Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

Скрипичный ключ. № 4. 2014
СМИ:

РЕЦЕПТ СЕНСАЦИОННОГО МЮЗИКЛА

«Бал вампиров» в Театре музыкальной комедии — безусловное событие театральной жизни. Такого в нашем городе, нашей стране еще не было. Однако руководители театра пришли к выводу: мюзиклу, несмотря на успешные сборы, пора отдохнуть. Нужно что-то новое, не менее заманчивое.

Нельзя сказать, чтобы «Бал вампиров» существовал последние годы в одиночестве. В Театре музыкальной комедии появились «Чаплин», «Аладдин» — достойные спектакли на основе популярных мюзиклов с добротными, а иногда и отличными актерскими работами. Всё же зрительского ажиотажа они не вызвали.

Как вновь вздыбиться на уровень «Вампиров»? Нужен, вероятно, броский, оригинальный сюжет, уникальная постановочная бригада, лучшие для двух столиц артисты и, конечно, большие деньги. В 2014 г. Театр призвал «вампировскую» бригаду — она отбирала материал. Почему из просмотренных партитур выбрали оперетту Ральфа Бенацки «Аксель у врат небесных» (1936 г.)? Да, мелодии позднего неовенца хороши, хотя неизвестны в России. Вальсы, танго, фокстроты легко запоминаются, а некоторые даже преследуют завзятого меломана. На мой взгляд, «Аксель» (в другом варианте, «Ясь») лучше, чем американизированная «Герцогиня из Чикаго» знатного современника Бенацки — Кальмана. Правда, в 2014 г. к музыке Бенацки добавили несколько музыкальных номеров, сделали новую аранжировку. Принесло ли это пользу? Не уверен. Скажем, перебранка продюсера Скотта и уголовного Тино Тациано выглядит инородным телом. Бенацки способен сам за себя постоять.

Другой вопрос: что делать с либретто, вечным камнем преткновения в театрах оперетты. Пьеса Пауля Моргана и Адольфа Шютца (со стихами Ханса Вигельта) пользовалась успехом, дважды экранизировалась (в 1944 и 1966). Уверяют: в первоисточнике диалоги смешные. Но длинные. Клавираусцуг «Акселя» (издан в 1965 г.) насчитывает 100 страниц. Компьютерный текст оригинала либретто — 172 страницы. Много. Режиссёр Корнелиус Балтус поступил в этой ситуации самым «естественным» образом — придумал дополнительные сюжетные ходы. Авантюриста положительного (журналиста Акселя) уравновесил авантюрист отрицательный (Тино Тациано). Кроме того, Аксель приобрёл двух друзей (Тэдди и возлюбленную Джесси), т.ч. добавилась необязательная сцена в первом действии. Друзья в этом же эпизоде обиделись на Акселя и появились на пару минут только в суде, т.ч. эта сюжетная линия осталась аппендиксом. А старый авторский текст пришлось кардинально сокращать. В результате обнажилась сюжетная схема, вполне тривиальная. Может быть остроты (из оригинала и русского текста Олега Солода) вернуть?. Будем надеяться, в первом акте схема обрастёт «мясом».

О чём, собственно, история? Театр решил название с ничего не значащим именем Аксель поменять на более зовущее: «Голливудская дива». Понятно, в центре нового варианта должна быть голливудская звезда. В первоисточнике главное — история предприимчивого молодого человека, он втёрся в доверие звезды Глории Миллс (вспомним «Все о Еве», «Без ума от оперы» и т.д.). Название поменять легко — драматургическую структуру, чтобы она не скособочилась, труднее. О психологии кумирш экрана мы узнаём только из первых двух сцен. Далее сюжет «кидается» в разные стороны. По словам режиссёра, сверхзадача спектакля — пародия на Голливуд и голливудские фильмы. При этом ему хотелось «показать всю мощь и величественность Голливуда» 30-х гг. Как это совместить с пародией? К тому же мощь Голливуда никак нельзя отразить на камерной сцене Театра музыкальной комедии. Пародии на Голливуд тоже не получилось. Мы представляем себе мир знаменитой киностудии, тем более, 30-х гг., скорее, по слухам. Не зная оригинала, трудно смеяться над отражением. Суета кинозакулисья в начале представления, выглядит, скорее, следствием недостатка репетиций. Напор продюсера Скотта (Александр Байрон) вносит в действие известную отцентрованность и энергию. Но дело не в этом. Пародийность должна ощущаться в тексте, в режиссуре, актерской игре, хореографии. Ничего этого нет. Пародия обычно превращает знакомые схемы, приемы в абсурд. Однако сюжет и диалоги «Голливудской дивы» не более абсурдны, чем сюжет и диалоги «Мистера Икс» или «Марицы». Единственно, что зашкаливает, так это наивность Глории Миллс. Интриги киномира должны бы воспитать в даме звериную хватку и цинизм. Ничего подобного нет. Примадонна приходит в восторг от любого смазливого мужского лица и поддается любому влиянию. Оговорюсь, Глорию Миллс играют и поют по-разному две актрисы: Ольга Дроздова и Лика Рулла.

Центральные роли в супер-мюзикле (я не касаюсь «домашних» постановок, вроде «Оливера») должны исполнять приезжие знаменитости, как правило, московские. Своим достаются лишь эпизоды. В этом есть резон. Для мюзикла требуется особая техника пения, лучшая хореографическая подготовка. Петь классику и мюзикл для наших «классических» вокалистов почти невозможно — их этому не учат. Хотя западные примы (скажем, Рене Флеминг) владеют чуть ли не всеми жанрами, стилями: от Генделя до песен американского кино (не говоря уже о «Весёлой вдове»).

Перед началом репетиций супер-мюзикла устраивается грандиозный кастинг. Побеждают, видимо, сильнейшие. В данном случае, кастинг коснулся кордебалета. Солистов первого состава не испытывали — слишком знамениты. Имеется в виду звёздная пара: Дмитрий Певцов и Ольга Дроздова. А зря.

Не буду оспаривать славу актёров, но «Аксель» ближе к традиционной оперетте, чем к мюзиклу. Арии и дуэты Бенацки нельзя выкрикивать, и даже микрофон у зубов здесь не слишком помогает. Приятно читать в премьерном буклете, что Певцов уже выступал в мюзикле «Иствикские ведьмы», в рок-опере «Слово и дело», с конца 90-х начал заниматься с педагогами пением. Записал диск песен. Все же для оперетты песенного уровня маловато. Музыкальный опыт актрисы театра «Современник», звезды сериалов и секс-символа тоже недостаточен. Дроздова не может вытянуть длинную ноту, полутонит и, кажется, не слышит оркестра. Безусловно, многие зрители пришли на премьеру ради Певцова с Дроздовой. Были они удовлетворены? Конечно, это шаткий критерий, но на поклонах оваций не отмечалось.

Дело не только в музыкальности. Сочиненная режиссером роль афериста, альфонса и вора Тино Тациано (Дмитрий Певцов) не слишком выигрышна. Два эпизода: в начале и конце спектакля. В значительной степени, Тино повторяет героя Островского из «Последней жертвы» («Ва-Банк» в Ленкоме), но в режиссуре Марка Захарова, Певцов более интересен. На сцене чужого театра известный артист бродит с унылым выражением лица. В суде Тино становится вовсе омерзителен и жалок. Трудно поверить в способность этого супермена увлечь любую женщину. Что касается Дроздовой, то она, несомненно — красивая женщина, но не гранд-дама, при появлении которой все невольно встают. Примадонна в либретто жалуется: с ней обращаются, словно с маленькой, глупенькой девочкой. Однако в разговоре с продюсером, в большой сцене с Акселем (Олег Красовицкий) Дроздова и выглядит девочкой из провинции, робкой и глупой. Несколько жеманной. Неестественность подобного рисунка для актрисы очевидна. Если бы Дроздова и здесь поддержала свой имидж деловой женщины — именно он принёс ей успех в фильме «Остановка по требованию» — было бы лучше. Глория, по автору, — женщина бурного темперамента, готовая потерять большие деньги, работу и даже жизнь. Для этого нужна не только истероидность, но и воля.

В этом смысле, исполнительница второго состава, Лика Рулло, при значительно меньшей известности, убеждает больше. Перед нами действительно звезда, привыкшая заставлять всех плясать под свою дудку. Настоящая «роковая женщина» с низким, волнующим голосом. Она тоже не поёт в классическом стиле, но её вокализация в жёсткой, мюзикловой манере, по крайней мере, уверена и точна.

И молодой Кирилл Гордеев, другой исполнитель роли Тино Тациано, тоже радует победительностью. Да, шальной, но это и требуется. Выходную арию он исполняет с блеском. Это ударный номер с хором и кардебалетом.

Всё же пьеса, вопреки позднейшим наслоениям, выводит нас к основному сюжету. Аксель должен быть основной фигурой спектакля. Он и становится основным в исполнении актёра театра «Московская оперетта». Олег Красовицкий (Аксель) — пылок, белозуб и похож на оперно-киношную звезду 1920-х гг. Яна Кипуру. Красовицкий пластичен, одинаково убедителен и в маске старика, и в виде улыбчивого молодого человека. В вокальном плане Илья Викторов (Аксель в ином составе) более выигрывает, но не столь эффектен.

В постановке происходит рокировка центральных персонажей и эпизодических. Если лирическая комедия в первом действии (по крайней мере, в первом составе) вяловата, то эксцентрическая комедия во втором — забавна.

Неожиданно во втором акте пробивается патриотическая тема. Корнелиус Балтус, автор новой версии пьесы, и автор русского текста Олег Солод как бы изнутри подорвали «американизм» спектакля, сочинив двух персонажей-россиянок. Горничная Глория вначале говорит с прелестным акцентом («Он будет никакоковый»), а затем разражается трогательным монологом о тоске по России. Ей омерзительны изысканные европейские кушанья (их мы лишились в результате санкций) по сравнению с русскими щами. У горничной, кстати, чисто «славянское» имя Дайна. Агата Вавилова, в этом году получившая Гран при на конкурсе «Весна романса», играет моно-сцену с тонким юмором и поёт шуточный романс («А жаркий климат океанский славянской психике вредит»). Причём поёт лучше, чем Ольга Дроздова, поэтому её приветствуют с большим энтузиазмом, чем супер-звезду. Соответственно, она и занята с двумя составами. Российский патриотизм и антиамериканизм парадоксальны. Станислав Говорухин призывает изъять из кинопроката все голливудские ленты. Между тем, в этом сезоне, театры предлагают, на редкость, много американских пьес, мюзиклов. В противовес этой тенденции «Голливудская дива» обогатилась аж двумя русскими эмигрантками. Помимо русской (с гастрономическими страданиями), в спектакле появляется «новая русская» леди Болочкова. Для тупиц, не понявших намёк на скандальную балерину, Болочкова в суде заявляет, что она «урожденная Анастасия». Ограбленная небалерина придурковата, но это одна из лучших, если не лучшая роль Валентины Кособуцкой последних лет. Эмигрантка патетична, баламутна и любвеобильна. Сцена Болочковой и Судьи (Владимир Яковлев) — центральная во втором акте. Если первый на премьерных спектаклях был «обескомичен», то во втором — комизм концентрирован. Особенно смешон Судья-собачник (специалист по доберманам), он изъясняется со свидетелями, прокурорами, адвокатами, как с любимыми собачками: «В вольер!», «Фу!» и т.д. Что не мешает Судье под конец приударить за богатой Болочковой. Наблюдать за звёздами петербургской оперетты одно удовольствие. У Яковлева и Кособуцкой чувствуется прекрасная школа. Кстати, Яковлев исполняет и вторую роль: старика-парикмахера, танцуя, напевая симпатичный дуэт с мнимым стариком Свифтом «Ты слёз не лей». Поддерживает славу жанра и молодой Иван Корытов — сумасшедшенький адвокат Пеперминт, демонстрируя преувеличенную, оперо-буффонную скороговорку. Что же касается международной постановочной бригады, то ее реноме поддерживает прежде всего хореограф Денис Каллахан. От мюзикла в спектакле несколько танцевальных массовых картин. Например, в первом акте танец на гигантской пишущей машинке — ведь дело происходит в 1-й половине ХХ века и герой — журналист. У танцовщиц на голове шляпы-клавиши. Правда, идея танца на машинке заимствована из старого фильма. Во втором акте танец-квинтэссенция Голливуда (с Чаплиным, пиратами, индейцами) и зажигательный свинг заключенных в тюремных клетках. Разумеется, в финале — апофеоз вокруг какого-то белого торта, при участии танцовщиц с перьями — это единственное, что можно принять за пародию. Впрочем, любое кабаре и сейчас не обходится без тех же гёрлс с перьями.

Оформление венгра Кентаура, не столь стильно, как в «Вампирах». Традиционные винтовые лесенки сменяются не менее традиционными павильонами (парадными и простыми). Очевидно: 13-й раз перенести культовый мюзикл — не то же самое, что сочинить заново оперетту. И как поётся в «Диве»: «А виновен в этом, конечно, режиссёр».

Повторить триумф не всегда удаётся, даже если пригласить высокопрофессиональных режиссеров, художников, хореографов и знаменитых артистов. В целом спектакль жанрово не устоялся и не определился оптимальный состав, хотя на премьере собственные актеры Театра музыкальной комедии выиграли состязание с приглашёнными звездами. Рецепта сенсационного мюзикла нет, но оригинальный сюжет играет роль немалую. Поэтому жаль, что музыкальный триллер «Джекилл и Хайд» Фрэнка Уайлдхорна по Роберту Льюису Стивенсону был отложен ради «Голливудской дивы». Молодой зритель почему-то любит страшненькое. Здесь о монстрообразных увлечениях «вампирической» бригады («Дракула», «Франкенштейн») напоминают лишь афиши в комнате-гримерке Тэдди и Акселя. Будем ждать стивенсоновских двойников.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.