Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

14 мая 2015

ТРУФФАЛЬДИНО ИЗ КОСМОСА

«Zholdak Dreams: похитители чувств». По мотивам пьесы К. Гольдони «Слуга двух господ».
БДТ им. Г. А. Товстоногова.
Режиссер Андрий Жолдак, сценография Андрия Жолдака и Даниэля Жолдака.

Жолдак в Питере — это загадочная история. Помню, как на прошлогодней церемонии «Золотой Маски» я поздравила Кехмана, получившего за отсутствующего режиссера все премии, присужденные его «Онегину», и спросила, когда можно будет приехать и посмотреть спектакль. «Он снят с репертуара», — был мне ответ. Сейчас, правда, вернули. Жду на нынешней уже «Маске» приезда в Москву «Мадам Бовари» — нет, не приедет. Сказали, таково решение директора. Прошлой осенью радостно читаю на афише Александринки объявление о грядущей постановке «Трех сестер» — откладывается. Наконец, еду в БДТ на премьеру спектакля Жолдака «Слуга двух господ» Гольдони — и прямо в назначенный день узнаю из интервью Андрея Могучего о том, что премьера переносится, название меняется и все непросто. 7 мая спектакль под названием «Zholdak Dreams: похитители чувств» все-таки вышел. Говорят, он ничем не отличается от открытой репетиции, которую я видела 29 апреля. А «Zholdak Dreams» — подходящее название для любого спектакля Жолдака, чем он и интересен. Не стоило так волноваться.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Хотя правда и то, что в этот раз поток театрального сознания одного из самых креативных и стилеобразующих — на мой взгляд — современных режиссеров вынес его на такие берега, что он и сам удивился и заявил в начале представления с большого экрана: мол, честно начав репетировать по тексту Гольдони, как-то заскучал и решил довериться своим импульсам и плыть по течению собственных ассоциаций. Начал с космоса — стенографически воспроизводя свидетельства американских астронавтов, слышавших с обратной стороны Луны какую-то музыку, похожую на хоралы Баха. И хотя на сцене красивейшего Каменноостровского театра всего лишь комната в доме Панталоне, который выдает свою дочь замуж за сына доктора Ломбарди, и все персонажи классической пьесы здесь налицо, комната эта необычна и как-то разомкнута в Космос, во Вселенную (художник постановки — совсем молодой и многообещающий Даниэль Жолдак). То за ее пределами вдруг повиснет, словно в невесомости, Труффальдино, то все бросаются к окнам и не могут оторвать глаз от некого непонятного для зрителей, но, несомненно, величественного и прекрасного зрелища. Кажется, они даже видят ангелов!

Впрочем, ангелов видим и мы — двух Черных Ангелов, призванных проверить на прочность и по возможности разрушить те самые чувства, ради торжества которых все как бы и происходит. Чувства у каждого свои: у мафиозо доктора Ломбарди — к еде, у трансвестита Панталоне — к слуге, у Клариче и Сильвио — друг к другу в качестве сексуальных партнеров. Сами Черные Ангелы — это две прелестные современные девушки с пирсингом и забавными кукишами-косичками на голове. Криком и движениями рук они открывают двери, манипулируют героями и делают еще многое из того, о чем рассказывается в фильмах для подростков. Вот они, маски, взятые из сегодняшней жизни, будто говорит режиссер. И на наших глазах лихо смешивает театральные и кинематографические штампы, гендерные проблемы, изощренные технические приемы и даже откровенное хулиганство в виде пожелания себе самому успеха от Ромео Кастелуччи. Такая гремучая смесь. Даже зная Жолдака, сидишь раскрыв рот и испытываешь ни с чем не сравнимое удовольствие от его фантазии, не знающей границ и запретов, от того, что просчитать и предугадать его решительно невозможно. Думаю, даже те, кому это неинтересно, согласятся, что больше так никто не умеет.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Апофеозом технократических, а ля Тарантино и «Матрица», масок становится появление киборга — Флориндо. У него наполовину искусственный мозг и сверхъестественные способности. Он правит бал во втором акте — и хотя режиссерская энергия по-прежнему не иссякает, меня лично подростковые радости здесь уже утомляют. За беспрерывной пальбой неразличим космос — а он так внятно и сильно был заявлен вначале. Трансформировать архаический театр в современное искусство с помощью техники пытались многие, за эту грань еще в начале прошлого века заглядывали и Крэг, и Мейерхольд, но век все равно прошел под знаком живого актера и помогающего ему раскрыться режиссера. Жолдак вплотную подходит к опасной черте: что там, вдруг и в театре техника скоро окончательно вытеснит человека?

