«Пес по имени Мани». По сказке Б. Шефера.
Театральный проект 27 (Санкт-Петербург).
Режиссер Слава Ляхин, драматург Лара Бессмертная, художник-постановщик Анастасия Кривдина.

От дворовых игр моего детства сильнее всех пострадал старый раскидистый тополь: о крону терлись веревками качели, в стволе пряталось дупло для секретиков, к макушке, где была разбита смотровая площадка-штаб, карабкалась вереница детей. К земле клонились голые ободранные ветки — это потому, что мы были бизнесменами: объединялись в товарищеские предприятия и объявляли между ними деловые отношения. Чтобы отведать кашу из земли, песка и глины и запить ее дождевой водой из консервной банки, или чтобы прокатиться на раме «Суры» до пляжа, нужны были платежные средства, и мы старательно складывали на маленькие ладошки большие тополиные листья. Такими были первые уроки финансовой грамотности моих друзей и мои.

«История одной фотографии». А. Азовская.
Театр Наций (Москва).
Режиссер Елизавета Бондарь, художник-постановщик Мария Кривцова.

Летом на фестивале «Горький+» случилась премьера Елизаветы Бондарь «История одной фотографии». Спектакль горяченьким забрал в свой репертуар Театр Наций, и вот спустя полгода премьера играется уже в его камерном Новом Пространстве.

«Сотворившая чудо, или Что такое любовь». По пьесе У. Гибсона и автобиографии Х. Келлер.
Русский театр драмы им. М. Горького (Астана, Казахстан).
Режиссер Гульназ Балпеисова.

Как в театре сыграть любовь? Вымышленные рецепты Станиславского подходят не всегда. Через тактильность иногда выражается не любовь, а ненависть или презрение, и человек при этом сильно «хочет касаться». А, например, в оперном театре тоже постоянно друг друга любят, но «касаются» лишь голосом.

Ирочка, дорогая, я люблю тебя с первых нот твоего волшебного, ломкого, словно кубики льда, перезванивающиеся в хрустальном бокале, неповторимого твоего голоса, выводящего незамысловатую мелодию русского напева в «Глотке свободы» Окуджавы.

Я пришел работать в ТЮЗ, и первое, что увидел, — твою грациозную, миниатюрную, словно высеченную мастером самого высокого класса, твою прелестную фигурку, и влюбился в тебя и в твой волшебный дар.

«Скасска». По текстам Д. Хармса.
Театр «Старый дом» (Новосибирск).
Режиссер Арсений Мещеряков, художник Екатерина Эрдэни.

Кажется, обращение к сказкам становится для Арсения Мещерякова устойчивым лейтмотивом. После афанасьевских сказок в Театре Наций — с их яркой, уилсоновской визуальной выверенностью, графической четкостью образов и холодной театральной красотой — режиссер вновь возвращается к «сказочному» материалу в театре «Старый дом». Правда, рассказы Даниила Хармса можно назвать сказками в привычном понимании лишь с натяжкой. Возможно, именно поэтому, слепившись в сказочноморфный голем, они выросли в одну страшную «Скасску».

«Дон Кихот». В. Мицукова. Фантазия по мотивам одноименного романа М. де Сервантеса.
Городской драматический театр (Нижневартовск).
Режиссер Татьяна Родина, художник Варвара Бабошина.

Конечно, сюжет о Дон Кихоте — несомненный палимпсест. Каждый следующий автор соскабливает предыдущий текст со свитка и пишет свой, как писал и Сервантес — по «пергаменту» новелл Саккети и рыцарских романов. Ни Сервантес, ни Шекспир не именовали себя постмодернистами, теоретически узаконившими «письмо по письму». Просто в литературе так было всегда. И права М. Смирнова-Несвицкая, писавшая когда-то, что «неизвестно, который из соскобленных текстов ценнее — старинный или более поздний. Современные технологии иногда позволяют прочесть и стертые тексты. В конце концов, порой и сам носитель — пергамент — оказывается драгоценнее запечатленных на нем мыслей».

О показах творческой лаборатории VII Фестиваля «Камский»

Фестиваль-лаборатория «Камский» каждый год гостит в разных городах Пермского края. В 2025 году его принимала Губаха — город, известный каждому театралу благодаря ландшафтному фестивалю «Тайны горы Крестовой». Параллельно с показом спектаклей театров Березников, Губахи, Кудымкара, Кунгура, Лысьвы, Чайковского на «Камском» работает творческая лаборатория, каждый театр-участник которой выделяет нескольких актеров, а каждый приглашенный режиссер формирует собственную «сборную», в которой актеры разных трупп смешиваются каждый раз в неповторимой пропорции.

