Многие поэты и писатели в своих произведениях метафорически сравнивали душу, чувства, эмоции и человека в целом с различными природными явлениями, а также представителями флоры и фауны. Уподобляясь им, я бы сравнила героев нового спектакля режиссера Евгении Богинской «Тургенев. Ася» по повести Ивана Сергеевича Тургенева на Малой сцене Театра имени Ленсовета с растениями.

Вот, например, Господин N (Федор Федотов) — классический представитель травянистого растения перекати-поле. Его ничто и никто в этой жизни не держит, нигде ему нет пристанища, и все, на что его хватает, — бесцельно кататься по ветру, рассеивая семена. Ася (Виктория Волохова) — прекрасная дикая роза, которая никогда не приживется в саду даже под присмотром самого умелого садовника. Гагин (Максим Сапранов) — терновник, который оплел розу-Асю, и хоть на словах он желает избавиться от этой «ноши», на деле же никогда не выпустит ее из своего колючего плена.

Акцент зрительского внимания сосредоточен на внутреннем конфликте Господина N. Его склонность к наблюдению за жизнью вместо полноценного участия в ней становится роковой преградой — он предпочитает роль зрителя, а не действующего лица в собственной судьбе. Забыв, что жизнь — не театр, и этот спектакль еще раз сыграть не получится. Психологическое, живое, внутреннее состояние Аси мы видим не менее явственно. Здесь постоянным монотоном крутится одна мысль в отношении девушки — «лишний человек». Она искренне считает себя лишней в этом мире — в жизни отца, брата, возлюбленного. Ася не была готова к своей судьбе, а потому и не знает, как и что правильно делать или не делать. А вот Гагин в этом плане — темная лошадка. Он, вроде бы, говорит прямо, но не до конца честен, откровенен, решителен. Трусость и ребячество, поначалу объединяющие наших героев, в финале становятся камнем преткновения.

Что такое память? И как показать ее на сцене? Художник по свету Андрей Лебедь создает атмосферу старой фотографии, хранящей и пробуждающей воспоминания, где полутона важнее ярких красок. Свет то окутывает сцену мягким сумраком, подчеркивая интимность диалогов, то высвечивает лица героев. Игра теней и бликов метафорически отражает внутренние колебания персонажей. Все так зыбко, шатко и не всегда правдоподобно, да и то, что кажется ясным, на самом деле размыто и неустойчиво.

Сценография явно следует современному принципу минимализма. История Аси и Господина N. не нуждается в пышных интерьерах, ее драматургия сосредоточена в словах и взглядах. Создавая необходимый антураж здесь и сейчас из подручных скамеек и поддонов с галькой, наши герои будто строят отношения друг с другом, но любое неосторожное движение… и конструкция рухнет!

Современные постановки по классике порой отличаются не только минимализмом декораций и реквизита, но и вневременным содержанием историй. В нашем случае, на мой взгляд, это не только безусловное величие автора произведения, но и заслуга режиссера-постановщика. Мир летит вперед на бешеной скорости, а актуальные темы все те же, что и 100, 200, 300 лет назад.

Сценическая адаптация Марии Лоцмановой, режиссерская работа Евгении Богинской помноженные на визуальное решение создают многослойный спектакль, где классика звучит современно, а вечная тема боязни совершить поступок и упущенного счастья обретает особую современную остроту. Трагедия нерешительности всех персонажей этой истории, страх перед грузом ответственности и подлинным чувством, которого, по мнению многих, не существует в природе. Согласитесь, людей всегда пугает встреча с необъяснимым, или с тем, чего, по их мнению, просто не может быть. А вдруг — может? Надо было рисковать…