Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

18 декабря 2019

РУССКОЕ МИФИЧЕСКОЕ

«Сказка про последнего ангела». По произведениям Р. Михайлова.
Театр Наций.
Режиссер Андрей Могучий, художник Мария Трегубова

В Театре Наций худрук БДТ Андрей Могучий поставил уже второй спектакль. Называется «Сказка про последнего ангела».

«Дар напрасный, дар случайный, / Жизнь, зачем ты мне дана? / Иль зачем судьбою тайной / Ты на казнь осуждена?» — стихи Пушкина, сказки Пушкина… Да, у Могучего на сцене Театра Наций появится и Царевна-Лебедь, мелькнет и князь Гвидон. Но начнется спектакль «Сказка про последнего ангела» с мультяшной фигурки маленького чабана в папахе, сидящего с ружьем в долгом молчании, пока на мятом бумажном экране трансляцию футбольного матча не сменит хроника октябрьского переворота 1993 года. Зрители (мужики в ушанках, названные в программке «грибами») начнут мрачно расходиться. На задник опустится фотография дома на улице Гурьянова (его взорвали в 1999 году), но на фото дом стоит совершенно целый, да может, это и не он вовсе, может, многоэтажка в Чертаново из фильма «Гонгофер», в 1992 году снятого режиссером Килибаевым по сценарию Луцика и Саморядова.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Потом на сцену выйдет натуральная громадная курица, куда больше человеческого роста. Пройдет, медленно переставляя лапы, клюнет там и здесь — и удалится за кулисы. Оттуда выкатится яйцо. Простое, не золотое. Из яйца вылупится школьник, старшеклассник, в дурацкой синей форме 80-х. Курица снова появится, осмотрит место происшествия и недоуменно пожмет хвостом. Чабан голосом Лии Ахеджаковой расскажет историю — с непонятным значением — про то, как неким пожилым людям курочка снесла золотое яичко, а не очень большая мышь его разбила. После чего занавес опустится, и на нем будет написано «Антракт 3 минуты».

Пролог к спектаклю оказался единственной его частью без внятного сюжета, после него действие понеслось с резвостью хорошего детектива, что обычно не свойственно спектаклям Андрея Могучего, предпочитающего постылой нарративности ассоциативный монтаж сложных визуальных ребусов. Но сюжет новой «Сказки» совершенно отчетлив: три дурака, сбежав из дурки, пытаются добыть девицу-красавицу. Чтобы девицу ту найти, они должны совершить доброе дело, потом добраться на электричках до места, где девица скрывается, а там уже встречают их добрая Баба-яга, три медведя, Черномор и другие волшебные силы, одетые в скромную милицейскую форму. Есть и волшебный предмет-помощник: это старая тумбочка, а в ней — рукавица с тайной силой предков, которая поможет одолеть Зло.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Драматургическую основу спектакля составили тексты писателя-математика Романа Михайлова и киносценариста Алексея Саморядова (который был частью культового дуэта Луцик и Саморядов в 90-е). Каждый из этих совсем не ординарных личностей внес свою лепту в создание того мира, который родился на сцене Театра Наций (хотелось бы его генезис подробно обсудить с Андреем Могучем). Для театра же по их мотивам сценарий написал сам режиссер (с помощью Светланы Щагиной), и мне почему-то кажется, что нелепая смерть чудака Саморядова в январе 1994 года, то есть почти в том же самом 1993-м, в котором происходит все действие, получила свое непрямое отражение в смысловой ткани спектакля.

Л. Ахеджакова (Соседка Оксаны).
Фото — архив театра.

Визуально же соавтором сценического текста стала сценограф Мария Трегубова, и ее динамичные занавесы-заставки, дублирующие шизофреническую вселенную героев сказки, работают невероятно точно. Черный фон, черные двери, проемы, черный-черный, как грифельная доска, город, на стенах которого так удобно рисовать мелом «Боль-ница», — создают волшебное пространство преображения без изменения. Из этого пространства идет, в первую очередь, то ощущение жути, которое так непринужденно, даже весело, распространяет спектакль. В нем вообще много смешного. Зрители с радостью узнавания смеются на реплики племянника священника Леуся, которого трогательно и точно играет Глеб Пускепалис, сын известного актера. Анна Галинова, сыгравшая две роли — врача в психбольнице и бабушку царевны Оксаны, — тоже неизменно, каждой почти интонацией, вызывает смех. Антон Ескин в татуировке и с ушами Микки-Мауса, с искаженно высоким голосом и безупречно послушным телом тоже скорее смешон, чем страшен в роли наркомана Черного. Да и другие призраки и повешенные, запытанные, залитые кровью фигуры скорей театрально условны, чем достоверны, а вот, подишь ты, — действует. Смешно, но и страшно, вернее, не страшно, а именно жутковато… Как-то ненадежно, подсвистывает откуда-то из-под привычных театральных приемов синим таким опасным пламенем.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Главный герой этого путешествия в загробный (потусторонний) мир Андрей в спектакле сыгран близнецами Павлом и Данилой Рассомахиными, которые абсолютно похожи друг на друга и удачно воплощают как идею раздвоения, распада, фрагментарности, так и знаковое дублирование ролей рассказчика и действующего лица в повествовании.

Но самое ценное в этом спектакле, мне кажется, возникает из соединения сложного мироощущения и простого, даже наивного, трогательного рассказа. Три друга (на самом деле четверо — Андреев же двое) отправляются в поход за любовью с наивной верой в силу Бога, но во время второго антракта, который длится 15 минут (минуты отмеряет табло на сцене), актеры не уходят со сцены, и на фоне долгой проповеди Леуся о вере, любви, добре, изменении отношения к людям, зрители волей-неволей (в зале же горит свет, спектакль идет четыре часа) тянутся к выходу — кому в туалет, кому покурить, кому воды попить. Обычные жизненные нужды всегда оказываются важнее.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Спектакль Могучего вовсе не дидактичен, да и очевидного смысла у него нет, как нет его у «Курочки Рябы», о чем нам напомнили еще в прологе. Сказка, которую мы можем рассказать о нас самих, включает много чего сразу, а главное, оформляя наши ощущения, создает территорию общего смысла. Его необязательно формулировать, можно просто чувствовать. Сознавать его наличие. Удивляться. Даже радоваться. Но все же скорее поеживаешься. Ужас вообще-то.

Очень хороший спектакль поставил Андрей Могучий.

Комментарии 2 комментария

  1. Доктор МОМ

    Похоже с курицей и яйцом на церемонию закрытия Золотой маски, которую к 15-летию, что ли, делали Могучий с Маноцковым. Ошибаюсь?

  2. Лидия Тильга

    За четырехчасовой одиссеей, по-моему, маячит личный режиссерский сюжет. Могучий разговаривает со своими прежними спектаклями, словно собирая их в горсть. Смысл игры неясен — но она последовательна, не спонтанна. Похоже на тоскливый кивок из сегодняшних производственных обстоятельств — в сторону авторского театра, где была возможна сложная, нелинейная речь. И пунктир этих вспышек-цитат помнишь в итоге сильнее, чем саму «Сказку».
    Суровый заитильский люд в лопоухих ушанках проживал когда-то «Между собакой и волком».
    Многоквартирный дом посреди безбрежности притчи — эхо «Иванов».
    Перевернутый корпус автомобиля как вход в сценическое зазеркалье — исходная ситуация «Изотова».
    Длиннополый, не по размеру, пиджак на одном из Андреев — реплика к экипировке раздвоившегося Нимфеи в разных вариантах.
    Герой, вознесенный над планшетом магической тумбочкой — память о мгновениях истины Митиль.
    И — выбивающаяся из пунктира, длительная, развернутая мизансцена, от которой захватывает дух. Школьный класс с распахнутыми окнами, ветер колышет занавески. Девочка в коротком форменном платье пишет мелком на доске. Все, кто видел «Школу для дураков» больше десятка раз, как я, оценят этот жест: словно салют из тесной репетиционной комнаты на верхотуре Балтдома — безбрежности Театра Наций. Счастливое было время.

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога