Петербургский театральный журнал
16+

20 октября 2012

«МАКБЕТ» ВИЛЬЯМА ШЕКСПИРА И ЮРИЯ БУТУСОВА.
ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ ПОСЛЕ ПРЕМЬЕРЫ

«Макбет. Кино» (по пьесе «Макбет» В. Шекспира).
Театр им. Ленсовета.
Режиссер Юрий Бутусов

Труппа Шекспира играла в Лондоне не только в «Глобусе» и «Блэкфайерсе»: иногда она отправлялась на провинциальные гастроли, особенно когда в Лондоне была эпидемия чумы. Есть довольно убедительное предположение, что текст «Макбета» — сокращенная версия оригинала, сделанная специально для гастролей шекспировской труппы: это самая короткая из трагедий Шекспира, пусть это звучит странно, когда речь идет о пятичасовом спектакле Бутусова.

Я видывал спектакли и подлиннее на разных фестивалях, бывали и по девять часов. Иногда это оправданно, иногда нет. Будь я Бутусов, я сократил бы спектакль минут на сорок. В нем нет идеальной отточенности формы, которая была в «Макбетте» Ионеско (Бутусов поставил его в «Сатириконе»). Он беспорядочный, избыточный, но это переизбыток замечательно интересных вещей. При всех оговорках и почесываниях в затылке по поводу некоторых вещей это одна из лучших постановок «Макбета», которые я за последнее время видел.

Композиция спектакля построена на повторяющихся кинематографических флэшбеках и прочих кинематографических прыжках взад и вперед по сюжету, которые даже у шекспироведа, знающего последовательность событий пьесы, временами вызывают головную боль, не говоря уж о зрителе. Но такие возвращения к началу, к исходному, способны оборачиваться самыми сильными моментами спектакля. Так, одна из ранних сцен пьесы — встреча Макбета и Леди Макбет — сыграна почти в самом конце и дана как воспоминание, окрашенное острой горечью обманувшей жизни и умершей любви.

В старинных произведениях люди, в общем, наивны. Их судьбами в пьесах движет пафос незнания. Но мы-то живем в то время, когда от старинной наивности (не только в пьесах) не осталось и следа: чаще все всё знают заранее. Как говорится, дураков нет. Поэтому Бутусов сам выходит танцевать на сцене и заводит актеров, потому что современного человека можно завести с помощью ритма, но не с помощью идеи.

Сцена из спектакля.
Фото — Эдгар Зинатуллин, архив театра.

В этом спектакле король Дункан приезжает в замок Макбета, зная, что его собираются убить, или, вернее, чтобы самому убить того, кто может покуситься на его власть. У Шекспира сказано: замок стоит на горней высоте (дело-то шотландское), под крышей его живут стрижи, а они селятся только там, где воздух чист. Нам, смотрящим бутусовского «Макбета», ясно: ни в доме Макбета, ни вообще в этом мире стрижам не жить. Прибывший на побывку монарх со своими людьми устраивает демонстративный расстрел птиц, вернее, тех, кто кажутся им птицами. Но никаких стрижей тут нет и не было: по сцене мечутся неуязвимые для пуль ведьмы.

Ведьмы у Бутусова постоянно меняют обличия и роли. То это официантки из ночного клуба (кстати, интонации ночного клуба многовато в этом «Макбете»), то Pussy Riot, то светские дамы, то маленькие девочки, как в сцене колдовства. Они детскими голосами поют страшненькие песенки и вовлекают Макбета в свой детский, девчачий, дворовый хоровод: «каравай, каравай, кого хочешь выбирай». Какой-нибудь ученый-фольклорист начал бы рассуждать о том, что в детских играх возрождается архаическое мышление и так далее. А я просто хочу сказать, что это очень сильный театральный прием, в котором есть какая-то истина. То, что они преображаются все время, — не просто оборотничество, это связано с тем, что люди в этом спектакле — без сердцевины. В «Пере Гюнте» был такой человек-луковица, у которого было много одежек-жизненных ролей, а внутри — ничего. Это без осуждающей, разумеется, интонации: таковы законы, по которым здесь существуют ведьмы.

Сцена из спектакля.
Фото — Эдгар Зинатуллин, архив театра.

Это современнейший спектакль, но не на уровне газетных формулировок, а на уровне всесокрушающего ритма. Замечательный документ о биении современной жизни, об этом холодном безумии, об этой яростной шизофрении, о мире, одержимом бесконечным рэпом. Один из главных мотивов спектакля — ветер, под порывами которого трепещут и содрогаются люди, как трепещет подвластное ветру белье во дворе, которое вывешивают сушить на веревках.

Самая сильная работа в этом спектакле, тут даже спорить не о чем, — это леди Макбет (и одна из «вещих сестер») Лауры Пицхелаури. Потрясающая ожесточенность отчаяния, от которого содрогается ее героиня, жуткие и прекрасные танцы, предсмертное топотание захватывают зал чудовищным ритмом, но за этим — настоящая тоска, настоящий крик боли, настоящая безнадежность. Вдруг в труппе, почти для всей публики (по крайней мере, непитерской) безвестной, где мы знаем три-четыре медийных лица, режиссер сделал такое замечательное открытие — нашел эту актрису.

Лаура Пицхелаури (Леди Макбет).
Фото — Эдгар Зинатуллин, архив театра.

Тут же пытаюсь вспомнить, что на сцене делает — звучит, может быть, ужасно — Иван Бровин в роли Макбета, и кроме благородно-мужественного тона и внешности киногероя, боюсь, помню немногое. А что за человек Банко (Григорий Чабан)? Помню окровавленную маску, и все тут. А вообще, спрашиваю себя, Макдуф-то есть в этом спектакле? В пьесе это одна из главных фигур, центральная роль, а здесь — вовсе нет. В какой-то момент у меня возникало смутное ощущение, что я что-то путаю: «Стоп. Да это не Дункан, а Макбет. Стоп. Да это не Макбет, а Дункан». Утешительно было бы увидеть здесь следы режиссерской концепции: все на свете взаимозаменяемы, что тот тан, что этот. Но все же как-то привычнее было бы отличать Росса от Сейтона. А может быть, их и вообще нет?

У Томаса Де Квинси есть знаменитое эссе «О стуке в ворота в шекспировском „Макбете“»: только убийцы уходят отмывать руки от крови зарезанного короля, как раздаются гулкие удары в ворота. В глазах эссеиста это что-то вроде первых звуков Пятой симфонии Бетховена: судьба стучится в дверь. Выползает на сцену абсолютно пьяный привратник, начинается вставная шутовская сцена (у Шекспира сильно затянутая, не одному же Бутусову затягивать спектакли) — и пускается в рассуждения на какие-то сексуально-половые темы. Понятно, автору это нужно, чтобы повеселить публику, понятно, что в самый трагический момент ему нужен контраст. Но у Шекспира связь между предыдущим и последующим все же присутствует: это не просто привратник и шут, а адский привратник, он вылезает не из какого-то чердака или конуры, (где там полагается спать привратникам?), а из самого пекла. В бутусовском спектакле это эстрадный номер, ужасно смешной, с прелестным подмигиванием публике, с интерактивными шуточками. Он отлично подошел бы для вечера открытия Дома актера в качестве эстрадного номера, но здесь, честное слово, выглядит лишним.

Но многое, если не все, искуплено и оправдано всесокрушающим, гипнотизирующим ритмом, этими дьявольскими плясками обваливающейся в тартарары вселенной. Хотя, нельзя не признаться, этих инфернальных танцев и адского грохота на мой вкус избыточно много. Вот, кстати, повод для безболезненного урезания сильного, но очень уж длинноватого зрелища: занавес закрывают в час ночи!

Лаура Пицхелаури (Леди Макбет) и Виталий Куликов (Дункан).
Фото — Эдгар Зинатуллин, архив театра.

Впрочем, без этих взрывов не действовали бы так моменты молчания. После всего этого грохотания, когда у тебя кружится голова, в ушах шум и звон и неба содроганье (о горних ангелов полете нет и речи — не та пьеса), возникают миги завораживающей тишины. И в этой тишине ясно слышно, как тикают часы мирового времени, отсчитывающие близкий конец — в сущности, главный лейтмотив спектакля, слава Богу, не слишком умозрительный. Притом что в бутусовских работах, и в этой в особенности, непосредственной и, может быть, простодушной силы жизни и неудержимого порыва к ее игровому преображению, куда больше, чем макбетовских рефлексий о бытии, в котором «много шума и ярости, нет лишь смысла». Не зря режиссер и тут, и в сатириконовской «Чайке» не может (и хвала небесам) удержаться от того, чтобы самому не выскочить на сцену и вместе со всеми пуститься в яростный пляс.

Прошлым летом, во время чеховского фестиваля, я вышел после спектакля на Тверскую. Теплый вечер, воскресенье, давка. Вижу: прорезая отшатывающуюся толпу, ни на кого не глядя, стоя на педалях велосипеда, куда-то с пугающей скоростью несется Бутусов. Это замечательно точный бутусовский образ самого себя и своего искусства.

И в этом спектакле слишком много мчатся на велосипедах и слишком часто давят толпу, к которой я как зритель принадлежу, невольно отшатываясь от этой бесконечной череды шоков. Но все же могу повторить то, с чего начал: для меня «Макбет» Юрия Бутусова — одно из самых сильных театральных впечатлений последнего времени. За исключением той чрезмерности, о которой я уже слишком много твердил. Но она искупается любезно предоставляемыми театром ночными автобусами.

Комментарии (35)

  1. владимир

    Какая интересная тенденция у нынешних театроведов: “Будь я на месте Бызгу…”, “Будь я на месте Бутусова…” Ну откуда у господ театроведов такое снисходительное отношение к гениям, с которыми нам выпало жить в одно время? Ну попробуйте себя на их месте, если уж так хочется, а вдруг Вы действительно окажетесь гениальнее и сможете поставить “Макбета” так как хочется Вам – ровно на 5 часов 10 минут (почему-то автор хочет сократить именно 40 минут – не больше и не меньше)?
    И ставить в вину режиссеру то, что Вы не поняли – тоже как-то неправильно. Лучше еще немного подумать над темивопросами, которые вы задаете в статье. Ответ придет. Наверное. Верю в это.

  2. Марина Дмитревская

    В связи с предыдущим комментарием настоятельно предлагаю читателям и коллегам обсуждать художественный текст спенктакля, а не оценивать текст критика. Хотелось бы от Владимира аргументированного аналитического мнения или хотя бы впечатления о спектакле, который я, например, еще не видела.

  3. Лиза

    я хотела бы тоже поделиться впечатлениями.
    я смотрела у Бутусова много спектаклей. Годо. Войцек. Каллигула. Клоп. Гамлет.Человек=человек. Макбетт. Ричард 3.
    и для меня, увы. на этот раз режиссер перечеркнул сам себя. я не поняла о чем это и к чему это. я не поняла мысли и истории. раскрасть сценки из пьесы это не режиссура, простите. я не увидела ни одной настоящей сцены. я осталась равнодушной и не зацепило. весь это т драйв, э то пустота. за ним ничего не стоит. 3 полуголые актрисы, прикрывающие груди и просидевшие всю песню от начала до конца, это не решение ведьм ,а пустота. человеку нечего сказать.у него ничего не болит и ему ничего не нужно. сцены макбетов ни про что, начиная с того что актерами невнятно подается текст. так что непонятно ни одного слова, а это видно еще от того что они сами не очень понимают о чем они. и заканчивая тем что невозможно совершенно понять что в сцене произошло.
    пропрыган весь спектакль и ничего не сыграно.
    почему так? в других его спектаклях я понимала. и я точно знаю, что дело не во мне. не в том, что я глупая и не доросла. я не одна такая. я хожу в театр и плачу деньги за билет. я имею право на уважение к себе.
    я тоже знаю эту пьесу. и видела фильм. еще спектакль. но это повторюсь, пустота. ни про что и ни о чем.