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Тут самое время сказать о том, как работают актеры в этом спектакле. А работают они превосходно! Начать нужно с Полины Дудкиной и Сергея Стукалова, которые сидят слева за пюпитрами и виртуозно озвучивают всех (!) персонажей. Это еще одно жолдаковское ноу-хау — как когда-то камеры и экраны на сцене, которые сегодня стали общим местом. То, что текст за всех героев произносят другие актеры, которые к тому же еще и вздыхают, и чмокают, и хохочут, создает удивительный эффект. Это и возвращение к истокам театра (в конце концов, марионеток тоже озвучивали голоса за ширмой), и еще одно проникновение кинематографа на сцену, и некое новое качество традиционного остранения. Интересно, что многочисленные гэги и лацци — куда же без них в комедии Гольдони — при этом не только не проигрывают, но выглядят свежее. С очень трудной задачей справляются Александра Магелатова и Надежда Толубеева — Черные Ангелы, которые буквально не сходят со сцены и организуют действие. На открытой репетиции режиссер призывал их ускорить темп, но мне кажется, что некоторые сцены буксовали не из-за недостатка актерского драйва, а из-за чрезмерного повторения одного и того же приема, что Жолдак очень любит. В спектакле прекрасно работают и стажерская группа, набранная в БДТ Андреем Могучим, и артисты из основной труппы, и приглашенная на роль Беатриче замечательная Елена Калинина — жаль, в паре с киборгом-Флориндо ей не удалось полностью раскрыть лирическую тему своей героини.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

И первый, и второй акты заканчиваются попыткой хэппенинга — надеюсь, что на премьерных спектаклях, предназначенных в первую очередь для неискушенного и не отягощенного штампами восприятия молодого зрителя, он таки и происходит. Жолдак не зря заявил, что рефлексирует не только о себе, театре и кинематографе, но и «о том, что чувствуют молодые люди». Люди эти, кстати, имеют свой взгляд на происходящее — возвращаясь с Каменного острова, я услышала, как молодой человек советовал своей девушке еще раз прийти на спектакль: «Ты выключи мозги и просто наслаждайся». Наслаждаться есть чем и с включенными мозгами, но одно подозрение у меня все-таки возникло: а не является ли представление режиссера о том, что нужно этим самым молодым людям, представлением слишком взрослого и умудренного человека, отягощенного непосильным для них культурным багажом? В свое время зрители комедии дель арте кричали от восторга, безошибочно считывая каждую реплику и каждую эмоцию, а сегодня многим спектакль Жолдака представляется этаким театральным ребусом, который надо напряженно разгадывать. И новые маски не каждому близки и понятны, и даже азартно исполняемая всеми участниками спектакля песня под занавес не может примирить тех и этих. Такое вот красноречивое путешествие в мир прошлого и будущего театра получилось…

А за БДТ можно только порадоваться. Две интересных премьеры с прекрасными актерскими работами (все рецензенты «Пьяных» в постановке Андрея Могучего пишут именно об этом). И ощущение нового, легкого дыхания, которое так нужно всем прославленным и знаменитым.

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (10)

