«Божественная комедия». Д. Алигьери.
Белградский драматический театр.
Режиссер Франк Касторф, художник Александр Денич.

Кажется, ничего более необходимого сегодня, чем «Комедия» Данте, просто не существует. Зависнув над бездной, мы нуждаемся в поводыре, и нам нужен рассказ того, кто, зависнув над бездной, в образах Ада смог разглядеть свои самые потаенные надежды, а добравшись до Рая, утратил их навсегда. И вуаля! Пятичасовая, полная барочных излишеств, архидорогая, раздражающе громоздкая и убегающая от всяких интерпретаций «Божественная комедия» Франка Касторфа чудесным образом попала в Петербург. Как будто дошло до нас старинное письмо, в котором важно все — и слова, и почерк, и марка, и штемпель на конверте. Затерявшееся письмо... из иных времен.

«КакогоЦветаЭтаКнига».
Театр Lusores (Санкт-Петербург).
Режиссер Александр Савчук.

Первая и вторая части автофикшн-сериала Александра Савчука строятся вокруг пластинок и видеокассет. Спектакли «ЛайкаРоллингСтоун» и «ТыТакЛюбишьЭтиФильмы» осмысляют девяностые и миллениум. В третьей части Савчук проходит путь от нулевых к началу десятых, обращаясь к книгам.

«Правда, мы будем всегда?». По сказкам С. Козлова.
ТЮЗ города Заречного.
Режиссер-постановщик Анна Потебня, художник-постановщик Мария Васильева.

Кажется, мы до сих пор не вымерли, потому что кто-то все-таки в день рождения Зайца летел по облакам-лошадкам с букетом ромашек в Тилимилитрямдию; пел вместе со Львенком и Черепахой песню, лежа на солнышке; сквозь туман нес с Ежиком малиновое варенье для Медвежонка, чтобы вместе пить чай и считать звезды... Герои сказок Сергея Козлова с первых строчек, с первых кадров становились друзьями. Стоило взять их за лапку, как все вокруг наполнялось теплом и светом, хотелось танцевать и смеяться, покрепче обнять родителей и накормить друзей конфетами.

«Лир». По мотивам трагедии У. Шекспира «Король Лир».
Московский еврейский театр «Шалом».
Режиссер Яна Тумина, художники Яна Тумина, Нил Бахуров, Кирилл Маловичко, объекты и куклы Киры Камалидиновой.

Предложение режиссеру Яне Туминой поставить «Короля Лира» исходило от художественного руководителя театра «Шалом» Олега Липовецкого. Он же сам и задумал сыграть в нем заглавную роль. Эти исходные обстоятельства, разумеется, предусматривают ряд биографических рифм, и целую череду личных рефлексий, и некую программность высказывания как главного в данном случае артиста, так и театра, которым он руководит. Красивая и многообещающая идея заведомо обрекла спектакль на одновременное решение множества сложных художественных задач. Как тут удержаться от шекспировской цитаты из другой пьесы: «Так погибают замыслы с размахом, в начале обещавшие успех». Но нет, замыслы вовсе не погибли! Хотя их размах и кажется мне трудно реализуемым.

«Над пропастью во ржи». Дж. Сэлинджер.
Тюменский большой драматический театр.
Режиссер Евгения Горшунова, художник-постановщик Полина Белова.

Камерная сцена «Молодость» на пятом этаже Тюменского драматического театра напоминает то ли детскую в тот момент, когда дети оставили дома, аляповато собранные из стеганых одеял; то ли такие же одинокие и неприкаянные снежные холмы. С такого визуального образа начинается «Над пропастью во ржи» — премьера в ТБДТ, дипломная работа режиссера Евгении Горшуновой (РГИСИ, курс Ю. М. Красовского).

«Супруга». А. П. Чехов.
Нижегородский театр драмы.
Режиссер Анатолий Праудин, художник-постановщик Борис Шлямин.

Обращение к Чехову сегодня — это почти рефлекторный жест самопознания, к которому современный российский театр возвращается снова и снова, словно в поисках диагноза, который никак не удается поставить окончательно. В отличие от своих великих современников, искавших метафизического утешения или грезивших о духовном преображении человека Серебряного века, Чехов смотрел на жизнь с тем беспощадным вниманием врача, которому важно описать симптомы болезни с предельной точностью, не облагораживая ее.

«Укрощение строптивой». У. Шекспир.
Краснодарский театр драмы.
Режиссер Даниил Безносов, художник Игорь Капитанов, художник по костюмам Фагиля Сельская.

Сколько я смотрела шекспировские комедии в исполнении Даниила Безносова — они были очень смешны, а в эпизодах щемяще лиричны. Режиссеру удалось провернуть этот фокус и на огромной сцене Краснодарского театра драмы, заодно решив еще несколько головоломных задач: вернуть к главным ролям прекрасную артистку Аллу Мосолову, сплотить разнокалиберную труппу, а также ввести в действо настоящие апельсины, кур гриль и живых собак — так, чтобы все это было органично. Это же комедия!..

«Я шагаю по Москве». Г. Шпаликов.
Театр на Васильевском.
Режиссер-постановщик Руслан Нанава, художник-постановщик Семен Пастух, художник по костюмам Стефания Граурогкайте.

Когда молодой наш современник заявляет к постановке культовую вещь — не пьесу, не роман даже, а сценарий знаменитого кино, — это сразу завораживает и настораживает. Чего хочет при этом молодой современник? Дискуссии? Опровержения? Низвержения? Восхищения? Рифмы? Параллели? Чего-то же он точно хочет, зачем-то же он пошел этим странным путем.

«Авиатор». По роману Е. Водолазкина.
Новый молодежный театр (Нижний Тагил).
Режиссер Ринат Кияков, художник Алан Саймин, драматург Ирина Васьковская.

Время — синоним движения: в пространстве космоса, мысли, памяти. Если даже в физическом пространстве по законам науки физики последовательность событий зависит от того, из какой точки на них смотреть, то память и вовсе тасует события не хуже карт в колоде. В романе Водолазкина, а вслед за ним и в спектакле Рината Киякова, память «авиатора» Платонова, постепенно восстанавливаясь, выхватывает фрагменты прошлого в такой последовательности, чтобы заново собрать личность героя.

«Камень безумия, или Посвящение хаосу».
musicAeterna Dance.
Хореограф Алевтина Грунтовская.

Показ в Доме Радио всегда стартует до того, как зрители окажутся в зале, а действие прибудет на сцену. Когда-то пристрастие худрука musicAeterna Теодора Курентзиса к ароматически-религиозным благовониям вызывало трепет, позже — посмеивания среди тех, кто не готов быть адептами. К началу 2026 года оборот «здесь пахнет ладаном», название документального фильма 2019 года, из иронического стал обыденным. Да, именно здесь так заведено. Не нравится — найди место по душе. musicAeterna, давно уже целый куст коллективов, а не один оркестр, в общий ландшафт — что петербургский, что общероссийский — вписываться, судя по действиям, не намерена.

«Эйзенштейн». По пьесе М. Дурненкова.
Театр.doc.
Режиссер Ирина Волкова.

Эта история закончилась плохо, но в ней есть одна обнадеживающая мысль: от человека все еще многое зависит.

Пьеса Михаила Дурненкова «Эйзенштейн», а с ней и спектакль Ирины Волковой в Театре.doc, на самом деле, не про Эйзенштейна. Здесь другой герой — выдуманный драматургом персонаж, молодой энкавэдэшник Савелий, приставленный к ненадежному режиссеру в качестве тайного надзирателя.

«Маскарад времен Екатерины». Г. Банщиков.
Театр «Зазеркалье».
Режиссер Александр Петров, дирижер Павел Бубельников, сценограф Эмиль Капелюш.

Эта опера современного петербургского классика однажды уже появлялась на сцене театра «Зазеркалье», тогда — в 2003-м — под названием «Любовник Мельпомены». За это время изменилось примерно все — страна, город, отношение к истории и к государственным переворотам. Но неизменно любим публикой театр «Зазеркалье», и неизменно выпускают спектакли в нем Александр Петров и Павел Бубельников. А эта история представляется им настолько важной, что они заново рассказывают ее для публики в году 2026-м.

10–12 апреля (не в феврале, как обычно) прошла программа Володинского фестиваля «Пять вечеров» — «Первая читка». В 21-й раз...

Когда я узнал, что Виктор Николаевич страшно заболел, я написал ему. Он просил прислать видео спектаклей. Он понимал, что ему остается недолго. У него не было сил. Но ему все было интересно, он хотел узнавать новое, быть в курсе. Это редкий дар: любопытство. Любопытство к жизни в любых ее проявлениях, но прежде всего любопытство к искусству. И было в этом мужество: в желании узнавать новое, получать впечатления вопреки смертельной болезни.