  4. Дмитрий

    Полностью поддерживаю Лизу. Абсолютно согласен. И тоже смотрел другие спектакли этого режиссера. В ЧАЙКЕ в Современнике (сложной, но интересной и осмысленной) он уже прыгал. Теперь здесь решил поплясать… и это уже скучно и даже глупо. И потом – задаюсь вопросом – что делать тем людям, которые не обязаны знать пьесу, понимать что-либо в театре, которые заплатили деньги и чувствуют себя как оплеванными сидя в зале, не понимая кодов режиссера, чувствуют себя неловко во время массового танца и в зрительном зале тоже, сомневаясь – надо присоединиться к тацующим или выйти из зала, как не прошедшим тестирование на интеллектуальный уровень… Из артистов порадовал пожалуй только В. Куликов. Похоже, что он один понимает, что делает…

  5. Дмитрий

    Не в Современнике, простите… Конечно я имел в виду Чайку в Сатириконе…

  6. Никита Николаевич

    В Сатириконе, а не в Современнике. Да, Чайкой он отчеркнул все предыдущие спектакли, и правильно сделал. Бутусов поменял правила игры, таков закон творческого движения вперед. Нет теперь этих шишкинских конструкций, бомжей, одетых в лохмотья, спектаклей, сыгранных на задворках. Прекрасно, что есть блок спектаклей, как период. Не многие готовы менять правила игры, еще раз подчеркну.

  7. Елена Вольгуст

    К СВЕДЕНИЮ ВЛАДИМИРА. Не сочтите сударь за труд прочитать в Википедии страницу, посвященную Алексею Бартошевичу. Хотелось бы надеяться, что Вам станет неловко за свой коммент. Не стоит заходить на наш сайт в грязной уличной обуви!

  8. Н. Таршис

    Думаю, и мэтру негоже называть неизвестную ему труппу “безвестной”. Это совсем неверно, ну и за гранью этики. Лауре, думаю, тоже дико показалось.

  9. Никита

    Знаете, спектакль автор не понял….Или понял, но частично… Это мое субъективное мнение, а ведь я этот спектакль смотрел три раза… Не советую прислушиваться к чужому мнению, когда речь идет о данном спектакле. Я прочитал уже много рассуждений на эту тему и каждое не совпадает с предыдущим. У меня осталось около сотни вопросов, на которые я до сих пор ищу ответы.

    С уважением, театровед-студент

  10. Кира

    Не соглашусь с Лизой и Дмитрием. Спектакль хорош и он не просто хорош, а фантастически прекрасен! Сидя в зрительном зале, я не почувствовала ни пустоты на сцене, ни неуважения режиссера. Спектакль наполнен, он звучит. Да, возможно временами чересчур резко и громко, временами очень тихо. Можно даже подумать, что он остановился вовсе, но это не так. Тут дело не в том читали ли вы Шекспира и смотрели ли фильмы и сколько раз это делали. Нужно постараться принять такого Бутусова – нового Бутусова. Если вы пришли в театр и доверились ему, он за руку проведет вас по своему спектаклю и не будет никаких недопониманий. Вы не уйдете в антракте и не будете потом говорить, что за игрой актеров стоит пустота. За последнее время, это один из лучших, виденных мною спектаклей. Уж точно лучший из спектаклей театра Ленсовета. Театр наконец-то ожил. Ура! Надеюсь, что Юрий Бутусов не покинет нас в ближайшее время.

  11. Софья

    Н. Таршис. Мне кажется, что Алекcей Вадимович честно признал очевидную вещь: труппа Ленсовета не на слуху. И сделал две оговорки: она безвестна именно для НЕПИТЕРСКОЙ публики, за исключением трех четыре медийных лиц. Тут никакая грань этики не перейдена.

    Мне кажется, Бартошевич очень точно сформулировал важную вещь и про спектакль, и про сегодняшний день в целом: идеи сегодня не могут завести человека, его заводит только ритм. Бит – вот что здесь главное.
    И как у Бунюэля в фильме “Этот смутный объект желания” главную героиню играют две актрисы, но когда они сменяют друг друга, все делают вид, что эта одна и та же женщина, так и здесь Макбет и Дункан сливаются в одного короля, по крайней мере для Леди Макбет – точно. Потому что “жизнь — повесть, рассказанная кретином, полная шума и ярости, но лишенная смысла”. И Бутусов играет с этим, переставляя эпизоды и тем самым усложняя шекспировскую историю: герои все знают заранее, и от этого только хуже. Но можно сплясать, искусственно, через музыку, подключив себя к ритму жизни. И поэтому не находят в прекрасной статье Бартошевича, точно анализирующего режиссерские приемы, зрители подтверждения тому, что они сами нашли в спектакле: здесь нельзя сказать по-детски “про что”, выделить одну идею, их здесь – с десяток, и все важны. Пир для зрителя, у которого столько вариантов возможного прочтения сценического текста.

  12. Алексей Пасуев

    Софье: А как по вашему ещё (при всех оговорках) можно понять сделанное им противопоставление “безвестной труппы” и “замечательной актрисы”?

  13. Лиза

    знаете. мне бы хотелось задать вопрос: назовите, пожалуйста этот десяток идей.
    и еще. кто такие макбеты. какое их отношение к убийству и почему они убили. по-спектаклю. я не увидела сцены как леди макбет сходит с ума. я полагаю, что продергаться под целую песню без сокращений, я имею в виду майкла джексона, должно было обозначить схождение с ума???? режиссер наверное долго думал, чтобы это предложить. и как быть с тем, что невозможно понять ни слова из того что говорят актеры. а ведь у них микрофоны! значит. они все-таки не понимают о чем они?

  14. Никита

    Возможно, Бартошевич немного поторопился с некоторыми выводами и анализами. Возможно, что он не перечитал “Макбет” в переводе Кронеберга и от этого его понесло в другую степь… Когда я говорю “возможно”, то имею ввиду своё субъективное мнение. А это значит не навязываю его никому. Бартошевич же отнюдь… Держится своей точки зрения и выдает ее за объективную. Вот здесь я не соглашусь. В моей голове эти анализы выглядят совсем иначе. Этот спектакль – некий шифр (это уже не для кого не секрет). Но ведь код от шифра знает на 100% только сам создатель этого чуда. Так что вполне возможно, что много еще предстоит узнать….

    С уважением, Никита

  15. Никита Николаевич

    Никит, есть люди, для которых не секрет, что свои субъективные выводы можно и нужно объективизировать. Рецепт? Когда субъективное высказывание выносится как нейтральный объект рефлексии. Или так… Бартошевич пишет интересно, следовательно он объективен…
    А когда ты сразу же утверждаешь, что твое мнение субъективно, то есть оно всего лишь твое, то есть подсознательно с ним можно и не считаться… ну чтож, пусть.

  16. Кира

    Интересно, а что еще должен делать театральный критик, кроме как высказывать свое мнение. Что еще он может написать? Чужое мнение? Профессия такая. Алексей Вадимович описывает свою точку зрения на данный спектакль, кто-то другой напишет свою. Что тут странного и неправильного? Кстати, я вот уже который раз не могу понять, почему обсуждение спектакля оборачивается обсуждением критика, написавшего рецензию. Мне казалось, что это блог ПТЖ, а не парт.собрание.

  17. Владимир

    Уважаемая Елена Владимировна! Статью в Википедии прочитал. Устыдился. Обещаю впредь исходить не из читаемого текста, а из заслуг его автора.
    Уважаемая Марина Юрьевна! Аргументированного аналитического мнения высказать не могу, так как не учился этому на специальном факультете. Учился я совсем другому, театр люблю, и чтобы лучше его знать и понимать, читаю Ваш журнал и захожу на этот сайт. И действительно, узнаю очень много (за что огромное спасибо всем кто издает журнал и ведет сайт).
    Теперь мои впечатления о спектакле. Глобальный восторг. С первой секунды открытия занавеса. С надписи мелом на двери. С первого диалога офисных работников. И дальше – почти шесть часов вот так, почти не переводя дыхания. То есть, нет, режиссер дает возможность выдохнуть-вдохнуть, чуть уложить в голове увиденное, засмотреться в глаза актера (вот тут-то и начинается недовольство тех, кому не нужны эти выдох-вдох) – и снова бешеный ритм, смена сцен, опять смена ритма…
    Завораживающие актёры. Все упреки в их адрес странны. Если текст произносится быстро – значит, так надо. Это потому же, почему убраны куски пьесы, а некоторые куски сыграны дважды в разных вариантах (дублях?). Ну неужели зрителям неинтересно самим задуматься – а почему сделано именно так? Неужели нам так уж нужна разжеванная манная каша?
    Я вот всё думаю: почему «Кино»? Прочитал много версий в рецензиях, все не убедили. А если попробовать с интонацией «ну просто кино…» как реакция на нечто неожиданное и невероятное? «Макбет. Кино и немцы». И не говорите, что вас не предупреждали.

  18. Марина Дмитревская

    Владимир, вот и спасибо Вам за впечатление. Они, такие, очень важны и театру, и истории его. Я смаа спектакль еще не видела и,м.б. увижу не в ближайшие разы (по производственным причинам) и тоже собираю его “виртуально”.

  19. Елена Вольгуст

    НИКИТЕ. Примите, юноша, добрый совет. В следующий раз, размышляя о достоинствах/недостатках текста, употребляйте слово “анализ” в единственном числе. Множественного в данном, не медицинском, случае быть не может.

  20. admin

    Предупреждение для комментаторов: в пылу справедливого или несправедливого негодования просим не забывать о вежливости.
    Комментарий “Кассирши в супермаркете” забанен.

  21. Игорь Каневский

    Сначала я понял простую цель этого спектакля. Бутусов пришел в затхлый театр ЛЕНСОВЕТА и поставил себе задачу поставить “программный спектакль”, а проще говоря, сбить пафос этого буржуазного заведения. И предложил артистам вспомнить годы учебы, освободиться от штампов, поэкспериментировать. Этюдный метод. А потом из этих этюдов составил композицию Поэтому то здесь принципиально не было художника – уж слишком много красоты видели эти стены. Кроме того, я уверен, что сначала получился почти весь спектакль, а потом появилось кино, а не наоборот. Просто по общению с режиссером подобного уровня знаю, что задумать концепцию до живой работы с артистом – это как-бы плохой тон. Но в этой логике я не понимал, почему он взял именно Макбета. Казалось, что могла быть любая другая пьеса. А потом я понял (надеюсь, это не мои фантазии), какого короля они все убивают. Они пять часов убивали короля этого театра, убивали в себе все прошлое этого театра, чтобы с обагренными руками выйти самим на эту сцену. Да, Бутусов (и каждый актер в отдельности) – Макбет с обагренными кровью руками. Как это, должно быть, тяжело. И правильно все закончилось пустой сценкой, залитой красным светом. Не зря же хромающая Лаура Пицхелаури в конце притащила эту сценку и вдруг затанцевала на ней под Майкла Джексона. В кровавых балетках. Король умер, да здравствует король!