«Научи меня любить». Е. Бронникова, Р. Дымшаков
Площадка «Скороход».
Режиссер Виталий Тихомиров.

Аскетичный черный периметр, четыре стула и два героя — вводные данные к задачке без правильного ответа от режиссера Виталия Тихомирова. В качестве затакта — краткое резюме: спектакль о любви, любви-зависимости и возрасте. Только кажется, что любви в спектакле нет совсем. Есть лишь вдруг вспыхнувшее желание, страсть, зависимость, страх потери, стремление присвоить — но не любовь. Пошлая история, каких, наверное, много — старшеклассник влюбился в учительницу. Ему — 17, ей — 37, она замужем... Перспективы нет. Думается — переболит и пройдет. Но Миша (Матвей Гутман) и Татьяна (Варвара Павлова) пусть и через несколько лет, но произнесут друг другу слова любви в унисон, побегут в бабушкин сад без оглядки и поверят, что вот это-то и есть настоящая любовь.

«Дон Кихот». По мотивам романа М. де Сервантеса «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский».
«Пятый театр» (Омск).
Режиссер Людмила Исмайлова, художник Ольга Горячева, драматург Светлана Баженова.

Хотелось начать рецензию про спектакль «Дон Кихот» в Омском государственном драматическом «Пятом театре» с того, что этот роман сейчас никто не читает. Наверное, так и есть, если говорить о России. Но погуглив, узнала, что роман Мигеля де Сервантеса Сааведры один из самых читаемых не скажу, что в мире, но в Европе уж точно. Конечно, это большая загадка. Из тех, что разгадать невозможно, если не посвятить этому жизнь. А если не посвящать, то вряд ли в этом вопросе я смогу разобраться. Иногда кажется, что читатели (если они действительно читали этот великий роман) больше верят мифу о Дон Кихоте, а не самому тексту. Потому что Дон Кихот Сервантеса и миф об этом герое, да и миф о самом романе — совершенно разные вещи. Но и этому надо тогда посвящать весь текст, а ведь цель совсем другая.

«Всё тут».
Проект «Парковка».
Режиссер Режиссер, художник Мария Трегубова.

В Москве вновь оживают снятые с репертуара театров работы Дмитрия Крымова. Спектакль-воспоминание «Всё тут» играют на парковке в торговом центре, постановщиком значится режиссер Режиссер.

Спектакли-воспоминания, спектакли-мемории — знак нашего времени, которое было так стремительно, резко разрублено на до и после — словно ампутация без наркоза. Отрублено оказалось наше прошлое, то, что мы любили, чем жили, дышали. И эта еще не отрефлексированная потеря остро нуждается в чувственном, физическом, предметном воплощении — в ритуале горевания. Так в «Среде 21» Дмитрий Волкострелов поставил «Русскую смерть. Воспоминание о спектакле» в память о своей работе в Центре Мейерхольда, которая вышла в феврале 2022 года и существовала совсем недолго. Спектакль про смерть спектакля про смерть — такой фрактальный тоннель отражений, позволяющий зрителям совместно прожить общую или индивидуальную боль утраты. И еще, конечно, это работа с памятью, которая может стать как проклятием, так и спасением.

Сегодня на официальном сайте пермского «Театра-Театра» было размещено открытое письмо в связи с решением суда об увольнении Бориса Леонидовича Мильграма с поста художественного руководителя театра. Приводим текст письма полностью:

«Мы, коллектив Пермского академического Театра-Театра в лице нижеподписавшихся и все присоединившиеся к письму, обеспокоены судебным решением об увольнении Бориса Леонидовича Мильграма с поста художественного руководителя театра.

«Дядя». С. Саксеев.
Театр МТЮЗ (Москва).
Режиссер Петр Шерешевский, художник Анвар Гумаров.

Петр Шерешевский сегодня входит в число самых интересных и модных режиссеров, работает он много и интенсивно: только за прошедший год у него вышли «Три» в Камерном театре Малышицкого (премьера в самом конце ноября 2024-го), «Натан Мудрый» в театре «Шалом», «Винни-Пух и все-все-все», «Улитка на склоне» и «Дядя» в МТЮЗе. Если учесть, что тексты для своих спектаклей он сочиняет сам, нельзя не признать, что режиссер находится в очень хорошей творческой форме.

«Грибоедов. Горе уму». По мотивам романа Ю. Н. Тынянова «Смерть Вазир-Мухтара» и комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума».
Томский ТЮЗ.
Автор инсценировки и режиссер Артем Устинов, художник Лилия Хисматуллина.

