Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

26 сентября 2022

ВСКРЫТИЕ МИРА

Проект «Танец и современное искусство». Diana Vishneva Foundation и Cosmoscow Foundation в рамках Параллельной программы ярмарки Cosmoscow.
«Место действия». Авторы Ольга Тимошенко и Алексей Нарутто.
«Вместилище». Автор Илья Манылов.

Вечер перформансов, который предваряет основную программу Фестиваля современной хореографии Context. Diana Vishneva, появился еще в июне 2022 года. На благотворительном аукционе фонда Cosmoscow в Переделкине лотом стал кинотанец — видео сочинений Ольги Тимошенко, Алексея Нарутто и Ильи Манылова. Через три месяца перформансы вышли «к людям», то есть на площадку.

Сцена из спектакля «Место действия».
Фото — Владимир Луповской.

Основное, что надо знать о «Месте действия» и «Вместилище»: это интерактивные события. Небольшой след кинотанцевальной завязки остался только в «Месте действия». Перформанс начинается с небольшого ролика. Ольга Тимошенко и Алексей Нарутто танцуют в неуютном, похожем на завод помещении. Может показаться, что это запись какого-то опыта. Тем более, технически видео выполняет роль музыкального антракта: люди входят, медленно осваивают пространство, болтают, а на стену транслируют что-то. Однако в какой-то момент в ролике появляются люди, просто идущие мимо перформеров. Потом план меняется — и мы видим обнаженных по пояс Тимошенко и Нарутто в старом, даже на вид холодном лифте. Контраст между теплыми, тактильными, сплетенными телами и неприятной обшарпанной решеткой подсказывает: высказывание уже началось. Но смысл его пока неясен.

Живая часть «Места действия» начинается с того, что между зрителями возникают перформеры и сосредоточенно ходят по заданным траекториям. Они прорезают толпу, вносят элемент хаоса, — что не выглядит как танец для непрофессионального взгляда. При мне аудитория восприняла это как шутку: пара человек попробовали имитировать стремительную поступь. Собственно, отчетливо-поставленные элементы в «Месте действия» аккуратно чередуются с сегментами, в которых организованное движение просто случается среди людей. Зрители стоят, мимо них шмыгают тени, к этому привыкают — и вдруг перформеры собираются вместе и очевидно танцуют, чтобы вновь раствориться в полутемноте зала.

Сцена из спектакля «Место действия».
Фото — Владимир Луповской.

В те моменты, когда танец «прорывается» из бытовых движений, он оказывается немного механистичным и зацикленным. Так, Анастасия Радькова в какой-то момент кружится на возвышении, напоминая ожившую танцовщицу из шкатулки. Но есть и энергичные, почти виртуозные моменты — например, фантазийное танго Ольги Тимошенко и Алексея Нарутто, выполненное на порядочной скорости и с обилием поддержек-подхватов.

И «стихийное», в толпе, и «сольное», отчетливое движение в «Месте действия» объединяет то, что это танец, который вторгается в обычную жизнь. Серый бетонный мешок, зал ДК «Рассвет», бредущие или застывающие по своему разумению зрители — воссоздание города, его равнодушной массовости и автоматизма. А перформеры — те, кто разрывают эту ткань, предлагают двигаться осознанно, думать и чувствовать телом. «Место действия» можно увидеть как перформанс об одиночестве, отношениях, отчужденности, но в том числе он может быть размышлением, как танец способен встроиться в мир, что он приносит — и готовы ли мы к такому радикальному вмешательству.

Сцена из спектакля «Вместилище».
Фото — Владимир Луповской.

«Место действия» Ольги Тимошенко и Алексея Нарутто задает вопрос о месте и функции танца. «Вместилище» Ильи Манылова предлагает вариант ответа: движение умеет отражать тонкие, даже несформулированные ощущения и вибрации. В перерыве пространство радикально меняется. На смену свободному движению приходят обычная рассадка по периметру и буквально, с помощью музейных столбиков и натянутых нитей, отгороженное пространство сцены.

Первая часть «Вместилища» посвящена неустойчивости, точнее даже — невозможности встать. Артисты упражняются в том, как можно не держаться на ногах или падать. У них непредсказуемо выкореживаются ноги, будто по мышцам постоянно пробегает шарик, сбивающий центр тяжести и мешающий найти баланс. Они скользят. Наконец, кого-то сбивает невидимая сила — самая интересная находка Манылова. Перформеры будто получают удар чуть ниже груди, но движение так устроено, что сложно понять, идет импульс снаружи или изнутри, — точная, физически ощутимая метафора сконфуженности и бессилия.

Пока существует ограда, артисты не встают полностью. Чтобы это сделать, требуются несколько соло — пара артистов выныривают к публике. Передо мной оказалась Лидия Кривошеева, и она исполняла «приличную», с низким содержанием эротики версию приватного танца — настоящее раскрепощение тела, ощущение его как своей собственности. В финале этой перебивки перформеры легкими движениями расщелкивают ограду — и характер хореографии резко меняется. В прямоугольнике возникают небольшие соревнования, кто более угрожающе и уверенно двигается, которые перерастают в коллективный акт уверенности — из движений исчезают агрессия и «быковатость», остается только сила.

Сцена из спектакля «Вместилище».
Фото — Владимир Луповской.

«Вместилище» идейно построено на базовых категориях: несвобода, неустойчивость, освобождение, пробуждение. Манылов демонстрирует, что такие простые вещи можно показать бесконечно разнообразно при помощи тела — потому что оно тонко реагирует на мельчайшие раздражители и способно передать больше, чем, например, слова. Поэтому, возможно, названия перформансов похожи: оба осмысляют тело как пространство, буквально место для разного рода эмоций.

В именном указателе:

• 
• 
• 

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога