Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

29 апреля 2022

ТАМ ЧУДЕСА

«Алиса в стране чудес». Ж. Оффенбах.
Театр русского балета имени Анны Павловой.
Хореограф Олег Игнатьев.

Летом в Петербурге (впрочем, уже поздней весной; как говорил Сергей Вихарев, «сошла корюшка — пошел турист») резко увеличивается количество «Лебединых озер» и «Жизелей». Танцуют еще не ушедшие в отпуска Мариинский и Михайловский, честно представляет классику Театр балета имени Леонида Якобсона. А рядом с ними — заполняя все возможные сцены, от Эрмитажного театра до полуразрушенных ДК, — возникают бродячие труппы, зимой или распускаемые (тогда артисты разъезжаются по своим дальним провинциям, а Одетта встает в четвертый ряд кордебалета в одной из столиц), или окучивающие окраины Китая. Рассчитана эта продукция именно на туристов, причем туристов несведущих. Ну, короткая программа «Эрмитаж — Медный всадник — „Лебединое озеро“».

Фото — архив театра.

Потом в интернете появляются отзывы вроде «Были на балете в Александринском театре. Театр красивый!!! Танцуют почти так же, как в нашем Урюпинске». Пытаешься спросить: милые, вы какую труппу смотрели? «Александринскую!» — гордый ответ. В длинном списке бродяг есть ветераны — вот, в частности, Театр русского балета имени Анны Павловой работает с 1990 года. Правда, до 2021-го он назывался Санкт-Петербургский театр «Русский балет».

Этот театр, регулярно показывающий большие классические спектакли на сцене Эрмитажного театра (вы же представляете себе эту сцену? Шкатулочка, какие там массовые танцы), гордится прежде всего своей работоспособностью. «За 31 год работы на сцене Эрмитажного театра было проведено около трех тысяч спектаклей», написано в программке. Впрочем, перед премьерой встретившаяся с прессой директор и худрук театра Людмила Брагина назвала еще более впечатляющую цифру: «В некоторые годы мы даем 300 спектаклей в год», — сказала она. В труппе при этом 30 человек. (А ведь одних лебедей у Петипа и Иванова должно быть 32, но кто считает!) Сейчас эта работоспособная труппа попала в сложную ситуацию — туристов становится все меньше. Понятно, что иностранцев мы теперь вообще увидим нескоро, но даже наши люди путешествуют все реже — виной тому экономические причины. Продать «классическую» продукцию «Анны Павловой» петербуржцам очень непросто. И театр решился на очень непривычный для себя шаг — решено было создать оригинальный спектакль. В мае его обещают регулярно показывать в ТКЗ «Карнавал», что числится за Аничковым дворцом.

Сцены из спектакля.
Фото — Serge Toti.

Называется спектакль «Алиса в стране чудес». Хореограф Олег Игнатьев (выпускник Академии русского балета 1969 года, поработавший на многих провинциальных сценах, заслуживший звание Народного артиста Бурятской АССР и с 2010 года обучающий молодежь искусству хореографии в петербургском Гуманитарном университете) собрал фонограмму спектакля из нескольких сочинений Жака Оффенбаха. Адресован балет не детям, но подросткам — об этом предупредила директор-худрук. Подростков в зале почти не оказалось — в основном были мамы с совсем мелкими (часто дошкольными) детьми и некоторое количество фанатствующих балетоманов, готовых отправиться за балетной премьерой куда угодно. Как только спектакль начался, «подростковый адрес» стал понятен: от истории Льюиса Кэролла осталось немногое, на первый план вышел любовный треугольник Алиса (Наталья Сафонова) — Ричард (Иван Тараканов) — Грейс (Джулия Рустамова). Две современных девушки и молодой человек (Алиса и Ричард влюблены друг в друга, Грейс влюблена в Ричарда, злится и ревнует) отправляются на «ночь музеев». Там с картины вдруг спрыгивает Белый Кролик (Роберт Махиянов; не был ли это голландский натюрморт?), и, следуя за ним, герои отправляются в страну чудес.

Оформление спектакля крайне лапидарно. Из всей возможной мебели на сцене — две банкетки: одна с левой, другая с правой стороны сцены. Вместо задника — экран, на который транслируются картинки. (Качество этой трансляции напоминает о видеосалонах 90-х годов.) И вот в этих условиях нам пытаются рассказать то ли подростковую love story, то ли волшебную сказку, то ли все вместе сразу.

Структура «Алисы в стране чудес» нарушает старинный порядок классического балета (а вроде бы именно на такой порядок ориентируется театр, революций никто не обещает). Обычно первый (иногда первый и второй, если балет масштабный) акт — это некий экшн, события-приключения, последний же акт — дивертисмент. Игнатьев меняет порядок: сначала герои попадают в страну чудес и наблюдают за танцами Кошки и Мыши, Индуса и Золотой богини, танец Гусеницы, а затем, во втором акте, Грейс пытается взять штурмом Ричарда, получает отказ и, вконец разозлившись, превращается в Красную королеву. Обвинение в преступлении, приказ об отрубании головы и бегство из страны чудес. Хеппи-энд. Мы не будем обсуждать логику и изящество либретто (и великие балеты, бывало, имели в своей основе совершенно несуразные истории). Давайте просто взглянем на этот дивертисмент.

Сцена из спектакля.
Фото — Serge Toti.

Дуэт Кошки и Мыши отсылает к Коту в сапогах и Белой кошечке из «Спящей красавицы» — вот только тут кокетничают две дамы (вряд ли хореограф вызывающе толерантен — просто в труппе катастрофически не хватает танцовщиков). Индус и Золотая богиня отчетливо напоминают Индийский танец из «Щелкунчика» Юрия Григоровича. Правда, и собственная любопытная находка есть: «гусеница» составлена из нескольких согнутых и жмущихся друг к другу в колонне танцовщиц; «превращаясь в бабочек», они выпархивают из общих рядов, из общего «тела», и это неплохо придумано по хореографии. (С точки зрения биологии бред, конечно, но бред никогда не мешал балету.) В традиционной роли шута-виртуоза выступает Шляпник (Рафис Галиуллин), и он оказывается способен сделать целых четыре оборота вокруг собственной оси. Таким образом, первый дивертисментный акт вполне развлекает нетребовательного зрителя. (В зале то и дело раздавались детские голоса «а вот это наша учительница», «а вот это наша» — видимо, артистки подрабатывают в каких-то детских студиях.) Второй же акт, наполненный невнятной суетой, стал слишком сложной задачей для мам, объясняющих по ходу действия происходящее своим младенцам, — и публика начала тянуться к выходу.

Спасет ли эта «Алиса в стране чудес» театр, которому будет трудно продавать летом привычные ошметки «Лебединых озер»? Мне кажется, вряд ли. Но прокатать ее по провинции, наверное, удастся. «Гастроли петербургского балета» — это звучит гордо. Выступить, что ли, с призывом обязательной сертификации качества трупп, использующих петербургскую марку, чтобы репутацию городу не портили? Но ведь тут же подсуетятся сторонники тотальной цензуры. Нет уж. Ну, анилиновые цвета костюмов. Ну, невнятная беготня на сцене и суматошные жесты, выдаваемые за пантомиму. Ну, элементарная лексика, потому что что-то чуть посложнее артисты физически сделать не могут. Не может быть континента только с вершинами, без долин и глухих ущелий. Будем считать «Анну Павлову» естественной частью пейзажа, в котором возвышаются настоящие петербургские театры.

В именном указателе:

• 

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога