«Эзоп». По пьесе Г. Фигейредо «Лиса и виноград».
Театр «Грань» (Новокуйбышевск).
Режиссер Денис Бокурадзе, художник-постановщик Урсула Берг.

В новокуйбышевском театре «Грань» в середине декабря прошла премьера спектакля «Эзоп» по пьесе Гильерме Фигейредо «Лиса и виноград». Не могу сказать, что сценическая история этой прекрасной разговорной пьесы так уж богата. Да, был когда-то знаменитый спектакль (а потом телеверсия) Товстоногова сначала с Полицеймако, позже — с Юрским. Был в 1981 году обаятельно-развлекательный фильм-спектакль с артистами-звездами: Калягиным в роли Эзопа, Табаковым, Полищук, Гафтом. Иногда эту пьесу ставили в российских провинциальных театрах. Кое-что я видела, и это была просто беда — с греческими хитонами, колоннами и амфорами; хотя часто играли хорошие артисты, но ни одного Эзопа я не запомнила.

«Пока еще это возможно».
Московский детский театр теней.
Режиссер Анна Иванова-Брашинская, сценограф Эмиль Капелюш, художник Роза Гиматдинова.

Дипломный выпускной студенческий спектакль «Пока еще это возможно» дышал энергией первооткрывателей. Отучившиеся в Высшей школе сценических искусств Константина Райкина недавние студенты делали свой первый шаг на взрослую сцену с амбициями художников, обнаруживших для себя и готовых развивать глубоко оригинальный и индивидуальный взгляд на искусство театра кукол. Выпускаясь как артисты-кукольники, двенадцать артистов будто намеренно выходили к публике со спектаклем, где инструментом становилось не технологичное подобие живого существа или предмета, а то, что с легкостью рождается из куска бумаги, тряпочки, веревочки, луча фонарика или подручной игрушки прямо «на коленке». Они заявляли иной способ существования и язык общения через рукотворность сценического процесса. Словно за время учебы они стали носителями антител, которые позволяют им идти поперек, двигаться в русле большой мировой реки кукольного театра, осознавать свою инаковость и свое тайное знание о том, что театр кукол — глубоко авторская история.

Сегодня Тбилиси прощается с Николаем Николаевичем Свентицким. 4 и 5 января шла панихида в Храме Иверской иконы Пресвятой Богородицы на горе Махата. Сегодня похороны в Пантеоне писателей и общественных деятелей Грузии на горе Махата.

«Esse Homo».
Театр Karlsson Haus.
Режиссер Алексей Лелявский, сценограф Эмиль Капелюш.

История путешествия Гулливера абсолютно не новая для театра кукол. Оно и понятно: содержание уже подсказывает постановщику форму, в основе которой — игра с масштабами. А так как в советском и постсоветском пространстве сохраняется миф о том, что книга Джонатана Свифта приравнивается к детской сказке, ставят обычно ту самую упрощенную версию.

«Поликушка». Музыка С. Рахманинова, а также обработки русских народных, казачьих и военно-патриотических песен.
Севастопольский государственный театр оперы и балета.
Хореограф Джона Пол Кук, художник Ольга Скурихина, дирижер Артем Абашев.

Льву Николаевичу Толстому не слишком везет с искусством балета: его сочинения вдохновляют значительно меньшее количество композиторов и хореографов, чем сочинения Достоевского. Это в принципе понятно: Федор Михайлович — спец по быстрым движениям души, и эти душевные движения естественно перекладываются в полеты-прорезания пространства, эффектные жесты и быстрые вращения. Основательные рассуждения Льва Николаевича повода быстро двигаться не дают. За единственным исключением: «Анну Каренину» ставили и ставят много и с удовольствием — но выцепляют из текста не размышления о природе семейного счастия, а истерические метания главной героини. Кроме «Анны», какие еще балеты у нас связаны с Толстым?

В архиве появился третий по счету номер журнала «Представление».

«Представление» — студенческий журнал, который со всей очевидностью является предтечей, прообразом, прародителем «Петербургского театрального журнала». Это машинописное издание выходило с 1987 по 1992 г. в ЛГИТМиКе, было выпущено 10 номеров. Мы решили ввести материалы этого, единственного тогда в Ленинграде, театрального издания в профессиональный обиход, потому что часто никаких других материалов о ленинградском театральном процессе тех лет просто нет. Оцифровка идет не слишком быстро, но идет. Вот — уже третий номер — из той счастливой студийной студенческой жизни эпохи ранней гласности…

Об истории «Представления» читайте здесь: МАНИЯ ЖУРНАЛА — Петербургский театральный журнал (Официальный сайт).

Захлопываем четверть века.
Скрежещет дверь. Гремит замок.
Век-волкодав съел человека,
А предыдущий ведь не смог...
Нам всем — печальной укоризной
Уничтоженье гуманизма
И правит новогодний пир
Гуннонизированный мир.
Что ж остается? Сдвинуть кружки
На этом Пирровом пиру?
Нет, продолжать служить добру,
Свистулькой заглушая пушки.
И вдруг другие двадцать пять
Мир к радости вернут опять?

«ПТЖ» 33 года. За эти «33» в журнале отрецензировано 8018 спектаклей из 1222 театров 331 города. Это по указателю на сайте, где что-то может быть и пропущено. Но не меньше — это точно. Опять же в указателе 10 822 имен, и это точно меньше реальности: десять лет назад вполне могли не поставить тэг на какое-то имя…

За 33 года через журнал прошло 1142 автора. Из «ПТЖ», как из «Шинели», вышло пять поколений критиков. Увы, многие талантливые покинули профессию, но входили-то они волнами, генерациями, свободными поколениями — и мы всегда были открыты всему новому. Не всегда молодые воспринимались редакцией приветливо, да и не только редакцией. Когда-то журнал «Сеанс» выпустил энциклопедию, где автор Л. Шитенбург, сама работавшая у нас еще студенткой, презрительно характеризовала «ПТЖ» как журнал для студентов и педагогов Моховой, которым, в общем, негде печататься… Это утверждение далеко от реальности так же, как от цеховой этики, но по сей день наткнувшиеся на эту «энциклопедическую заметку» коллеги задают недоуменные вопросы…

Да, молодых всегда было много. Они сменялись, уходили, кто-то возвращался и возвращается, кто-то нет, разрывы всегда были болезненны, сепарация тяжела, потому что жизнь в журнале — это именно жизнь, которой надо энергетически отдаваться целиком, и рвать потом больно. Проходят годы, мы встречаемся к кем-то, с кем прошли какой-то период журнальной жизни, и я слышу бесконечное: «А помните, как мы редактировали вот то-то и делали то-то…»

Это очень тяжелые 33 года, поверьте. Все эти годы «ПТЖ» делается людьми, которые где-то еще работают, журнал нас не кормит, последние годы мы живем на благотворительные взносы (спасибо благотворителям!"), то есть, по всем приметам, мы вообще не профессиональное издание, а любительский кружок по интересам (профессиональный промысел людей кормит). Это такой драматический парадокс, при котором нет права требовать, нет возможности наладить производственный режим. Срывы, напряжения, кризисы — все это наша всегдашняя реальная история, которую надо написать… Но нет времени. Потому что журнал должен выходить. И он выходит: каждый день блог, два раза в месяц подкаст, по графику премьер — раздел Пресса, иногда книги (надо бы больше), четыре раза в год толстый номер. И это несомненные признаки профессионального издания.

Вот такие ножницы — кружок по интересам или профессиональное издание — и режут нашу жизнь.

Но вы держите в руках № 122, а это что-нибудь, да значит. Читайте и помогайте. А мы будем работать.

Содержание номера
Марина Дмитревская. К читателям и коллегам

«Колдунья». А. Беспалова.
Свердловский академический театр музыкальной комедии.
Дирижер Эхтибар Ахмедов, режиссер Нина Чусова, художник Александра Глебова.

Превратить романтическую повесть Александра Куприна «Олеся» в мюзикл оказалось счастливой идеей, пришедшей в голову композитору Анастасии Беспаловой, вдохновившей драматурга и поэта Алину Байбанову, реализованной режиссером Ниной Чусовой. Возникший усилиями крутой творческой команды симфо-этно-блокбастер с опорой на произведение высокой русской литературы — серьезный вклад в миссию екатеринбургского Театра музкомедии как «лаборатории отечественного мюзикла». Опора на фольклорную образность, интонационность, словесность открывает перед ним новые горизонты и, как показала премьера, сильно впечатляет зрителя.

«Школа для дураков». С. Соколов.
МХТ им. А. П. Чехова.
Режиссер Денис Азаров, художник Алексей Трегубов.

Еще одна «Школа для дураков». Поставлена в МХТ на Малой сцене Денисом Азаровым. Знаменитый роман Саши Соколова, несмотря на очевидную сложность для постановки, очень часто привлекает режиссеров (буквально в эти же дни состоялась премьера другой его сценической версии в Петербурге, в «Мастерской» Григория Козлова). Сложно устроенная модернистская проза, ведущим приемом которой является нарушение привычного строя литературной речи, безусловно, является вызовом для театрального языка. Но мы с вами не будем уподобляться душнилам-филологам и требовать от театра правильного (или даже новаторского) прочтения литературного оригинала, а заранее договоримся, что роман — только повод, зацепка, что каждый спектакль — совершенно самостоятельное произведение, вовсе не обязанное следовать сюжету и даже духу романа. Единственное, чему спектакль обязан следовать, как известно со времен Пушкина, — это законам, которые его постановщик над собою поставил.

«Пес по имени Мани». По сказке Б. Шефера.
Театральный проект 27 (Санкт-Петербург).
Режиссер Слава Ляхин, драматург Лара Бессмертная, художник-постановщик Анастасия Кривдина.

От дворовых игр моего детства сильнее всех пострадал старый раскидистый тополь: о крону терлись веревками качели, в стволе пряталось дупло для секретиков, к макушке, где была разбита смотровая площадка-штаб, карабкалась вереница детей. К земле клонились голые ободранные ветки — это потому, что мы были бизнесменами: объединялись в товарищеские предприятия и объявляли между ними деловые отношения. Чтобы отведать кашу из земли, песка и глины и запить ее дождевой водой из консервной банки, или чтобы прокатиться на раме «Суры» до пляжа, нужны были платежные средства, и мы старательно складывали на маленькие ладошки большие тополиные листья. Такими были первые уроки финансовой грамотности моих друзей и мои.

«История одной фотографии». А. Азовская.
Театр Наций (Москва).
Режиссер Елизавета Бондарь, художник-постановщик Мария Кривцова.

Летом на фестивале «Горький+» случилась премьера Елизаветы Бондарь «История одной фотографии». Спектакль горяченьким забрал в свой репертуар Театр Наций, и вот спустя полгода премьера играется уже в его камерном Новом Пространстве.

«Сотворившая чудо, или Что такое любовь». По пьесе У. Гибсона и автобиографии Х. Келлер.
Русский театр драмы им. М. Горького (Астана, Казахстан).
Режиссер Гульназ Балпеисова.

Как в театре сыграть любовь? Вымышленные рецепты Станиславского подходят не всегда. Через тактильность иногда выражается не любовь, а ненависть или презрение, и человек при этом сильно «хочет касаться». А, например, в оперном театре тоже постоянно друг друга любят, но «касаются» лишь голосом.

Ирочка, дорогая, я люблю тебя с первых нот твоего волшебного, ломкого, словно кубики льда, перезванивающиеся в хрустальном бокале, неповторимого твоего голоса, выводящего незамысловатую мелодию русского напева в «Глотке свободы» Окуджавы.

Я пришел работать в ТЮЗ, и первое, что увидел, — твою грациозную, миниатюрную, словно высеченную мастером самого высокого класса, твою прелестную фигурку, и влюбился в тебя и в твой волшебный дар.

«Скасска». По текстам Д. Хармса.
Театр «Старый дом» (Новосибирск).
Режиссер Арсений Мещеряков, художник Екатерина Эрдэни.

Кажется, обращение к сказкам становится для Арсения Мещерякова устойчивым лейтмотивом. После афанасьевских сказок в Театре Наций — с их яркой, уилсоновской визуальной выверенностью, графической четкостью образов и холодной театральной красотой — режиссер вновь возвращается к «сказочному» материалу в театре «Старый дом». Правда, рассказы Даниила Хармса можно назвать сказками в привычном понимании лишь с натяжкой. Возможно, именно поэтому, слепившись в сказочноморфный голем, они выросли в одну страшную «Скасску».

«Дон Кихот». В. Мицукова. Фантазия по мотивам одноименного романа М. де Сервантеса.
Городской драматический театр (Нижневартовск).
Режиссер Татьяна Родина, художник Варвара Бабошина.

Конечно, сюжет о Дон Кихоте — несомненный палимпсест. Каждый следующий автор соскабливает предыдущий текст со свитка и пишет свой, как писал и Сервантес — по «пергаменту» новелл Саккети и рыцарских романов. Ни Сервантес, ни Шекспир не именовали себя постмодернистами, теоретически узаконившими «письмо по письму». Просто в литературе так было всегда. И права М. Смирнова-Несвицкая, писавшая когда-то, что «неизвестно, который из соскобленных текстов ценнее — старинный или более поздний. Современные технологии иногда позволяют прочесть и стертые тексты. В конце концов, порой и сам носитель — пергамент — оказывается драгоценнее запечатленных на нем мыслей».

О показах творческой лаборатории VII Фестиваля «Камский»

Фестиваль-лаборатория «Камский» каждый год гостит в разных городах Пермского края. В 2025 году его принимала Губаха — город, известный каждому театралу благодаря ландшафтному фестивалю «Тайны горы Крестовой». Параллельно с показом спектаклей театров Березников, Губахи, Кудымкара, Кунгура, Лысьвы, Чайковского на «Камском» работает творческая лаборатория, каждый театр-участник которой выделяет нескольких актеров, а каждый приглашенный режиссер формирует собственную «сборную», в которой актеры разных трупп смешиваются каждый раз в неповторимой пропорции.

«Научи меня любить». Е. Бронникова, Р. Дымшаков
Площадка «Скороход».
Режиссер Виталий Тихомиров.

Аскетичный черный периметр, четыре стула и два героя — вводные данные к задачке без правильного ответа от режиссера Виталия Тихомирова. В качестве затакта — краткое резюме: спектакль о любви, любви-зависимости и возрасте. Только кажется, что любви в спектакле нет совсем. Есть лишь вдруг вспыхнувшее желание, страсть, зависимость, страх потери, стремление присвоить — но не любовь. Пошлая история, каких, наверное, много — старшеклассник влюбился в учительницу. Ему — 17, ей — 37, она замужем... Перспективы нет. Думается — переболит и пройдет. Но Миша (Матвей Гутман) и Татьяна (Варвара Павлова) пусть и через несколько лет, но произнесут друг другу слова любви в унисон, побегут в бабушкин сад без оглядки и поверят, что вот это-то и есть настоящая любовь.

«Дон Кихот». По мотивам романа М. де Сервантеса «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский».
«Пятый театр» (Омск).
Режиссер Людмила Исмайлова, художник Ольга Горячева, драматург Светлана Баженова.

Хотелось начать рецензию про спектакль «Дон Кихот» в Омском государственном драматическом «Пятом театре» с того, что этот роман сейчас никто не читает. Наверное, так и есть, если говорить о России. Но погуглив, узнала, что роман Мигеля де Сервантеса Сааведры один из самых читаемых не скажу, что в мире, но в Европе уж точно. Конечно, это большая загадка. Из тех, что разгадать невозможно, если не посвятить этому жизнь. А если не посвящать, то вряд ли в этом вопросе я смогу разобраться. Иногда кажется, что читатели (если они действительно читали этот великий роман) больше верят мифу о Дон Кихоте, а не самому тексту. Потому что Дон Кихот Сервантеса и миф об этом герое, да и миф о самом романе — совершенно разные вещи. Но и этому надо тогда посвящать весь текст, а ведь цель совсем другая.

«Всё тут».
Проект «Парковка».
Режиссер Режиссер, художник Мария Трегубова.

В Москве вновь оживают снятые с репертуара театров работы Дмитрия Крымова. Спектакль-воспоминание «Всё тут» играют на парковке в торговом центре, постановщиком значится режиссер Режиссер.

Спектакли-воспоминания, спектакли-мемории — знак нашего времени, которое было так стремительно, резко разрублено на до и после — словно ампутация без наркоза. Отрублено оказалось наше прошлое, то, что мы любили, чем жили, дышали. И эта еще не отрефлексированная потеря остро нуждается в чувственном, физическом, предметном воплощении — в ритуале горевания. Так в «Среде 21» Дмитрий Волкострелов поставил «Русскую смерть. Воспоминание о спектакле» в память о своей работе в Центре Мейерхольда, которая вышла в феврале 2022 года и существовала совсем недолго. Спектакль про смерть спектакля про смерть — такой фрактальный тоннель отражений, позволяющий зрителям совместно прожить общую или индивидуальную боль утраты. И еще, конечно, это работа с памятью, которая может стать как проклятием, так и спасением.