«Веселые похороны». По повести Л. Улицкой.
Пермский академический Театр-Театр.
Режиссер Анджей Бубень, художник Елена Дмитракова.

Этот спектакль Анджея Бубеня в биографии режиссера — уже шестое обращение к творчеству Людмилы Улицкой. История о русских эмигрантах в США превращается в философское путешествие по мистическому междумирью, соединяющему жизнь и смерть. Главный герой, парализованный вследствие загадочной болезни Алик (Вячеслав Чуистов), волей режиссера раздваивается — тело отдельно (серая печальная кукла в человеческий рост), душа — сама по себе: подвижная, она проводник между двумя мирами, рассказчик, которому дано знать больше, чем всем остальным; тело же — мертвое, статичное, приводится в движение чужими руками. Манипуляции с куклой-Аликом становятся толчком для создания чуткого ансамбля, голоса сливаются, диалоги звенят мелодично, а мертвое тело художника оживает в руках любящих его людей и вот уже будто парит над всем происходящим.

«Гадюка». А. Толстой.
ТЮЗ им. А. А. Брянцева.
Режиссер Илья Носоченко.

Близится 2017 год. Столетие революции (а с ним и 2016-й — Год кино) отмечается по-разному, на разных площадках, — в том числе и на театральных. Вот и петербургский Театр юного зрителя решил не упустить повод, выбрав для постановки повесть А. Толстого «Гадюка» — о женщине, пережившей гибель родителей и принявшей участие в мятежных — околореволюционных — событиях.

«Чайка. Сюжет для небольшого рассказа». По пьесе А. Чехова.
Театр «Мастерская».
Режиссер Максим Фомин, художник Наталья Дружкова.

Премьеру спектакля Максима Фомина я смотрела на следующий день после того, как побывала на выставке Яна Фабра в Эрмитаже. Выставка только открылась, и, видимо, еще не были готовы сопроводительные материалы, которые служили бы навигацией по ней, а тем, кто пришел не специально на Фабра, а просто в Эрмитаж, помогли бы понять замысел, настраивали бы на вдумчивое смотрение. И там, и сям слышались эмоциональные комментарии посетителей, брошенных неподготовленными в полный отрезвляющей иронии и холодной ярости мир Фабра. Поневоле приходилось слушать то возмущенные, то недоумевающие возгласы — ведь давно замечено, что приятие и другие позитивные эмоции мы не выражаем столь громко, как оскорбление чувств, неприятие, возмущение и пр. Реакция зрителей стала частью шоу.

«Магазин». О. Жанайдаров.
Татарский драматический театр (Альметьевск).
Режиссер Эдуард Шахов.

У текста, участвовавшего в фестивале молодой драматургии «Любимовка-2014», непростая судьба (впрочем, как и у всех текстов бескомпромиссного Жанайдарова): спектакль в Альметьевске — первая постановка. Смелость автора, беспощадно описавшего историю современного рабства, совпала с волей руководства театра, строящего свой репертуар на разумном балансе между материалом развлекательного толка и серьезной, в том числе и современной, драматургией. Именно в Альметьевске несколько лет назад показали первый татарский вербатим «Невыдуманные истории» о женских провинциальных судьбах — «Магазин» невольно стал отзвуком и продолжением начатого тогда разговора.

«Слоненок». По сказке Р. Киплинга.
Государственный театр драмы и кукол «Святая крепость» (Выборг).
Режиссер Петр Васильев, художник Алевтина Торик.

Для «Святой крепости», показавшей свой первый спектакль в марте 1982 года, кукольный формат самый что ни на есть родной. Но в конце 90-х театр, основанный как кукольный, отвечая духу времени, стал одновременно и драматическим. К чести Юрия Лабецкого, бессменного руководителя «Святой крепости», баланс детских кукольных и взрослых драматических спектаклей в репертуаре соблюдается неукоснительно. Чего это стоит, с учетом разнообразия названий и имен режиссеров на афише этого театра, профессионалам объяснять не надо. Выборг — провинция, увы, негромкая, да и не каждый постановщик согласится рисковать временем и потенциальной славой в зале всего на 200 мест. Петра Васильева Лабецкий пригласил на постановку еще прошлой весной, и в результате в Выборге появился «Слоненок», в котором уживаются куклы и люди.

«Фальшивый купон». Е. Бронникова, Н. Коляда по мотивам повести Л. Н. Толстого.
Коляда-театр.
Режиссер Николай Коляда.

Наконец, пути Николая Коляды и Льва Толстого сошлись. И сошлись они на толстовской повести «Фальшивый купон». Почему «наконец»? Да потому что мало какой текст в русской классике был бы столь близок этому режиссеру. Ведь что за тема то и дело молоточком стучит в голове Коляды? Как стремительно распространяется зло на земле. Как уродлива жизнь, когда смотришь на нее без прикрас, и как жестока, в сущности, ее правда. Как необратим процесс отторжения человека от мира, от самого себя. Не об этом ли и «Фальшивый купон», где из плевого дела, пустяка, приписанной единицы на денежной бумажке вырастает подлинная народная трагедия, перемоловшая не одну человеческую судьбу.

Его приход в театр, в театральное дело не был явлением одиночным. Но в яркой плеяде математиков и экономистов, технарей и социологов, в конце 1960-х — начале 1970-х обратившихся в театральную веру по призыву Анатолия Зиновьевича Юфита и Бориса Юрьевича Сорочкина, Дадамян занял совершенно особое место. Его место никем не могло и не может быть занято — по той простой причине, что подобная научная оснащенность, талант организатора, дар лектора и понимание искусства редко совмещаются в одном человеке.

«Москва — Петушки». В. Ерофеев.
Центр современной драматургии под руководством Николая Коляды (Екатеринбург).
Режиссер Ринат Ташимов.

ЦСД лишился своей избушки и теперь осваивает новую сцену под крышей Коляда-театра. История Венички Ерофеева, ставшая первой работой главного режиссера ЦСД Рината Ташимова в этих стенах, благодаря предельной камерности сцены и сама становится какой-то камерной. Здесь не будет революций и провозглашения деревни Черкасово столицей, красных флагов и страданий о пустых глазах народа. Не будет тут и пронзительной истории о младенце, который знает букву «ю» (его упомянут лишь однажды, да и то мимоходом). Из поэмы Ерофеева, авангардистской и лишенной сюжета, Ташимов делает одноактный спектакль, урезанный в смысловой нагрузке, но не теряющий сценического обаяния.

«Месяц в деревне». И. С. Тургенев.
Ростовский-на-Дону Молодежный театр.
Режиссер Олег Куликов, художник Алексей Паненков.

Всего лет семь тому назад, когда «Месяц в деревне» был выпущен БДТ им. Г. А. Товстоногова, можно было удивиться: эта пьеса Тургенева редко возникала на сцене. Тот спектакль Праудина прожил, к сожалению, не слишком долго, но за последние годы появились значительные постановки Бутусова («Все мы прекрасные люди») в Петербурге и Марчелли в Ярославле, несколько менее заметных версий в провинциальных театрах, учебные спектакли; прошла тургеневская лаборатория в Новокузнецкой драме (один из эскизов был по этой пьесе). Сейчас «Месяц в деревне» можно считать вполне репертуарной пьесой. Наши режиссеры, как правило, ставят Чехова, а в какой-то момент — между Чеховым и Чеховым — еще и Тургенева...

В архиве появился № 81. Новые номера регулярно будут пополнять сайт,
приглашаем читателей и коллег не терять из виду этот процесс!

«Мандрагора». Н. Макиавелли.
Театр «Приют комедианта».
Сценическая редакция пьесы, режиссура, музыкальная и пластическая партитура Искандэра Сакаева, сценография, костюмы, свет Дины Тарасенко.

Искандэр Сакаев несколько лет назад поставил в Александринском театре «Цветы для Чарли», но это, можно сказать, был совсем другой Сакаев, еще до тотального увлечения биомеханикой (хотя и там актеры жили физически активно). После «Чарли» уже ни один спектакль режиссера не обходился без биомеханического тренинга. В Альметьевском театре результат «биомеханизации» актеров был небезынтересным, хотя, например, Ромео и Джульетта несколько подавляли своей неуемной энергией.

Ассоциация театральных критиков (АТК) объявила о запуске собственной лекционной программы. О том, как устроен современный театр, какие направления в нем сегодня возникают, как он взаимосвязан с другими общественными и культурными явлениями, а также с историей мировой сцены, расскажут ведущие театральные критики России — Дина Годер, Марина Давыдова, Павел Руднев, Алла Шендерова и многие другие.

«Венчание». В. Гомбрович.
Театр им. Ленсовета.
Режиссер Бениамин Коц, художник Ольга Никанорова.

Это дебют совсем молодого режиссера из Польши, выпускника мастерской Ю. М. Красовского, и первая постановка «Венчания» в России. Событие налицо.

В Петербурге в 2005 году был показан спектакль по этой пьесе, который Эльмо Нюганен поставил в Торуни с Владасом Багдонасом. Еще существеннее пьесы и инсценировки Гомбровича, которые можно было увидеть на петербургских фестивалях и гастролях также лет десять назад: «Космос» Ежи Яроцкого (который утверждал, кстати, что польский театр «подшит Гомбровичем»), «Гуляй-рожа» (по «Фердидурке») Вальдемара Сьмигасевича и «Оперетка» Ежи Гжегожевского.

Международный фестиваль под таким названием с 7 по 17 октября прошел в мытищинском театре «ФЭСТ».

Мытищи — уютный, быстро развивающийся город рядом с Москвой. До ближайшей станции метро 15 минут, на электричке — 25 минут до Ярославского вокзала. Но такая география — «Мытищи — это почти Москва» — сильно мешает и развитию театра, и фестивалю. Критиков в Мытищи не заманишь: если это Москва, то ехать все-таки далековато, а если не Москва, то с чего бы? Такое же положение и у химкинского театра «Наш дом», да и у других театров в городах-спутниках Москвы.

«Недоразумение». А. Камю.
Театр «Старый дом» (Новосибирск).
Режиссер Антон Маликов, художник Анна Федорова.

По мнению экзистенциалистов, становление личности происходит в процессе переживания кризисов, которые сопровождаются чувствами страха, отчаяния, безысходности. В пьесе Альбера Камю «Недоразумение» жизнь воспринимается человеком как постижение собственного одиночества. Но драматург предполагает: тотальное непонимание между людьми может быть преодолено. В спектакле Антона Маликова, поставленном в новосибирском театре «Старый дом», мир обречен. На сцене холодное, не предназначенное для жизни пространство — гостиница, которую содержат Мать (Халида Иванова) и ее дочь Марта (Лариса Чернобаева). Из горизонтально сложенных реек выстроена длинная стена темного сине-зеленого цвета — таким могло бы быть море, о котором мечтает Марта. Вдоль линии рампы тянется полоса из желтых решеток, словно указывая направление движения. Из предметов интерьера — только темные кресла-кубы и высокий светильник прямоугольной формы. Пространство диктует хозяйкам гостиницы модели поведения.

«Фунт мяса». Текст Н. Хрущевой на основе пьесы У. Шекспира «Венецианский купец».
БДТ им. Г. А. Товстоногова.
Авторская группа: Настасья Хрущева, Александр Артемов, Сергей Илларионов.
Руководители постановки Влад Фурман и Андрей Могучий.

Как-то рано поутру
БДТ с театром ТРУ...

Нет, не так.

Как-то разом вместе вдруг
БДТ и «Кракатук»...

Вот сейчас читатель перестал понимать что-либо вообще. И я понимаю этого читателя. Читатель не был в БДТ. Читатель не был в БДТ и читатель не знает никакого ТРУ, тем более что ТРУ больше нет. Читатель не знает, что принципом театра ТРУ, которого больше нет, были ритмизированные тексты Артемова и Юшкова, где все повторялось. Повторялось по три, по четыре, по шесть, по восемь, потому что принципом театра ТРУ были ритмизированные тексты Артемова и Юшкова, где все повторялось.

«Сострадание. История одного оружия».
Режиссер Мило Рау.
В рамках фестиваля «Территория».

Актриса Урсина Ларди (известная, в первую очередь, по фильму Михаэля Ханеке «Белая лента») целится в зрительный зал из автомата. Улыбается, помахивает нам рукой — как солдат из Руанды из воспоминаний ее героини. Солдат, пришедший расстреливать лагерь беженцев, в котором укрылись проигравшие гражданскую войну хуту.

Впечатления о 75-м сезоне Норильского Заполярного театра драмы

Новичков с «большой земли» Норильск сначала шокирует — заброшенными с 90-х годов заводскими поселками по дороге из аэропорта, стелящимся по земле дымом, змеящимися выше человеческого роста (вечная мерзлота!) трубами теплопроводов, рассказами о черной пурге и школьниках, учащихся три месяца в году (температурная отметка ниже нормы заставляет переходить на домашнее обучение). Кажется, что и город, возникший сверхчеловеческими усилиями и сверхчеловеческими же жертвами, и сейчас существует «вопреки». Вопреки климату. Вопреки экологии. Норильчане спокойно реагируют и на ужас («как вы здесь живете?»), и на восхищение («да вы герои!»). Невозможно жить в Норильске и не принимать его. Сломаешься. И чем больше вдумываешься постфактум в этот город, тем сильнее кажется, что суровый климат и скудный промышленный ландшафт, не в пример красотам среднерусских городов и их «музейных» театров, заставляет живущих здесь людей генерировать внутреннюю жизнь не созерцательно-пассивную, а активную, направленную на самоизменение, на выстраивание всевозможных коммуникаций, творческих и человеческих.

Позавчера театр «Мастерская» дружной толпой поздравлял с юбилеем педагога всех курсов мастерской Г. М. Козлова.

Григорий Козлов:

— Двадцать лет назад мы впервые набрали курс.

А до этого мы вместе поступили в Театральный институт на один курс.

А до этого мы попали по распределению в ЦКБ «Знамя Октября».

«Покорность». М. Уэльбек.
Новый Рижский театр.
Режиссер и художник Алвис Херманис.

Узнав, что Алвис Херманис собирается ставить у себя в Новом Рижском театре «Покорность» — роман-утопию о том, как в 2022 году во Франции президентом становится мусульманин, — я подумала: бить по политкорректности он будет из всех пушек сразу. (Многие помнят конфликт режиссера с Гамбургским театром в декабре 2015-го, когда он протестовал против политики Германии в отношении иммигрантов и беженцев и пришел к выводу, что его никто не хочет даже выслушать. «Разговаривая с людьми из театра Thalia, я понял, что они не открыты для других мнений. Они идентифицируют себя с центром поддержки беженцев. Да, я не хочу в этом участвовать. Могу ли я позволить себе свой выбор? Как обстоит дело с демократией?»)