  1. Ольга

    Побывала на спектакле режиссера Андрия Жолдака, который был поставлен на второй сцене БДТ, в Каменноостровском театре. Он меня потряс до глубины души, давно такого не было.
    Сначала меня несколько удивило, что название спектакля совпадает с именем автора («ZHOLDAK DREAMS: похитители чувств»), и он же выступает в качестве автора и режиссера, в то время как сюжет был взят у венецианского драматурга. Но потом я поняла все величие замысла автора. Никаких противоречий в этом нет: маленькими буквами в программе указано, что спектакль был создан по мотивам пьесы К.Гольдони «Слуга двух господ», и маленькие буквы в данном случае абсолютно уместны, т.к от Гольдони в спектакле мало что и осталось.
    Теперь о главном – о том, что запомнилось. Очень хочется выразить благодарность режиссеру за то, что во время спектакля на сцене до испражнений дело не дошло. Все было: и трансвестит в главной роли, и половой акт между «Клариче» и «Сильвио», и разговоры о подлых «черномазых» и «носатых», и мат, и избиение ногами, не говоря уже о множественных ударах по лицу, и выпадение непереваренной пищи из желудка «доктора Ломбарди», но! артисты на сцене не испражнялись. За это наша искренняя зрительская признательность режиссеру и автору Жолдаку.
    Правда, справедливости ради стоит сказать, что отсутствие испражнений на сцене БДТ не всем понравилось: некоторые зрители были явно разочарованы, т.к. во время просмотра делали на это ставки. Однако это их проблемы, и к делу они не относятся.
    Хотелось бы также отметить ряд нововведений, которыми режиссер украсил свой спектакль. Звук по залу просто гремел, децибелы зашкаливали, так что зрители, у которых были проблемы со слухом, могли насладиться зрелищем в полной мере. Происходящее на сцене параллельно проецировалось на большой экран, и даже те, кто плохо видит, не испытывали никаких неудобств. Кроме того, каждую свою реплику, включая мат, актеры повторяли по три раза, поэтому даже заторможенные зрители, у которых возникают проблемы с восприятием, в конце концов могли ее осознать в полной мере. Кстати, было бы замечательно, если бы в аннотации к спектаклю, которая представлена на сайте БДТ, была указана целевая аудитория. Обидно, если глухие, слепые и заторможенные не смогут получить информацию о спектакле Жолдака и насладиться действием в полной мере.
    Очень порадовали сцены с автоматами Калашникова в руках действующих лиц пьесы Гольдони. Такая оригинальная задумка автора! Однако мне показалось, что эту тему можно было бы усилить, выведя, например, на сцену танк Т-34 или, на худой конец, гаубицу. Безусловно, режиссеру и автору видней, но хуже от этого спектакль точно не станет. Кстати, автомат Калашникова я привела лишь для примера. Такими оригинальными решениями спектакль просто изобилует. Я не уставала поражаться и воображению Андрия Жолдака, и его творческому вдохновению, и фантазии. О таланте и говорить нечего: Гольдони рядом с Жолдаком выглядит просто любителем.
    Мне также очень понравилось, что в начале спектакля перед зрителем на большом экране предстает сам режиссер и автор постановки, который своим внешним видом и репликами задает направление развития действия. Это очень удобно. Никаких иллюзий после его выступления не остается, все сразу понимают, с чем и с кем им предстоит иметь дело. Замечательная идея, уж и не знаю, кому она принадлежит. На всякий случай благодарность выражаю всем.
    В начале спектакля также говорится о том, что сны Жолдака у него самого ассоциируются с «музыкой темной стороны Луны». Тоже отличный ход! Во-первых, все эти свои ночные видения автор заранее возводит в ранг искусства, чтобы ни у кого на этот счет не возникло сомнений; во-вторых, те, кто посмеют усмотреть в происходящем на сцене нарушение гражданского или морально-этического кодекса, будут тут же посрамлены – записаны в ретрограды и гонители «молодого» таланта. Снимаю перед автором шляпу…
    И напоследок несколько слов о названии спектакля. Конечно, найдутся те, кто усмотрит в столь частом повторении на афише имени Жолдака симптомы мании величия, но я далека от этого. В то же время хочу сделать предложение по существу. Мне кажется, лучшим названием для этого замечательного спектакля могло бы стать «Голубое сало». И не беда, что так называется не менее замечательный роман Сорокина. Вряд ли у кого-то возникнут сомнения в том, что г-н Сорокина гораздо в большей степени, чем Гольдони, достоин того, чтобы присутствовать на афише рядом с именем автора и режиссера. К тому же его имя позволит разбавить многочисленные упоминания фамилии Жолдака и снять подозрения в нескромности.
    В общем, спасибо руководству за новаторство, которое не знает никаких границ. Надеюсь, и в будущем этот театр будет радовать нас своими оригинальными постановками, да еще в стенах столь блистательного театра, каким является БДТ.

  2. простой зритель

    “Безусловно, режиссеру и автору видней, но хуже от этого спектакль точно не станет” (с).
    Ну так и хочется (следуя логике текста) добавить: “потому что хуже некуда”.
    Но, вообще-то, с современной публикой я вообще перестаю угадывать, что ей надо и что ей понравится: на последнем привезенном московском спектакле “Идеальный муж..” безуспешно пыталась понять, для чего все действо-то затеяно? А кто-то из публики браво кричал..

  3. spettatore

    Простому зрителю. А вы не задумывались, что “публика” состоит из отдельно взятых людей с разными вкусами? Если Вам что-то не нравится илим Вы что-то не поняли, это совершенно не значит, что все остальные должны думать и чувствовать так же.

  4. Ольга

    Было сказано, что «“публика” состоит из отдельно взятых людей с разными вкусами». Вообще-то, театр раньше называли «храмом искусства». Но, видимо, это было тогда, когда в нем работали достойные этого звания режиссеры. Если ваши вкусы ничем не отличаются от люмпенов, готовых на глазах у зрителей пуститься во все тяжкие на потребу самым низменным своим инстинктам, не стоит претендовать на выступление в храме (Хотя несколько девчушек это уже предприняли). Общество – это не сумасшедший дом со взбалмошными постояльцами, воображающими себя великими режиссерами и мессиями. Если же среди нас и встречаются подобные персонажи, то остальным ни в коем случае нельзя терять голову. В противном случае деградация неизбежна. Она уже вполне ощутима.

  5. Екатерина

    бесовщина

  6. Елена

    Господа современные режиссеры! Пишите свои пьесы и перестаньте поганить классику. Это не спектакль, не режиссерское решение, а мерзость. Ходить сильно не советую. Тошнит от бездарности сразу. Больше получаса не высидели, а чувство тошноты и депрессии было ещё несколько дней. Если блевать на сцене – это режиссерская находка, а визжать и корчиться – игра актеров, то тогда такой театр надо закрывать. Жаль молодежь, которая 5 лет учится в институте, чтобы потом стеклянно-деревянными роботами ходить, топать и валяться по сцене. А премию ЮНЕСКО Жолдаку дали за вклад в похороны настоящего , особенно русского искусства. Самое ужасное, что таких негодяев ещё и субсидируют за наши государственные деньги, чтоб они таскали камни на могилу нашей культуры. Товстоногову в страшном сне не могло привидеться, что в его театре будут идти такое ничтожество.

  7. Валерия

    Если бы Товстоногов видел, что “творят” на сцене БДТ, в гробу бы перевернулся.

  8. Рина

    19 апреля были на представлении похитителей чувств. Решили увидеть всё своими глазами, пропустить через свои чувства и сердца, но хватило и десяти минут, чтобы понять: наши сердца и чувства надо сохранить, защитить от того, что нам цинично швыряют с подмостков (параноидносноведенческий, иннонаноужасающий бред). Хочется оградить театралов от такого действа на прославленной сцене… Как же любимые артисты (с большим творческим потенциалом, тонким вкусом, мощной энергетикой ) соглашаются на участие в подобных экспериментах над собой, над зрителем, в стенах БДТ. Уверена, что в нашем замечательном городе можно найти достойного режиссёра, а не заманивать якобы моднозарубежных оригиналов с наносновидениями, наноформами, нановывертами. Слышала, что действо такое для привлечения в театр молодых людей. Для чего? Чтобы ещё быстрее опустошить, развратить неокрепшие сердца, уничтожить теплящиеся, нарождающиеся чувства у нашей замечательной молодёжи? Позорище, когда нанобредовые похитители чувств оказываются пофигослучаем на сцене, выдвигаются на “Золотую маску”.

  9. Алексей Пасуев

    К товстоноговскому БДТ этот идущий в Каменноостровском театре в 2016 году спектакль не имеет ровным счётом никакого отношения.

  10. Агни

    Интересно высказывание автора про “непосильный культурный багаж” для “молодого” зрителя. Если под этим подразумевается знания по театроведению и обязательных моментов гуманитарных дисциплин, то этот багаж непосилен для большинства людей всех возрастов и многих даже с высшим – даже гуманитарным – образованием.
    А если речь идет о конкретном спектакле, то Гольдони, Ангел-истребитель Бунюэля, Крестный Отец с Тарантино и Матрицей – сложно назвать это непосильным багажом. К тому же спектакль в немалой доле воспринимается, как и любое произведение искусства, эмпирически, интуитивно, и таким образом всегда можно его оценить.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога