Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

Невское время. 04.12.2013
СМИ:

ИДИОТ, ПОТОМУ ЧТО ВЛЮБИЛСЯ

В основу режиссёр положил сценическую композицию романа Достоевского, сделанную Георгием Товстоноговым. Но в Театре на Васильевском «Идиот» представлен зрителю как… миф. Поправка, сопровождаемая кратким пояснением в программке: «Миф — это есть сама жизнь», допускает наличие венка «из цветов и листьев» на голове Мышкина, сквозной образ символ девочки — женщины — куклы «в красном» (художник по костюмам Стефания Граурогкайте) и условность площадки, обозначенной белой полукруглой стеной с пятью арочными проёмами.

Энергетический посыл импульсивной Настасьи Филипповны — Елены Мартыненко заставляет зрителей то сопереживать, то стыдиться за неё. Посредственность Гани Иволгина — Сергея Агафонова, спешащая насмеяться над кем-либо, прежде чем в ней распознают ничтожность, очевидна. Прихвостень Лебедев — Владимир Постников отвратителен до зубовного скрежета. Генеральша Епанчина — Наталья Кутасова величественна и язвительна. Лидирующая в трио её дочерей Аглая — Мария Фефилова немыслима без Александры — Татьяны Калашниковой и Аделаиды — Анны Королёвой. Понятны и молчаливый Тоцкий — Сергей Лысов, и говорливый Епанчин — Евгений Леонов-Гладышев… Но откровением спектакля «Идиот» становится Илья Носков в роли Рогожина, и это открытие равносильно открытию новых граней таланта Анны Ковальчук в бутусовской премьере «Все мы хорошие люди».

От миловидности и интеллигентской положительности Носкова, которую в хвост и в гриву эксплуатируют театр и кино, в постановке Туманова не остаётся и следа. Рогожин — работяга, простой мужик, сбитый с толку чувствами, которыми играет образованная барышня. Он живёт природными инстинктами, а чужие психологические проблемы проанализировать не в состоянии. Результатом сплетения инстинктов с невозможностью их реализации становится страдание, из которого родится душа, — странная субстанция, которая ему только мешает жить.

Если для Мышкина (Арсений Мыцик) Настасья Филипповна — манящая мечта, lady in red, то для Рогожина — Носкова она красная тряпка для быка, интеллектуальный уровень которого не позволяет понимать предлагаемые условия игры. Чтобы как-то приноровиться к линии поведения дамы сердца, при первом явлении зрителям жизнелюбивый Рогожин — Носков сам залпом «гасит» себя, свою «лишнюю» душу водкой из горла, но ближе к финалу зал видит человека, жизнелюбие и эмоциональность которого убиты вовсе не спиртным. Женщина, ради которой он был готов жить, сорить деньгами, исполнять любые её желания, уничтожила его, загнала в угол, превратив из хозяина жизни в безвольного раба.

Это кейс из реальной жизни: как «обламывали», «заигрывали», словно куклу, Настасью Филипповну, так и она отыгралась на Рогожине… И идиотом в тумановской трактовке выглядит именно Рогожин, замахнувшийся на «любовь не по ранжиру», на любовь, которая его убила, потому что не смогла сделать лучше. Сгорбленный, с мёртвым лицом, он, опустив руки как плети, устало, словно нехотя, рассказывает князю о своих любовных злоключениях и подлинных симпатиях возлюбленной. А по-отечески утешающий его Мышкин — Мыцик здесь умудрённый жизнью наставник, ещё в начале романа предсказавший жестокий финал, в котором снова явится девочка с копирующей её куклой в руках и положит её на стол взамен убитой Рогожиным Настасьи Филипповны. И маленькая, и большая женщины по кругу, замкнувшемуся для героев, смеясь, убегут куда-то вдаль, за пределы мифа, так похожего на реальную жизнь…

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.