Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

20 января 2014

«И, МОЖЕТ БЫТЬ, НА МОЙ ЗАКАТ ПЕЧАЛЬНЫЙ…»

«Вспоминая моих несчастных putas».
Сентиментальная история по повести Габриэля Гарсиа Маркеса.
Театр «Мастерская».
Режиссер Екатерина Гороховская, художник София Матвеева.

Старость — это не дата в паспорте. Это потеря энергии и ее лишь эпизодическое возникновение внезапными квантами, но все реже и реже…

Старость — это иссякание любви, потому что для любви нужна эта самая энергия. Энергия проживания, переживания. В конце концов, нужны силы жить не собой и сосредоточиться на другом.

А как сосредоточиться на чем-то, кроме себя, когда уже с сорока двух ноют кости и жжет в заднице? Болезни отступают в борделях или при виде служанки Дамианы, моющей пол (22 года Дамиана сохла по хозяину, но парадоксально сохранила девственность, поскольку он всегда наскакивал на нее сзади…). Но в 90 и Дамиана не может отвлечь…

А герою повести Габриэля Гарсиа Маркеса «Вспоминая моих несчастных шлюх» именно что 90 лет. И у него болят все кости и жжет в заднице. Он журналист, бывший гигант «безлюбого секса», оставивший в памяти многих женщин незабываемые впечатления о своей огромной неутомимой «кувалде», но уже лет 20 не посещающий публичные дома. Потому что старость — это вопрос энергии.

Сцена из спектакля.
Фото — Д. Пичугина.

…Он сидит в плетеном кресле (зной…зной…колумбийский зной, иссушающий все романы и повести Маркеса), и включенные вентиляторы рассекают его лицо черно-белыми полосами светотени, буквально полосуют его (свет — тень… свет — тень… ). И он произносит первую фразу: «В день, когда мне исполнилось 90 лет, я решил сделать себе подарок — ночь сумасшедшей любви с юной девственницей».

«Я перевела бы название этой книги „Вспоминая моих несчастных блядушек“, потому что ни одно другое слово из этого ряда не передает боли автора, заключенной в сочетании „putas tristes“, — уточняет в предисловии к своему переводу Л. Синянская. — И все-таки эта книга — о любви». Первое уточнение вряд ли касается спектакля театра «Мастерская»: здесь «putas tristes» — такие же не вызывающие боли прелестные существа в белых одеждах, как и обитательницы «Двух вечеров в веселом доме» (театр уже второй раз заглядывает на огонек к проституткам). А вот второе — «о любви» — прямо относится к спектаклю Екатерины Гороховской. Верная теплу и уюту родной «Мастерской», она сочиняет лирическую (да, сентиментальную, это нарочно вынесено в подзаголовок), визуально тонкую, атмосферную историю первой и последней любви старика к начинающей проститутке, девочке Дельгадине. Это, несомненно, романтическая версия старости, утешительный бонус каждому зрителю, сулящий и в 90 возвращение энергии.

Много ночей Он (Валерий Зиновьев) наблюдает спящую, уставшую от работы на фабрике пятнадцатилетнюю простолюдинку, не решаясь тронуть ее. В первую же ночь во сне она сдвигает коленки — и вопрос с его «кувалдой» (в повести встрепенувшейся после долгой паузы, в спектакле и вовсе не являющейся предметом рассмотрения) закрывается сам собой, так же, как и с ее девственностью. Но зато Он постепенно влюбляется в это существо. Он сочиняет Ее и обливается слезами над вымыслом, как обещал всем, кто переживает похмелье прожитых безумных лет, Пушкин. И платонический, нереальный образ Дельгадины…парадоксально возвращает Ему физические силы, и он, не сказавший ей ни слова, внушает все проспавшей девочке любовь к Нему, о чем свидетельствует содержательница борделя Роса (смачно и емко сыгранная Ксенией Морозовой), а Росе не верить нельзя. И Он планирует прожить с Дельгадиной до ста лет.

Сцена из спектакля.
Фото — Д. Пичугина.

…В многочисленных окнах старого дома брезжат, виднеются в прекрасном свете Евгения Ганзбурга (ночь… луна… день… солнце…), а иногда высовываются и становятся реальностью разные женщины его жизни. На самом деле — это даже не окна, а стена, сплошь состоящая из разнокалиберных оконных рам и потому прозрачная("застекленная геометрия" начерчена талантливой рукой художницы Софии Матвеевой). За окнами — жизнь, мельканье рук, мир воспоминаний. И можно распахнуть одну створку — и за ней окажется Дельгадина в белой косынке, сосредоточенная худенькая смуглянка (Марина Даминева). А за другой —лучезарно примеряет фату озорная Химена Ортис, зазывно соблазняющая Его из прошлого. Трепещут легкие занавески (ветер… ветер… ночь…), порхают актрисы «Мастерской» Александра Мареева, Марина Даминева, Алена Артемова, Арина Лыкова, лукаво и кокетливо проигрывающие (во всех смыслах слова) летучие моменты встреч-расставаний, смеющиеся и танцующие. Они — все его женщины разом, но вот Лыкова превращается в невесту, а Мареева в печальном эпизоде встречи героя с Кассильдой (он ходил к ней лет пятьдесят, теперь она замужем за китайцем и развешивает белье на веревке) вдруг прекрасно «стареет» и долго смотрит в зал с опытом непрожитых актрисой лет… Это изящный театральный текст повзрослевшего режиссера Екатерины Гороховской. И если в одном из множества ее детских спектаклей, «Птице Феникс» (он идет на этой же сцене, но играет его «Этюд-театр»), действовали два попугая — Лорка и Маркес, то вот теперь — только Маркес. Габриэль Гарсиа. Безо всякой Лорки…

В. Зиновьев (Он).
Фото — Д. Пичугина.

Главного героя очень хорошо играет Валерий Зиновьев (когда-то играл в ТЮЗе). Как-то кажется, что с ним произошло то же самое, что с его героем: молодые партнерши влили в немолодого актера сценическую энергию, он буквально воскрес, ожил и играет, как не играл никогда (по крайней мере, я не видела). Не буду оскорблять эпитетами «тонко и точно», но скажу — мягко, тактично, серьезно, азартно. Театр такое дело — внутренний сюжет способен напитать собой сценический текст даже помимо воли создателей. И здесь происходит новое рождение драматического актера Валерия Зиновьева, который в лучах очаровательных партнерш играет и искрится мужским обаянием, юмором, лирикой. Его мешкообразный герой на глазах превращается из старика — в пожилого мужчину, способного не только писать статьи в форме любовных писем…

Как сообщает нам интернет, повесть Маркеса недавно экранизирована: «Memoria demis putastristes»; Дания, Мексика, Испания; 2011; режиссер Хеннинг Карлсен. Ну что ж, пойду посмотрю — и в ближайшее время оставлю еще, если повезет, коммент, чтобы сравнить фильм и премьеру «Мастерской», сыгранную при полном зале буквально вчера.

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога