Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

ЧЕРНО-БЕЛОЕ ОБАЯНИЕ «ГАМЛЕТА»

К «Гамлету» в Александрин¬ском театре зрителей готовили: Валерий Фокин рассказывал о предстоящей премьере еще осенью, и с зимы по Петербургу уже висели афиши. Всех заблаговременно оповестили о том, что в основе спектакля будет современная драматическая адаптация Вадима Леванова, а действо без перерывов на антракт займет меньше двух часов. Время осмыслить информацию было. Несмотря на это, в прошедший уикенд вольная трактовка шекспировской трагедии нашла, чем еще удивить.

Для новой постановки Валерий Фокин привлек драматурга Вадима Леванова, по пьесе которого он в прошлом году выпустил «Ксению. Историю любви». На этот раз автор создал для театра адаптацию на основе различных переводов «Гамлета», да так, что в потоке получившегося прозаического текста угадываются лишь знаковые реплики и сохраненная на языке оригинала фраза to be or not to be. Ориентация на первоисточник добавила остроты, и многие пикантные шутки, построенные на игре слов (например, гамлетовское Lady, shell I lay in your lap) и в традиционных переводах звучащие безобидно, стали поводом для смелых вариаций на эту тему: принц без смущения сообщает, где именно у девушек находится самое приятное место. Впрочем, распущенность датского наследника продиктована не только инсценировкой, но и местом действия.

Художник спектакля Александр Боровский занимает сцену огромной металлической трибуной — из зала видно ее заднюю часть и, соответственно, спины героев, располагающихся на восходящих до потолка ярусах. Перед трибуной проходят праздничные процессии, выступают бродячие актеры, скрещивают рапиры дуэлянты. Сквозь щели геометрически строгой конструкции угадываются силуэты и пробиваются огни фейерверков. Позади трибуны, непосредственно перед зрителем, яма: Гамлет бросает туда еду, Гертруда и Клавдий прячутся, а Офелия прыгает вслед за опущенным трупом убитого отца. Яма — помойка, отхожее место, вырытая заранее могила — все то, что находится позади двора и скрыто от посторонних глаз. Закулисная жизнь государства, государей и их отпрысков как на ладони.

Расположившись с тыла, зрители узнают много нового об Эльсиноре. Оказывается, явление призрака — шутка, разыгранная Розенкранцем и Гильденстерном: они выпустили слугу в латах, нагнали дым, нашептали в микрофон пафосной чуши; Гертруда принимала участие в заговоре против сына; и за всем этим стоял норвежский наследник Фортинбрас, желающий вернуть утраченные земли.

Эти внезапные повороты в сюжете не лишили историю законного драматизма. «Узрев» дух, Гамлет (до этого щипавший Офелию за попу и еле стоявший на ногах после пьянок) проникается важностью события. Актер Дмитрий Лысенков не оставляет своему герою места для сомнений в необходимости разоблачения, его Гамлета беспокоит лишь вопрос, не от дьявола ли видение. Бесстыдно прикрываясь маской сумасшедшего, он, однако, остро и болезненно переживает самоубийство Офелии (Янина Лакоба) и буквально плачет в сцене с матерью (Марина Игнатова). Убивает же он всех с животной жестокостью и одновременно грациозностью.

Постановке пока недостает ритмической и стилистической (в игре актеров) цельности, но жестко выстроенная общая композиция подтянет, очевидно, все элементы к единообразию. Решенная в черно-белых тонах цветовая гамма декораций и костюмов этому поспособствует: в спектакле заложено стремление к четкости, строгости, не призывающее тем не менее к однозначности и делению на плохих и хороших.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.