  22. Анна Ласкина

    ДЕЛАТЬ БЫЛО НЕЧЕГО…
    (ночной разговор)

    Час ночи. Автобусы в Пушкин уже не ходят. На остановке стоят несколько зрителей спектакля «Макбет. Кино». Есть среди них будущий театровед Миша, будущий товаровед Аня и будущий филолог Леня. Впереди – бессонная ночь. Единственное, что им остается – это обсуждать только что увиденное на сцене театра имени Ленсовета.

    Миша: Жесть!
    Леня: Да – жесть… Как ты думаешь, почему они все время танцуют? И почему они танцуют что-то современное? Действие вроде происходит не сегодня?
    Миша: Главный герой этого спектакля – ритм. Так что без танцев было обойтись невозможно. К тому же, Бутусов строит действие на перепадах от танцевальной агрессии к тишине. Чем больше агрессия, тем острее потом мы слышим тишину.
    Леня: Ну хорошо, а почему «Кино»? Сперва я подумал, что речь не о кино в прямом смысле, а о группе «Кино». Неслучайно в одной сцене использована песня Цоя.
    Миша: Возможно, возможно… Цой – самый агрессивный из всех рок-музыкантов. Тут та же степень энергетики, к которой стремится Бутусов. Впрочем, я думаю, что все же речь не только о «Кино». Кое-что тут напоминает и реальный кинематограф.
    Леня: Ну, конечно, время от времени герои попадают в световой прямоугольник. Вроде как «оказываются в кадре».
    Миша: Да еще используется принцип наплывов. События подходят к финалу, а вдруг мы видим сцену из самого начала – юные и прекрасные король и королева только планируют жить.
    Аня: Кажется, на языке кино это называется наплыв?

    Миша и Леня с удивлением смотрят на вдруг заговорившую Аню.

    Миша: Кстати, тебе понравилось?
    Аня: Мне кажется, прикольно. Если бы только не кончалось без пятнадцати двенадцать. Я только не поняла, что это за вставные номера? Сначала – серьезно-серьезно, а потом вдруг смешно-смешно.
    Леня: Так трактована тема шекспировских шутов…

    Аня хлопает глазами

    Леня: Шутов в Макбете нет, но зато они есть в других шекспировских пьесах. Бутусов придумывает такие интермедии-притчи на темы разных человеческих пороков и свойств. Больше всего мне понравилась интермедия… ну вроде как о силе искусства… Вдохновенный музыкант начинает играть, но его и зрителей буквально сдувает непонятно откуда взявшимся ветром…
    Миша: Ну а что у нас с ведьмами? Как мы помним в «Макбете» они есть.
    Леня: Ведьмы в каждой новой сцене предстают в новом обличье. Это такое ведьмяцкое оборотничество. То они какие-то барышни, поющие ангельскими голосами, то…
    Аня: Неужели Pussy?
    Леня: Ну, по крайней мере, точно не группа Любэ!
    Аня: Ну а почему Макбетов четыре?
    Леня: Три!
    Аня: Нет, четыре!
    Леня: Ну хорошо, четыре. А почему тогда Леди Макбет не одна, а две?

    Становится холодно, а о спектакле еще почти ничего не сказано. Впрочем, при такой температуре уже не хочется говорить. Молодые люди засыпают на плече друг у друга. Завтра они не пойдут в свои институты, а потому смогут договорить.

  23. spettatore

    Ой, Анна, а когда появляется вторая леди Макбет? Что-то я не заметила.
    А Макбетов как минимум четыре.
    И это, кстати, легко объяснимо.

  24. Денис Кораблёв

    Ничего не понял, просто какое-то неуважение режиссёра к зрителю и к актёрам. Как вообще артисты согласились на эту бессмыслицу??????

  25. Ксюша Ярош

    Не бессмыслица, а глубокая, жестокая и прекрасная история. Логика есть, но не прямая, – ассоциативная. Это и даёт зрителю свободу, кайф, а истории – перспективу роста. Плюс, спектакль невероятно живой, он меняется! И, может быть, все герои – осколки зеркала Макбета / его сознания.
    “Неуважение к зрителям и актерам” – оставлять в блоге невежливые комментарии без аргументации. Пожалуйста, не надо так делать! Если Вы хотите понять, может быть, стоит перечитать пьесу (конкретно перевод Кронеберга, про который тут уже много написано) и сходить в театр ещё пять раз. Или попробовать доказать свою позицию.

  26. Марина Дмитревская

    Впервые за долгое время мне очень захотелось бросить “руководящую работу” в ПТЖ и уйти обратно в критики. Чтобы долго думать, ходить, пересматривать — и попробовать найти инструменты, которыми этот спектакль может быть “взят”. У меня лично таких пока нет, и только в голове стучат слова Бахтина, что рационализированным способом художественный образ не открывается. Это про “Макбета”.
    Я даже не очень понимаю пока, как описывать этот сценический текст. Зафиксировать структуру возможно, но это даст не много. Указать цитаты — да пожалуйста, но это тоже — часть. Ассоциации. метафоры? Это дело нехитрое, но тоже погоды не сделает и впечатления не передаст.
    Точно — его надо брать не аналитически, поскольку он действует не на ассоциации, не на разум и даже не на чувства. Ритмом? Отчасти — да, но не вполне. Экспрессионист Бутусов здесь очень импрессионистичен, и как нащупать способы передачи этого “настроения” (неслучайно главный саундтрк — из фильма “Любовное НАСТРОЕНИЕ”), и как передать его — вот увлекательная задача. Но для этого надо посмотреть спектакль не меньше четырех раз. Его надо изучать. Но не башкой. И вот где нужна критика как литература. Можно, например, пойти к спектаклю через ритм текста и строк, попробовать графически и лексически передать эту материю… На это нужно очень много времени…
    Где же его взять?!… Даю объявление: ИЩУ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА ПТЖ НА ВРЕМЯ ПРИСТАЛЬНОГО ИЗУЧЕНИЯ МНОЮ СПЕКТАКЛЯ “МАКБЕТ”…

