«Список Паперной». Новая Голландия. Спектакль создан в рамках фестиваля «Сенокос» при поддержке Творческого сообщества МИРА, «Музея ОБЭРИУ» и проекта «Новая Голландия: культурная урбанизация». Автор идеи и сценария, режиссер Константин Учитель, художник Ольга Павлович

Кажется, мы не знаем таких времен, в которые жизнь человека представляла бы высшую ценность, в которые человек был бы значим и важен просто потому, что он дышит, потому что он может обнять, громко рассмеяться или горько заплакать… человек значим и важен просто потому, что он есть.

Сцена из спектакля.
Фото А. Иванишина.

Кажется, мы испытываем потребность во всем, кроме человека, и списываем «за ненадобностью» его присутствие рядом. «Котик лапку опустил в синие чернила…» — мама хранит зеленую общую тетрадь с яркими аппликациями и рисунками, на обложке большими красивыми буквами выведено «Анкета друзей», внутри — вопросы: «Что такое любовь?», «О чем ты мечтаешь?», «Какие три вещи ты возьмешь с собой на Луну?»… И моя мама знала, с чем ее друзья в подходящем случае отправятся на Луну, а с чем отправятся мои, я не знаю. Что-то случилось.

Кажется, мы потеряли точку опоры, и нас сносит. Я не верю одиночеству — оно бессильно и бессмысленно, когда специально, оно беспощадно и беспросветно, когда вынужденно — когда уходят, исчезают люди. Сиротеет, пустеет мир, и все равнодушно к короткой жизни человека.
В «Списке Паперной» сошлись все «кажется» — надо креститься, сошлись все ноты и рифмы. Сошлись, невероятно нашли друг друга люди, способные соединить свои разные, но такие близкие, родные голоса в одну очень личную песню, поднять их над жизнью, над чужим сегодня — тогда горе найдет выход, и человек почувствует силу своего голоса, услышит его звучание. Сошлись все мы, чтобы обрести друг в дружке спасение, силами общей любви проложить мосток через отвесную пропасть, чтобы каяться и смотреть в глаза соседей, обоюдно отражаясь в них.

Поэзия и музыка, составляющие существо спектакля, накрывают кирпичное пространство неосязаемым сводчатым куполом, в котором зыбким отражением мелькает преображенная прекрасным небесным сиянием жизнь, а люди, ее населявшие, — вот они, перед нами, за возрожденческим столом. Не столько важно, были они обэриутами или нет, входили в редакцию «Чижа» или нет, сколько то, какими они были. Актеры создают не идеальный, но живой, одухотворенный портрет людей, чье искусство — «песня пьющих солнце», источник любви, доброты, красоты.

Мягкая, словно покрытая пушистой кружевной белой шалью, Ксения Плюснина; звенящий, трескучий, гудящий, свистящий, жужжащий… немножко озорник и выдумщик Иван Капорин; изящный, грациозный, элегантный, важный, строгий, но готовый в один момент вспыхнуть и все это растерять Женя Анисимов; громкий, азартный, открытый и свободный Лёня Нечаев; раскатистый, протяжный, порывистый Дмитрий Крестьянкин; ясноголосый, воздушный, парящий Никита Хоральский; пытливый по-детски, одновременно сосредоточенный и непоседливый Иван Вальберг; отчаянно увлеченный тайным знанием «Алгебраического Гайдна» (и не только) Борис Павлович; ассемблирующий вкрадчивым густым колокольным голосом Константин Учитель. Создается бесконечный единый поток жизни.

Сцена из спектакля.
Фото А. Иванишина.

Актеры, подпрыгивая и пританцовывая, проносятся меж столами, словно отрываясь от земли, как и их герои, не укорененные в своей действительности, взмывали над ней. Люди, услышавшие эту благословенную музыку, не могут оставаться друг другу чужими, это — чудо: чувство всеобъемлющей любви, желание говорить и слушать, смотреть — не насмотреться, глядеть — не наглядеться… пока мы все за одним столом. Мир этому дому.

Ноябрь 2025 г.