Неровно покрашенная серая стена, перед ней стоит ряд стульев. В луч света выходит девочка, почти девушка, с двумя косичками и трогательно уложенными завитушками, и начинает прыгать на скакалке, задавая отсчет: 1, 2, 3... цифры доходят до 14.25.1825. Скакалка повисает петлей. Так Артем Устинов отображает исходное событие этого сюжета: декабристское восстание.

Об открытиях и тенденциях XII Фестиваля моноспектаклей «МОНОфест» в Перми

Танцевальный автофикшн, медитативно-детективный мэшап, сказкотерапия для взрослых и реквием по умершему спектаклю. Вот лишь часть жанров, которыми жонглировал фестиваль моноспектаклей в Перми. Всего десять названий, скрупулезно отобранных театральным критиком Татьяной Тихоновец в афишу из сотен заявленных, — о многих «ПТЖ» уже писал, что лишь доказывает масштаб программы. Просмотренные подряд, эти спектакли дают возможность зафиксировать срез: чем «болеют» и как выражают себя артисты разных школ и поколений, оставленные один на один с космосом сцены.

Дирекция фестиваля «Арлекин» разослало письмо о сложении своих полномочий:

"Дорогие друзья, наши уважаемые коллеги!

Дирекция Российской Национальной премии в области театрального искусства для детей «Арлекин» благодарит вас за многолетнее внимание к фестивалю «Арлекин»! Всем участникам «Арлекина» мы сердечно признательны за сотрудничество с фестивалем и профессионально заинтересованное отношение к его работе на протяжении многих лет!

К 200-летию восстания декабристов

200 лет прошло с того утра, как они вышли на Сенатскую.
Мы попросили наших коллег ответить на два вопроса:
1. Что для вас лично декабристы?
2. Что за «код» были декабристы для советского театра и советского человека? Почему к ним так часто обращался театр?

«Орестея». По мотивам пьес Эсхила и Жан-Поля Сартра.
Театр на Садовой.
Режиссер и автор инсценировки Глеб Черепанов, художник-постановщик Михаил Гербер.

Режиссер Глеб Черепанов — большой шутник. Всем сказал, что поставил «Орестею», а сам поставил «Гамлета». Затаился и сидит там где-то, наблюдает, как в откровенном Шекспире будут искать древних греков, припудренных Сартром. Вдруг у кого-то получится, кто-то найдет? Будет весело. И вполне в духе спектакля. Даже точнее — заявленной игры.

«Козинцев. Гоголиада». А. Федорова и А. Оконешников.
Александринский театр.
Режиссер Никита Кобелев, автор идеи и ассистент режиссера Антон Оконешников, сценография Анастасия Юдина.

Сцена представляет собой поворотный круг: его вращают при помощи специально установленного для этого рычага. Так изображается течение времени. Одна мизансцена сменяется другой, оказываясь то вдали, то прямо перед нами. Круглая сцена усыпана черными помятыми листами бумаги, намекающими на сгоревшие труды автора. Как Гоголь сжег второй том своих «Мертвых душ», так и Козинцев в этом спектакле уничтожит свой фильм.

«Одиссея». М. Букин и К. Гашева по мотивам поэмы Гомера.
Театр «Красный факел» (Новосибирск).
Режиссер Марк Букин, художник Евгений Терехов, художник по костюмам Анастасия Терехова, художник по свету Евгений Козин, композитор Евгения Терехина.

Возвращение Одиссея домой в спектакле Марка Букина происходит быстро, почти в самом начале, как только боги разрешают ему покинуть остров влюбленной в него Калипсо. Но вернуться — значит не только физически оказаться на Итаке, но и суметь внутренне пережить полученный опыт, встроиться в новую жизнь и решить, кем можешь в ней стать. И вот здесь оказывается, что по-настоящему вернуться Одиссею не удается: прежний Одиссей остался под стенами Трои вместе со своими врагами и товарищами, а новый не понимает, кто он и что ему делать дальше.

«Риголетто». Д. Верди.
Нижегородский театр оперы и балета.
Режиссер Сергей Новиков, художник Мария Высотская, дирижер Дмитрий Синьковский.

«Сердце красавицы склонно к измене...» напоет вам даже сантехник, стоит упомянуть «Риголетто». Есть некая ирония в том, что самой известной арией из знаменитой оперы Верди стала ария злодея — герцога Мантуанского. Но незлодеев в опере ведь и нет: шута Риголетто, дочь которого становится очередной жертвой любящего половые развлечения герцога, героем точно не назовешь — в первой же сцене оперы он издевается над другим отцом, чья дочь попала в объятия правителя государства, не догадываясь, что через час сам будет метаться в ужасе и ярости.