Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

«ЛАУРЕНСИЯ» ВОЗВРАЩАЕТСЯ

Балет «Лауренсия» труппа Михайловского театра посвящает памяти выдающегося танцовщика и хореографа Вахтанга Чабукиани, чье столетие в этом году широко отметили петербургские театры

Спектакль открывается видеозаставкой: перед зрителем возникает афиша премьеры, состоявшейся 22 марта 1939 года на сцене Театра оперы и балета им. Кирова. На фоне афиши — Вахтанг Чабукиани в костюме и гриме главного героя балета — Фрондосо.

Классический танцовщик-виртуоз Чабукиани проложил дорогу для нового, героического, направления мужского танца, раскрыл его силу и поэтичность. Чабукиани-хореограф видел в танце средство передачи душевного состояния героев, их мыслей и чувств, намерений и поступков. Все это отразилось в его лучшем балете «Лауренсия».

Сценарий написан по знаменитой пьесе испанского драматурга Лопе де Вега «Фуэнте Овехуна» (в русском переводе «Овечий источник»). Тема — восстание крестьян местечка Фуэнте Овехуна против насильника — феодала командора Фернана Гомеса. Обращение к испанской теме было актуальным в связи с испанскими событиями второй половины 1930-х годов, нашедшими широкий отклик в СССР.
Яркую, выразительную, насыщенную испанским колоритом музыку написал известный московский композитор Александр Крейн. Танцевальное богатство «Лауренсии» позволило исполнителям разных поколений создать полнокровные, едва ли не лучшие в их творческой жизни, образы. В партии Лауренсии блистали Наталья Дудинская и Алла Шелест, в партии Фрондосо — Борис Брегвадзе и Рудольф Нуреев.

Со временем спектакль незаметно исчез из репертуара, напоминая о себе лишь отрывками, которые иногда включали в свои творческие вечера звезды балета или выпускники Академии им. Вагановой. К восстановлению «Лауренсии» на сцене Михайловского театра балетмейстер-постановщик Михаил Мессерер отнесся как опытный реставратор, учитывая коррективы, которые позднее вносил сам Чабукиани, и личные беседы с балетмейстером. Трехактный балет стал двухактным, более компактным, с ярко очерченной драматургической линией.

В партии Лауренсии выступила Ирина Перрен, которой удалось передать главное — героический пафос танца. Дерзкая и насмешливая в диалогах с Фрондосо в первых эпизодах балета, она становится впоследствии непреклонной и гневной мятежницей, девой-воительницей, поднимающей селян на бунт против командора. Танцовщица привносит в образ героини бесстрашие, ее вариации полны открытой энергии, пластической красоты, внутренняя драматическая сила обретает графическую четкость в каждом па, хореографической комбинации, воздушных прыжках.

Марат Шемиунов, обычно суховатый и статичный, на этот раз сумел изобразить темперамент Фрондосо. В легких стычках со строптивой Лауренсией («милые бранятся — только тешатся») у исполнителя проскальзывают нотки юмора и азарта.

Характерные танцы, которыми изобилует второй акт, оставили неоднозначное впечатление. Изящно исполнили танец с кастаньетами Мириам Угрехилидзе и Алексей Малахов. А вот знаменитая сюита «Фламенко», которая, по сценарию, исполняется цыганами, вызывает сомнение. По замыслу Чабукиани, танец — предвестник беды и исполняться он должен не как вставной дивертисмент, а как элемент трагедии в судьбе Лауренсии и Фрондосо. Если Александр Омар и Алексей Касьяненко ощутили внутренний тревожный посыл «Фламенко», солистка Ольга Семенова, увы, напоминала развеселившуюся русскую боярышню, нежданно-негаданно попавшую на испанскую свадьбу.

Оформление спектакля выполнено по эскизам Вадима Рындина, созданным в 1956 году для возобновления «Лауренсии» в Большом театре. Жаль, что не воспользовались эскизами Симона Вирсаладзе 1939 года, отличающимися тонким колоритом и изысканностью костюмов.

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.