересны те, с кем я работал и кому доверяю, и те, чей язык труппе еще не знаком. Я понимаю, что со стороны это выглядит как «все подряд» — европейская кухня, азиатская, грузинская на одной странице меню. Но в нашей ситуации по-другому нельзя.

Куроптев Перед вами художественным руководителем был Андрей Шляпин. Чувствовали давление сравнений?

Незлученко Такие мысли, конечно, появлялись. Пытался их отодвинуть, чтобы они не сковывали. Но, честно говоря, труппа не давала повода это остро чувствовать — мы довольно быстро включились в работу, и это ушло. Шляпин подхватил театр у Дениса Кожевникова и сделал свое. Я подхватил у Андрея — и тоже делаю свое. Каждый привносит что-то свое и двигается дальше.

Куроптев Вы работаете и с классикой в современном переводе. Почему?

Незлученко Мне важно, чтобы мысль дошла, а витиеватость языка может увести. Я, наверное, не из тех режиссеров, которые приглашают зрителей насладиться поэзией слога. «Тартюф» мы играли в переводе Сергея Самойленко 2017 года, «Ричард III» — в сильном переводе Георгия Бена, опубликованном в 1997 году. Какой смысл в классике, если это не про тебя? Как зритель подключится, если это не о нем, не о его окружении? «Что ему Гекуба?» Это должно быть здесь и сейчас.

Куроптев Герои «Дамы с собачкой в городе Б.» перенесены буквально — в Березники, с местной топонимикой. Откуда этот ход?

Незлученко Я наблюдаю местных жителей, которые ругают Березники, — а я приезжий, вижу город через другую линзу: через театр, через людей, через истории, которые здесь происходят. И одна из важнейших тем для меня — как любовь меняет угол зрения. Березники становятся самым главным городом мира — потому что ты был в нем счастлив. Драматург Виктория Костюкевич это состояние очень точно поймала, наши ощущения совпали.

Куроптев Ваш репертуарный узор: «Папа» — про возможное будущее каждого, «Тартюф» и «Ричард» — про власть и общество, «Дама с собачкой» — про любовь. А «ва-ва»?

Незлученко Про торговлю личностью. Про то, как человека используют как рупор, как экранный образ расходится с реальностью. Идею подсказал первоисточник — книга, по которой написана известная пьеса. Пьеса прямолинейна и однозначна, а в книге много других хороших мыслей. Я обратился к Свете Баженовой — мы до этого сделали вместе «Старика и море» в Новоуральском театре. В процессе работы все эти слои — фейки, торговля личным брендом — вылезли сами.

Куроптев В прошлом году «ва-ва» получил главный приз XXII Фестиваля театров малых городов России, был показан на сцене Театра Наций…

Незлученко Победа на фестивале прошлого года нас очень взбудоражила. Поездка в Театр Наций получилась удачной по ощущениям — московская публика приняла.

Куроптев Расскажите о пути в профессию. Вы из театральной семьи — был ли выбор?

Незлученко Выбор был — я хотел стать музыкантом. Пытался научиться играть на гитаре, потом пошел поступать в музыкальное училище. Мне сказали: «Берем — на балалайку». Решил пойти поработать в театр временно. Сезон отыграл, ушел в армию. Вернулся — думаю: нет, артистом пока не хочу, не чувствую потенциала.

Попробовал звукорежиссером: писал музыку к спектаклям. Потом два года работал на радио — рекламные ролики с диалогами: начал говорить актерам, как надо. Первые режиссерские навыки, если с юмором.

В начале двухтысячных прожил два года совсем без театра — и вдруг почувствовал, что тянет. Как будто все это время меня что-то вело: поработай тут, поиграй там — а я сопротивлялся. И тут сам захотел.

Куроптев Как оцениваете работу без актерского образования — в самом начале?

Незлученко Думаю, сейчас мне было бы стыдно это смотреть. Критик Олег Лоевский однажды сказал на разборе: «Когда Петр понимает, что делает, это прекрасно, а когда не понимает, он начинает играть — а играет он плохо». Режиссер Петр Шерешевский, когда я у него спросил, что хорошо, а что плохо в моей работе, ответил: «Хорошо, что ты не актер».

Куроптев Но актерское образование вы в итоге получили?

Незлученко Да, я окончил Екатеринбургский театральный институт, мастерскую Вячеслава Ивановича Анисимова. А после этого сразу поступил на третий курс режиссерского отделения. Учился заочно, параллельно с работой в Серове, где с 2009-го был очередным режиссером, а в 2014-м стал главным.

Куроптев Расскажите про уход из Серовского театра драмы. Насколько я понимаю, там появился новый директор, который хотел изменить репертуарную политику?

Незлученко Публика в театр ходила, но директор считал, что репертуарная политика неверная. Он попытался забрать себе функции художественного руководителя и самостоятельно определять репертуар. Я не против полных залов, но набивать их, создавая комедийные развлекательные истории, неправильно. Я не хотел быть директором по творческим вопросам, поэтому принял решение уйти. И если бы я не нашел в себе сил двигаться дальше, не было бы этого, как мне кажется, потрясающего периода здесь, в Березниках.

Куроптев Как бы вы хотели, чтобы о Березниковском драматическом говорили?

Незлученко Несмотря на удаленность от центра, это выдающийся театр, о котором знает вся страна. Мне кажется, мы к этому уже пришли — и теперь важно это не потерять.