«На дне». М. Горький.
МДТ — Театр Европы.
Режиссер Лев Додин, художник Александр Боровский.

Холодным вечером 9 апреля в МДТ сыграли премьеру Молодой студии Льва Абрамовича Додина «На дне». «Сочинение для театра Льва Додина»— подзаголовок спектакля. Прием был горячий, так вообще встречают работы этой додинской генерации. В прошлом году окончившие институт студийцы выпускают уже четвертый спектакль, о прошлых мы писали.

«Золотой ключик или...».
Театр им. В. Ф. Комиссаржевской.
Режиссер-постановщик Иван Пачин, художник-постановщик Ольга Галицкая, драматург и автор песен Полина Коротыч.

«Я — бесстрашный мореход, на все руки мастер. Нарисую теплоход — поплыву за счастьем».

Весьма банально начинать разговор о спектакле с крылатого выражения. Однако такая наивная, но важная ассоциация приходит в голову, когда думаешь о премьере Ивана Пачина «Золотой ключик или...» и о его Буратино (Антон Шеломенцев).

«Человек, который принял жену за шляпу». По мотивам произведения О. Сакса.
БДТ им. Г. А. Товстоногова.
Режиссер Галина Зальцман, художник-постановщик Семен Пастух.

Книга американского невролога и писателя Оливера Сакса на первый взгляд не очень сценичная, тем не менее, обладает собственной историей постановок: первым в мире за ее театральную адаптацию взялся Питер Брук, а первым в России — Никита Кобелев. Заглядывая, словно в магический портал, в глубины самых причудливых отклонений от социально принятой нормы, Сакс заставляет переосмыслить (или отменить) антиномию психического здоровья и болезни, ведь нередко неспособность человека, допустим, завязать шнурки на ботинках идет рука об руку с талантом мгновенно совершать умножение шестизначных чисел. Пациентов Сакса много, и каждый из них — это целая вселенная, поэтому выборка случаев для каждой инсценировки неминуемо симптоматична.

«Река Потудань». А. Платонов.
Русский драматический театр «Мастеровые» (Набережные Челны).
Режиссер Константин Соя, художник Елена Сорочайкина.

«Рассказ-плач» Андрея Платонова «Река Потудань» в прочтении Константина Сои — одного из самых бережных режиссеров — становится рассказом перерождения.

Перед камерной сценой театра раскиданы старые деревянные доски, рядом покосился деревянный столб линии электропередач, на планшете — небольшой манеж с имитацией рыхлого, пахучего чернозема, у задника — подсвеченный проем, слева — большой резной шкаф.

«Структура». По песням группы Lumen (автор Р. Булатов). Либретто А. Кукаевой и Е. Павлова.
Театр «Сказки Нахимовской» на сцене КЗ «Измайлово».
Режиссер-постановщик и художник-постановщик Полина Нахимовская, музыкальный руководитель Илья Волков.

Вопреки дезинтеграции отечественной и западной индустрий российский музыкальный театр, полвека развивавшийся в кильватере Бродвея, наконец синхронизировался с ним по тренду: количество джукбокс-мюзиклов и здесь, и там сегодня прирастает в геометрической прогрессии. Легко предположить, что зритель, уху которого сейчас предлагается бесконечный объем не только авторского, но и сгенерированного искусственным интеллектом музыкального контента, захочет искать опору в привычном материале. В число поставщиков таких якорей теперь вошла и рок-группа Lumen, чьи песни составили основу нового мюзикла «Структура», премьеру которого театр «Сказки Нахимовской» осуществил в московском КЗ «Измайлово».

«Землетрясение». На музыку С. В. Рахманинова.
musicAeterna Dance.
Хореограф и сценограф Ю Стрёмгрен.

До недавнего времени, уже лет пятнадцать подряд, имя норвежского хореографа Jo Strømgren в России читали как Йо — так было, и когда его компания проехала по стране с «Танцевальным приношением искусству футбола» (гомерически смешной оммаж популярному спорту, где каждый герой выглядел невероятно трогательно и чудовищно глупо одновременно; нет, ну что это за занятие для мужчины — мячик пинать?), и когда Москва ахала, наблюдая «Госпиталь» и «Монастырь» (жесткие и все же смешные зарисовки замкнутых женских сообществ), и когда по приглашению Евгения Писарева Стрёмгрен поставил в Театре Пушкина сочиненную им самим «пессимистическую комедию» «Эстроген».