  27. Клевитова Марина

    Спектакль вчера 25 ноября прошел блестяще! Без руки мастера Бутусова, который играл в Москве на “Чайке”, актеры были собраны и убедительны в своей игре. Немного не хватило мужского лидерства, ответственность за все происходящее взяли на свои хрупкие плечики юные ведьмочки, и казалось, что именно они управляют всем действом… Получился цельный спектакль необыкновенно красивый и необыкновенно страшный…. как бы парадоксально это не звучало. Как обычно у ЮН последнее действие самое тяжелое…и самое печальное… Зрители… да были и случайные зрители, но ушло после первого и второго действия из забитого до отказа зала не так уж и много. Четверть галерки, пересела в партер. Правда, у актеров была достаточно большая группа поддержки из студентов. Смотрела на одном дыхании, получая радость о сопричастности с действом.. Так вот о действе, оно было блестящим и безумным… Несколько раз, пока моя душа сопереживала и радовалась сценам абсурда, мой мозг начинал беспокоится о моей нормальности: неужели ЭТО может нравится? неужели ЭТО нравится мне ОДНОЙ? Но вот, спектакль подошел к концу, занавес закрывается и весь зал аплодируя встает, и начинаются самые настоящие овации…. Мы им – они нам… Я нормальна, к счастью, … как и все в зале….

  28. Екатерина

    Я очень люблю спектакли Юрия Бутусова.
    Я считаю “Чайку” одним из лучших спектаклей, которые когда либо видела.
    Я ушла вчера с “Макбета” после 1-ого действия.

    Мне неинтересно разгадывать шифры чужой беспомощности. Есть ли смысл разгадывать что-то, в чем смысл не заложен?
    С таким же успехом можно положить перед зрителем любой предмет, скажем, яблоко, включить талантливую музыку минут на десять, и предложить разгадать эту “шифровку” … Зритель будет смотреть на яблоко и тренировать свои скрипящие от натуги мозги: что хотел сказать автор? Ах, какими смысловыми гранями засверкает этот будничный фрукт! Почему оно зеленое? Потому что – цвета надежды… А может, дело в его неидеальной форме? В том, что один бок круче другого? О, этот вечный конфликт противоположностей, тоска по идеалу… Нет, смысл в черных вкраплениях, поразивших его безупречную кожицу… мир заражен, мы все обречены… Или весь вопрос в черенке? Почему он так призывно торчит? Нет ли в нем фаллического начала? Яблоко – это символика искушения, вспомним Адама… Или Елену. Может, нас отсылают к Троянской войне?… Мир заражен войной, мы все обречены… О, как много всего зашифровал автор! Какой неисчерпаемый философский материал – это яблоко! Дайте нам подумать над ним ещё минут десять… Разрешите нам еще раз к нему придти.

    Я формулирую для себя простую мысль. Пока автор, шифруя свое послание к зрителю в символике, не сделал его читаемым, передо мной только яблоко. Ничего более. И все что я от скуки за эти десять минут про него думаю, это авторство мое собственное, не надо на него претендовать.

    «Макбет» нашпигован этой бессмысленной символикой до самых краев.
    Актеры бегают, скачут, гримасничают, под оглушающую музыку, изображают то страдание, то эйфорию, не ясны причины ни того, ни другого, обнаженные девушки, не делая ничего, мужественно сидят на сцене под зрительский освист и издевательские крики «Браво!», кто-то валяется в кровавых соплях, кому-то наматывают юбку, потом разматывают, не ясно, кто есть кто, затем все хором снова бьются в истерике. И все это ни за чем. И все это ни к чему. Чего говорят? О чем кричат? Какой там шекспировский текст? Не разобрать вообще ничего… Преобладание визуально-звукового над смысловым в соотношении 100 к 1. Провал.

    Провал, когда за полтора часа автор не смог заинтересовать зрителя ничем, чтобы оставить его на второй акт. В кино у режиссера на это есть гораздо меньше времени. Если ты не зацепил зрителя в первые 15 минут, дальше у тебя не будет шанса: он уйдет из зала, переключит канал, полезет в мобильный телефон. Железный закон. Почему кто-то думает, что в театре он не работает?
    Если я не понимаю, мне скучно. Если мне скучно, я ухожу.

    Скучно мне было все полтора часа. Мне говорили: зря не осталась на второй акт, дальше было бы лучше…
    Спасибо. Не надо. Не хочу я терять пять часов своей жизни в ожидании того, что уже вряд ли случится… раз не случилось в первые 90 минут. У меня жизнь – одна, она бесценная, мне это потерянное время никто не вернет.

    Мне говорили: просто труппа не тянет материал. Вранье. Это режиссер не тянет материал с этой труппой. Отсюда эти бесконечные самоцитаты, эти штампы из своих предыдущих работ, бессильное самоповторение.

    Больно видеть беспомощным родного и близкого.
    И на старуху бывает проруха. У каждого великого были свои провалы. Без расставаний не было бы встреч. Не упадешь – не поднимешься. И т.д.

    Тяжелый, вымученный спектакль. Вынужденный. Брошенный в лицо недоброжелателям: хотели? – получите!
    Даже «Клоп», рожденный когда-то в отчаянии я из-за несостоявшегося «Идиота», кажется теперь безусловной удачей по сравнению с «Макбетом. Кино».
    < ...>

  29. Татьяна

    Поддерживаю Марину Дмитревскую, очень хочется забросить свою работу, и изучить спектакль Юрия Бутусова! Настолько многогранен этот черный куб. И почему-то, вспоминается К.Г.Юнг, который писал “Лучшее, именно потому, что оно лучшее, содержит в себе зародыш зла, в то же время нет ничего настолько дурного, что не могло бы породить чего-то доброго”. И в этой трагедии можно найти свет. Потрясающий спектакль. Мне кажется, кто чувствовал нечто подобное, внутреннее,в своей жизни, в себе, как режиссер, как герои, тому и 5 и, 6 и, 7 часов будет мало. Это бесконечное обдумывание. Надеюсь посмотреть этот спектакль еще минимум раз 5!

  30. Анастасия

    “я хожу в театр и плачу деньги за билет. я имею право” – Лиза, не хочу Вас расстраивать – но нет. Не имеете. Товарно-денежные отношения заканчиваются в тот момент, когда гаснет свет в зале. Билет – это Ваше право получить комплекс услуг, связанных с просмотром спектакля. Но сам спектакль, как произведение искусства, не имеет объективной стоимости – и, соответственно, не обязан нравиться или не нравиться. Зрительский риск, что поделать. Жизнь тоже не обязана оказаться долгой и счастливой.
    Екатерина, а почему, собственно, Вы не хотите десять минут помедитировать на яблоко? Люди годами на трещину в стене медитируют – и совершенно не считают это временем, проведенным впустую. Даже утверждают, что всячески духовно растут и развиваются. А уж в “Макбете” нам этих яблок насыпали – с горкой.
    Бескомпромисный спектакль. Редкий для Питера, и уж совершенно уникальный для театра Ленсовета. Браво.

  31. Элина

    Ходила на спектакль 15.12.12 был полный зал и почти все остались до конца. Ощущения до сих пор очень сильные.
    Сам спектакль поразил новизной прочтения, свободой движения и абсолютной верой актеров в то, что они делают. По-моему в этом есть определенный смысл – когда ты видишь на сцене людей, которые безмолвно рассказывают тебе историю, а ты сидешь и ждешь слов, но потом вдруг понимаешь “слов не будет, они дают возможность тебе самому увидеть про что для тебя эта история”.
    Вы знаете, вот вы все такие забавные, сидите рассуждаете “я люблю Бутусова”, “я ходил на его спектакли”, о труппе, театре и прочем, но против этого у меня есть простая истина
    : со мной на спектакль пошел друг, который НИ РАЗУ не был в театре до этого и объективно ему не с чем сравнивать, и вот этот человек сидел 5 часов и сидел бы еще 5 если бы этот спектакль продолжался. Мы вышли и он сказал “Как все?“
    И у меня было примерно такое же ощущение.
    Не буду строить из себя театрала\критика или кого-то еще, хотя наверно мею понимание в силу поставленных 2 спектаклей, но это абсолютно не та история которую хочется оценивать и обсуждать. Это очень личный спектакль о личном, на который хочется сходить еще раз (а модет быть и не раз) и найти ответы на вопросы в голове.

    А Бутусову и его команде браво.

  32. Алексей Пасуев

    Бодрый молодёжный спектакль.

  33. Ирина Викторовна

    Писать о Таких спектаклях как “Макбет.кино”-дело очень сложное, особенно для непрофессионала…без ложного пафоса-это монументальное театральное полотно… оно чем-то сродни большой имрессионистической выставке..где каждая картина-практически шедевр, казалось бы совершенно разные темы, техника, краски-но они все составляют единую палитру авторского замысла… пять с половиной часов напряженной психологической, эмоциональной и эстетической работы…на мой взгляд, этот спектакль продолжает скорее сценическую линию Иванова , Чайки… нежели Лира и Ричарда. но есть отголоски и Макбетта…замечательные актерские работы Лауры Пицхелаури, Е Евстегнеевой. А Новикова,В Куликова, О Федорова…есть и еще ряд актерских удач…- особенно в пластическом решении спектакля…прекрасно демонстрирует технику сцендвижения и сам Юрий Бутусов!!!
    Мне кажется, что спектакль иногда содержит некую эмоциональную перенасыщенность, -
    (казалось бы нет практически ни одного театрального приема-который бы не был явлен зрителям…)
    например затягивается сцена с полуобнаженными ведьмами, и нескончаемое количество эпилогов-каждый из которых – хорош, но на пятом уже несколько… многовато…)
    но когда начинает звучать музыка из Макбетта…- и Юрий Бутусов и актеры уносят зеркала-помнящие и любящие этот спектакль люди тянутся за носовыми платками…
    При повторных просмотрах становятся более явными, как и общий замысел режиссера, так и более четко прорисовываются детали мизансцен, интонации-прекрасная пластика итд актеров…
    но зашифрованного так много, и это настолько глобально и прекрасно-что смотреть еще и смотреть!!!)

  34. нина кромина

    Смерть и ад приходят со сцены!

  35. Аркадий

    “Макбет. Кино.” театр. им. Ленсовета. реж. Ю. Бутусов. Премьера 13.10. 2012 г. Просмотр 15.03. 2014 г.

    Макбет в кино.
    Пламенный революционер, учитель авторов современных «цветных» революций тов. В.И. Ленин считал кино важнейшим из искусств. В.И. Ленин подходил к кино утилитарно. Как к инструменту пропаганды, понятному массам.
    Ю. Бутусов, режиссер спектакля «Макбет. Кино» по пьесе У. Шекспира «Макбет», с тов. Лениным не согласен. Премьера спектакля состоялась 13 октября 2012 г. и не предполагает просмотра массовым зрителем.
    Во-первых, продолжительность спектакля 5 часов: столько поп корна и газировки, необходимого атрибута современного киносеанса, зрителю не поглотить физически.
    Во- вторых: развлечений и отдыха на спектакле не будет. Лучше зрителя предупредить об этом заранее. «Макбет. Кино» – кино не для всех. На спектакль надо идти подготовленным. Для начала прочитать хотя бы краткое содержание пьесы, чтобы понять, что сюжет закручен покруче, чем в каком нибудь боевике.
    В третьих, что должен понять зритель, пришедший на спектакль: пьеса имеет свой текст, а сценарий – свой. Сопоставлять их не надо. Время будет потрачено зря. Уйти захочется во время первого антракта. Всего их три. Продумано с запасом и с уважением к зрителю: можно уйти, можно покурить, попить чего нибудь в театральном буфете, без чего никак не разобраться…
    Самое главное в этом спектакле: разбираться ни в чём не надо. Надо просто сидеть в зрительном зале. Смотреть «Макбет. Кино» с широко раскрытыми глазами, рот тоже не возбраняется открыть. И восхищаться теми, картинками, которые проносятся на сцене.
    Темп спектакля – быстрый. Действие действительно проносится. Сцены меняются быстро, без задержек. Режиссер настроил занятых в спектакле сотрудников театра (артистов, технических работников) как единый, слаженно работающий механизм. За всё время спектакля ни одного сбоя. Благодаря этому пять часов не кажутся длинными.
    Скучными их тоже нельзя назвать. Зрителю при минимальной сценографии предложена восхитительная игра актеров.
    Не надо пытаться понять логику спектакля, соответствие исходному литературному источнику, искать сюжет. Спектакль прекрасен своей эстетикой. Монологи, танцы, пение, пантомима – все это составляющие картинок (кадров) спектакля. Сделанные профессионально качественно, эти картинки (кадры) действительно являются «кино» на театральной сцене. Иди, что называется, и смотри.
    Действительно, зритель пришел. Начал смотреть. Затем уходить. Почему? Просто нет привычного для массового зрителя костюмированного действия, понятных переживаний героев с неизбежной победой добра. В этом спектакле добра нет и в помине. В «Макбет. Кино» исследуется алогичность зла как идеи, и логика воплощения зла как цели.
    Но это может быть и неправильное мнение. Может быть, создатели спектакля имели другую основную концепцию. «Для меня в этой пьесе, как ни странно, закодировано некое НАЧАЛО… Может, поэтому я вновь вернулся к ней…». Так Ю. Бутусов сказал о своем спектакле, втором по счету. Первый был поставлен в московском театре Сатирикон, с которого начался новый этап жизни режиссера. Не исключено, что спектакль, поставленный на сцене театра им. Ленсовета, открывает новый этап в жизни режиссера, о котором мы не знаем. Но зритель может найти ответ, просмотрев спектакль. Таких возможностей предоставлено множество.
    Начинаешь думать – запутываешься, раздражаешься. А вот и очередной антракт. Зритель уходит. Не надо думать. Надо смотреть и наслаждаться. Это все же «…..Кино». Хотя сам режиссер честно говорит, что спектакль «… мой привет ребятам из Сатирикона… и тому счастливому времени…» Вот как оказывается всё просто. Это просто «привет ребятам», и не надо сильно «заморачиваться», искать скрытый смысл этой постановки.
    Если говорить о «кино», то нельзя не вспомнить про «медийные лица», важном атрибуте успешного кинопроекта. «Медийные лица» часто служат в театрах. Играют не часто. Качество игры на сцене у «лиц» бывает всякое, но кассовые сборы обеспечивают.
    В этом «…. Кино» – «медийных лиц» нет. Актерский состав, занятый в спектакле, в по –ленински массовом кинематографе участия не принимает.
    Ю. Бутусов на сцене театра снимает свое кино. Черно-белое. В этих бескомпромиссных цветах сделано сценическое и световое решение спектакля. Часто не большие, но мощные световые приборы используют для создания теней актеров. Эти тени, проецируемые на стены сценической коробки, создают впечатление картинки на киноэкране.
    Музыка в спектакле тоже контрастная. Тяжелый рок, попса, классика – всё это звучит в спектакле. Если имеется усталость от просмотра спектакля, то можно его послушать. Подбор музыкального оформления, работа звукорежиссера нареканий не вызывают. Сценические костюмы созданы в соответствии с основной «черно белой» концепцией, т. е чёрные, чаще всего, и белые – реже. Красный цвет используется для изображения крови. кровопускания в драме «Макбет» достаточно.
    Спектакль «Макбет. Кино» нельзя считать классическим. Режиссер экспериментирует. Меняет текст пьесы. Использует многочисленные сценические решения для создания «картинки – кадра» на сцене. Но вся работа вполне оправдана. Энергетика спектакля остается. Это как иллюзия кино. Кино закончилось, свет в зрительном зале включили, а ты ещё живешь увиденным….
    P.S. Пример интересного сценического решения, имеющего весьма практическое значение. В конце второго акта на сцену с колосников выбрасывается большое количество автомобильных покрышек. Не сразу догадаешься, что таким образом в театре решена проблема сезонного хранения покрышек автомобилей работников театра. Теперь это реквизит. Многочисленным проверяющим можно говорить, что хранящиеся покрышки это не хлам, перекрывающий пожарные выходы, а реквизит, без которого никак… Своеобразный соц. пакет для работников театра… В этом тоже смысл имеется.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога