Петербургский театральный журнал
Внимание! В номерах журнала и в блоге публикуются совершенно разные тексты!
16+

3 апреля 2013

ОНИ ИЩУТ ТАЛАНТЫ

Лаборатория молодой режиссуры «Игра в жанры» в ТОП-театре (Омск).

ТОП-театр (Театральный омский проект) — не новообразование. Единственный частный театр Омска, организованный 7 лет назад главврачом санатория «Рассвет» Нателой Полежаевой и актером Омской драмы Александром Гончаруком, получил нынешнее название вместе с приходом нового художественного руководителя — Игоря Григурко. Все предыдущие годы театр возглавлял Гончарук. Основу репертуара составляли и составляют спектакли, поставленные им и Анной Бабановой при участии студийцев, в большинстве своем — актеров-любителей. Многие пришли из Лицейского театра.

Не буду вдаваться в подлинные причины и подробности ротаций, тем более, что они мне неизвестны и я не могу представить мнение другой стороны, но смысл того, что сказала журналистам на пресс-конференции Натела Полежаева, сводится к тому, что театр застоялся, и необходимо было его куда-то двигать.

Скажу прямо, ни с чем подобным в плане организации дела я еще не сталкивалась. Театр «живет» в главном корпусе «Рассвета»: налево — санаторский комплекс с «курсовками», бассейном, отделением пластической хирургии и расслабленными беременными женщинами в тапках, налево — настоящий театр на 400 мест с оснащенной сценой и техническими службами. Но мне показалось, что ни Полежаева, ни уж тем более Григурко не рассматривают театр как некое приятно-необременительное дополнение к СПА-процедурам. Тем, кто знает Григурко как режиссера «Песен дождя» и «Анаморфоз шута», тем, кто прошел через его зачастую беспощадные тренинги, это объяснять не требуется.

Григурко справедливо решил, что необходим разумный баланс между тем, что умеет труппа, и тем, что ей может предложить он — не только как режиссер, но и как руководитель, стратег. А предложить ей он решил не только себя, но и тех, кто сможет вывести театр на профессиональный уровень. Поэтому первой инициативой театра стала серия мастер-классов, в том числе Вячеслава и Зои Кокориных. Второй — налаживание связей с теми, с кем юной труппе ТОП легче всего будет найти общий язык, — с молодыми режиссерами.

Лаборатория «Игра в жанры», прошедшая в конце марта, — первый симптом новой активной внешней политики театра. Большинство лабораторий, которые сейчас проводят театры и фестивали, имеют целью «открыть» новую пьесу. В Омске за точку отсчета взяли режиссера, практически не скрывая, что эта акция — своего рода кастинг. Режиссерам было предложено самим выбрать те пьесы, которые обладают потенцией к воплощению на сцене в той или иной жанровой системе координат. В лаборатории приняли участие двое выпускников магистратуры Школы-студии МХАТ и Центра им. Вс. Мейерхольда (мастерская Виктора Рыжакова) — Елена Роман и Сава Чеботарь, и выпускник мастерской Сергея Женовача — Вячеслав Ямбор.

Выбор рыжаковцев пал на две антиутопии Максима Курочкина. Вячеслав Ямбор заявил «С любимыми не расставайтесь» Александра Володина. На протяжении недели режиссеры готовили по получасовому отрывку, а зрителям было предложено сделать выводы — какой из двух представляется наиболее перспективным как будущее художественное целое.

Сцена из эскиза «Титий Безупречный».
Фото — Е. Павлова.

Поставить часть пьесы Курочкина так, чтобы в ней брезжило целое, — задача не из простых. Тот же «Титий» — лоскутное одеяло из культурных аллюзий, общий рисунок которого может быть понятен, только когда все части плотно подогнаны друг к другу. Фрагмент Савы Чеботаря оказался наиболее приближенным к формату читки. «Тития» в жанре футуристического боевика разыграл хор парней в строгих чиновничьих костюмах, но с голыми пятками — своего рода визуализация идеи «нового варварства», человечества на пороге гуманитарной катастрофы. Экономно распорядившись выразительными средствами, сосредоточившись на интонационной проработке текста, режиссер не прогадал. Актеры почувствовали и передали его пародийную природу. Оказалось, что из пьесы Курочкина мог бы получиться отличный радиоспектакль, жонглирующий наработанными клише футуристических боевиков и останками классиков — от Шекспира до Чехова, в центре которого цельнометаллический герой, чья неуязвимость проходит испытание не человечностью, а культурой. Пьеса Курочкина — в первую очередь, текст, лексическая конструкция, филологический ребус, роскошные объедки с барского стола мировой культуры. Пародийность считывалась даже на уровне положительно-героической фактуры Капитана. Алексей Манцыгин, приглашенный на эту роль из Омской драмы, очень похож на австралийца Сэма Уортингтона — звезду «Аватара». Естественно, и пробуждение души у него гротесковое: звенящим от боли и негодования голосом он рассказывает жене драматическую историю своего двойника — супергероя комикса, Ватного шарика. А в интонационном строе отстраненно-нежного голоса Нерегулярной жены (Юлия Гревцова) чудится что-то угрожающее, андроидное.

Другая антиутопия Курочкина, «Класс Бенто Бончева», про счастливо-стерильный мир будущего, где любовь и секс превратились в предмет научных изысканий историков и археологов, казалось бы, не так трудна для сценической адаптации. Елена Роман заявила жанр своего эскиза как комикс с элементами клоунады и поставила на зрелищность. Молодые ученые в белых халатах с невозмутимыми лицами ощупывают друга в надежде почувствовать импульс, некогда связывавший мужчин и женщин. Действию аккомпанирует школьный ансамбль. С экранов зазывно глядят полуголые красотки конца XX века с пышными вторичными половыми признаками. Но в какой-то момент актеры перестали попадать в заданный режиссером жесткий темп комикса. Антураж то ли заслонил, то ли не позволил взять разбег самой истории про то, что люди могут заниматься сексом, жениться, рожать детей, но их собственные отношения так и остаются для них тайной за семью печатями.

Самой беспощадной процедуре подвергся Володин. Большинство современных версий «Любимых», которые мне удалось видеть, озадачены, главным образом, проблемой адаптации собственно места действия к современным реалиям. Потому что сегодня зал суда, конечно, не то место, где реально решаются судьбы влюбленных. Отсюда разные версии: от телевизионного ток-шоу до едва ли не чистилища, где пары ждут Высшего суда.

Сцена из эскиза «С любимыми не расставайтесь».
Фото — Е. Павлова.

У Вячеслава Ямбора зал суда — некое адское кабаре, где перед нами проходит безумный ряд комических дуэтов «разводящихся», парад-алле номеров — от фокусов до рэперских поединков с канканом беременных невест в качестве постоянного аккомпанемента. Но сначала с классической торжественной речью к «брачующимся» Кате и Мите обращается тетенька из загса — с брошью, бюстом и прической «гнездо». Ее словоизлияния пресекает меткий снайперский выстрел инфернального типа в гриме Джокера, причем тетеньку отбрасывает за кулисы по какой-то немыслимой траектории, не хуже, чем у Тарантино. В дальнейшем эти двое образуют дуэт конферансье: за ангела Судья-Женщина (Ольга Фоменко), за демона — Судья-Джокер (Александр Гончарук-мл.). При этом сценический текст сохраняет свою цирковую природу даже там, где разворачиваются вроде бы сугубо драматические сцены. Пришедшая за своими вещами Катя (Юлия Овчаренко), как заправский фокусник, начинает вытаскивать из под матраса супружеской кровати, где замерли ошарашенные Митя и Ирина, халатик, банку соленых огурцов, живого котенка… А потом устало опускается на кровать, дуэт превращается в трио.

Эскиз Вячеслава Ямбора взят театром на доработку. Хватит ли у режиссера долгого дыхания для того, чтобы этот наглый изобретательный капустник превратился в спектакль, можно будет узнать уже в июне.

В именном указателе:

• 
• 
• 

Комментарии (1)

  1. Андрей Гогун

    При всей моей любви к Курочкину описание третьий эскиз действительно интересней – по крайней мере в описании :) .

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога