Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

Театр +. Ноябрь. 2026
СМИ:

В ТЕСНОТЕ, ДА НЕ В ОБИДЕ

Первой премьерой 93-го сезона в Театре имени Ленсовета стала «Квадратура круга» — энергичная и динамичная постановка Александра Крымова. Работа пополнила изрядную копилку репертуарных спектаклей, поставленных актерами на большой и малой сценах.

Этот театр не устает удивлять публику многогранностью талантов своей труппы. Последние годы ленсоветовские артисты демонстрируют самые разнообразные творческие и карьерные амбиции: они не только играют на сцене, но и ставят спектакли и пишут инсценировки, сочиняют музыку и придумывают хореографию, рисуют картины и преподают в творческих вузах, проводят встречи со зрителями и руководят коллективом.

Стремительно и бодро пролетающее полуторачасовое действие «Квадратуры круга» создано на малой сцене актером, режиссером и педагогом Александром Крымовым по одноименной сатирической комедии советского писателя и драматурга Валентина Катаева. Пьесе почти сто лет, но проблематика (а в особенности пресловутый квартирный вопрос) ничуть не устарела и позволяет создателям непринужденно жонглировать смыслами. Так, из острой социальной сатиры в духе только-только зарождавшегося в 1920-е соцреализма в петербургском театре в середине 2020-х сотворили оптимистическую комедию положений, вволю наигрались с персонажами, свободно сместили акценты, слегка подкрутили конфликт, добавили лирики с сарказмом и позволили себе открытый философский финал.

В математике построить квадрат, равный по площади заданному кругу, веками было сложной геометрической проблемой. В философии фразеологизм «квадратура круга» неизменно отсылал к типу задач, что не имеют решения. В театре неразрешимого не бывает: здесь все сложно, но все возможно, многое имеет право на существование, а жизнь не стоит на месте.

Бытие и героику «новых советских людей» в спектакле обозначили пунктиром, внимание сфокусировали на сознании вне времени, в ограниченном пространстве. Жили-были в девятиметровой комнатенке в одной московской коммуналке два друга — Вася (Иван Санников) и Абрам (Максим Сапранов). В один прекрасный день оба привели в свою кургузую клетушку молодых жен — Людмилу (Татьяна Трудова) и Тоню (дебютантка Анна Савченко). И нет чтобы жить долго и счастливо в тесноте, да не в обиде — герои своенравно перетасовывают готовый карточный расклад. Вместо образцово-показательных крепких семейных отношений они на базе своих первичных ячеек общества выстраивают иные — честные, романтические, человеческие и подлинно гармоничные — связи. В стародавнюю пору об этой коллизии сказали бы, что навязанные социальные догмы в виде идеологических установок и общественного мнения рассыпались, не выдержав испытания житейскими невзгодами. Актуальная формулировка может звучать так: логика скрипта дала сбой перед жизненным сценарием, в ситуативный ход вмешалась критическая оценка ситуации после проведения фактчекинга, распознания дезинформации и обнаружения фейков.

И основной состав, и занятые в массовых сценах и танцевальных номерах студенты филигранно обживают микроскопическую площадку. Играют звонко, хлестко, фарсово. Неуемный темперамент бьет через край под марши энтузиастов, ободряюще звучащие из радиоточки. Дух соцреализма проявляется в декларативном самоотречении, в застывших на лицах улыбках-гримасах и во взорах столь яростно горящих, что становится не по себе.

Несомненные удачи спектакля — сценография, темпоритм и сцендвижение. Каждая из этих составляющих лишь подтверждает озвученный тезис о том, что невозможное возможно, а именно — легко и весело уложиться в минимальное время на миниатюрной площади, чтобы поговорить о вечном. Художник-постановщик Дарья Здитовецкая вместо описанной в авторских ремарках «большой пустынной комнаты» построила на пятачке малой сцены комнату крошечную, будто бы декорацию для спектакля кукольного, и «поселила» действующих лиц и исполнителей в совершенно спартанскую обстановку (впрочем, затейливо приукрашенную комичным реквизитом). А хореограф спектакля Римма Саркисян, эмоционально и физически пластичная актриса, поставила несколько ударных музыкальных номеров и добилась от массовки виртуозной техники. Глазам не веришь, когда всего на нескольких (!) квадратных метрах активно и размашисто двигаются в неистовой пляске с рефреном «Любовь, комсомол и весна» человек двадцать (!) молодых людей, умудряясь ни разу не задеть друг друга, держать нужное состояние и фонтанировать огненной энергией. Ансамбль составляют выпускники и студенты разных мастеров — ученики Владислава Пази и Юрия Бутусова, Сергея Бызгу и Ивана Благодёра, Анны Алексахиной и самого Крымова, но это единый организм, который слаженно рассказывает историю двух новоиспечённых семейных пар с истинно комсомольским задором.

Постановка соткана из милых этюдов, импровизаций и проб «на психофизику», целый ряд эпизодов решен через взаимодействие с предметами. Органика персонажей раскрывается шаг за шагом, пока они налаживают быт, наводят уют и лепят друг друга «из того, что было», бьются насмерть на «рыцарской дуэли», оседлав велосипеды вместо коней, и ломают швабры вместо копий.

Персонаж Галины Журавлёвой Флавия (у автора — студент Флавий, чье имя несет в себе сильную волю и яркую индивидуальность, внутренний стержень и умение заботиться об окружающих) — это наглухо закованная «в латы» черного кожаного плаща карикатура на идейного пролетария. Всем своим видом она напоминает персонажа из булгаковского «Собачьего сердца» Вяземскую, «женщину, переодетую мужчиной», члена домкома, заведующую культпросветотделом дома. Но за начальственными замашками, пролетарским шиком и склонностью к тотальному контролю в товарище прячется сугубо бабье нутро.

В скудное пространство «семейного гнездышка» периодически бесцеремонно вторгается на ночевку поэт и физкультурник Емельян Черноземный (Алексей Торковер). В спортивной форме и дырявых носках, со свистком на шее, спальным мешком в рюкзаке и татуировками на теле, он словно сошел со страниц сатирического журнала «Крокодил» и частично срисовал образ с хулигана-волка из мультфильма «Ну, погоди!». У Черноземного с Флавией тайно развивается романчик и случается любовное рандеву. Однако ни в эпизоде с их разоблачением, ни в романтических сценах четверки главных героев, ни в эстрадных миниатюрах массовки нет ни грамма пошлости, лишь намек на опереточную фривольность.

Комедия абсурда разгоняется в геометрической прогрессии — и вот маски сброшены, чувства преобладают над разумом, правда торжествует, миром правит любовь. А красивая концовка вселяет надежду на то, что гармония всегда побеждает дурь, бардак и хаос.

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Добавить комментарий
  • (required)
  • (required) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.