Пресса о петербургских спектаклях
Петербургский театральный журнал

ИСПАНЩИНА – ЦЫГАНЩИНА – ПЕТЕРБУРГЩИНА…

XVII Международный фестиваль балета «Мариинский» на сцене одноимённого театра по традиции открылся 30 марта премьерой — трехактной «Пахитой» Эдуарда Дельдевеза с примкнувшим к нему Людвигом Минкусом и Риккардо Дриго.

Выбор не случаен: «Пахита» — бренд исторически раскрученный. В 1846 году балет с успехом шёл на сцене Парижской оперы в постановке Жозефа Мазилье, а в 1847 году «Пахитой» начался русский период славной биографии Мариуса Петипа. Этот балет стал балетмейстерским дебютом Петипа на петербуржской сцене, он же танцевал главную партию Люсьена. Детективная история о Пахите, потерявшей в младенчестве знатных родителей, воспитанной в цыганском таборе и полюбившей высокородного юношу, сдобрена заговорами, покушениями, чудесным спасением, разоблачением злодеев и союзом любящих сердец. Сюжетная часть канула в Лету, но от спектакля до наших дней дожил шедевр Петипа — гран-па с очаровательной детской мазуркой и блестящими «балеринскими» вариациями, которое давали как одноактный балет. Были постановки «в духе Петипа» Пьера Лакотта и Алексея Ратманского, было предложение знатока классического наследия Юрия Бурлаки воссоздать спектакль Петипа в Мариинском театре.

Но Мариинка пошла своим путём. Создатели новой «Пахиты» подчёркивают, что их балет — «взгляд на XIX век из века XXI» и реконструкцией творения Петипа не является (за честность — особая благодарность). На афише автором нового либретто и хореографии значится Юрий Смекалов, реконструкция гран-па в хореографии Петипа выполнена Юрием Бурлакой.

Действие начинается с пролога. Поднявшийся занавес обнажает зал богатого дома, где на стенах висят портреты испанских дам и грандов, один из которых — Мариус Петипа! Есть там и Дельдевез с Минкусом, но мало кто похвастается, что узнает их с первого взгляда. Петипа же опознаётся сразу, и сей остроумный ход интригует, обещая нечто неординарное. Тут появляется цыганская пара, с риском проникшая во дворец, чтобы похитить из колыбели крошку Пахиту с целью сделать из нее плясунью (рассказано пантомимой и подтверждено программкой). Заодно воры прихватывают ларец, где лежит медальон, изображённый на стоящем рядом с колыбелью портрете девочки. Пока размышляешь, почему младенец, лежащий в пелёнках, изображён на картине в возрасте, когда носят немалые по размеру медальоны, пролог заканчивается.

Каждый из трёх актов может иметь свой девиз. Первый — «Танцуют все!» На фоне реалистично выписанной декорации мадридской площади (художник-постановщик Андрей Севбо) под невыразительную, однообразную музыку Дельдевеза суетятся испанцы (знатные, простые, военные) и цыгане. По костюмам отличить испанцев от цыган сложно, по хореографии невозможно. Когда, влюбившись в Пахиту (Виктория Терёшкина), знатный испанский юноша Андрес (Тимур Аскеров) уходит с табором, то цыгане, вовлекая его в свою жизнь, заставляют повторять их танцевальные движения, и тогда очевидно, что такие же движения он исполнял и будучи «благородным испанцем».

У Петипа изюминкой постановки был характерный танец Pas de manteaux (Танец с плащами) в исполнении кордебалета, мастерски играющего алыми тореадорскими плащами. В новом спектакле танец почему-то отдан цыганам, и событием он не стал. Удачнее показался детский цыганский танец.

За комедийную составляющую зрелища отвечают кипарисы, бегающие по сцене на ножках, и ворвавшаяся в романтику таборной картины пародийная лошадь в исполнении двух артистов, покрытых чехлом из рогожи. Такие клоунские пары из сцепившихся тел (одна голова, четыре ноги) в обычае цирковых представлений. Имена танцовщиков, воплотивших образ лошади в «Пахите», в программке не указаны — и напрасно: они сорвали свою долю аплодисментов, поскольку петербуржская балетная публика любит цирк (возможно, сказывается гений места, ведь здание Мариинки было построено для цирковых представлений).

Второй акт можно назвать «Страсти-мордасти, или Богатые тоже плачут»: богатая девушка Кардуча (Рената Шакирова), несмотря на все усилия соблазнить Андреса, отвергнута и мстит ему, подкидывая в кибитку столовое серебро. Несчастного юношу вместе с Пахитой и Старой цыганкой (Елена Баженова) бросают в тюрьму. Застенок выглядит устрашающе натурально, а хореографически мизансцена решена символическим приёмом: огромная камера делится на мужскую и женскую части невидимой стеной. Тоскующие Пахита и Андрес, разобщённые этой условной преградой, в унисон исполняют свои партии, что свидетельствует об их взаимной любви. Наконец, власть имущие находят украденную в прологе шкатулку с медальоном, и героиня обретает свободу, знатных родителей и мужа.

Третий акт идёт под знаменитым призывом «Сделайте нам красиво». Свадьба проходит в двухъярусной постройке, видом и размером напоминающей римский Колизей, только с крышей Пантеона и украшенный вазами с цветами. В проёмы арок между многочисленными колоннами видны поля, цветущие сады и огороды, горы, сельские домики, небо, облака. Виды природы оттеняют кроваво-красные ткани кулис с торчащими из них портретами, знакомыми по прологу. На этом фоне идёт гран-па. Костюмы танцовщиц выполнены так, что их цвета соотносятся с точно такими же красками на декорации задника: сиреневые пачки — с цветущими деревьями, зеленоватые — с травой, терракотовые — с почвой и т. д. (художник Елена Зайцева). В результате танцовщицы то сливаются с фоном, то пестрят на контрастном. Костюм Пахиты неотличим от кордебалетного окружения. У Петипа же главенство балерины всегда подчёркивалось не только особенной хореографической партией, но и внешним обликом.

Гран-па, исполнявшееся в разных театрах (и в Мариинском тоже) как одноактный балет, слыло эталоном петербуржского стиля, требовало особого шика в исполнении. Его сравнивали с россыпью бриллиантов, а они, как известно, требуют соответствующей оправы, их не носят с пёстреньким ситцевым халатиком. В новой «Пахите» на фоне сельских видов пропало всё: детская мазурка, вдохновенно исполненная младшими воспитанниками Академии русского балета имени А. Я. Вагановой, вариации главных героев и солисток (Анастасия Лукина, Надежда Гончар, Екатерина Иванникова, Злата Ялинич). Впрочем, причина не только в оформлении — исполнение тоже эталоном назвать сложно.

Финальную точку под занавес поставили упавшие с колосников гирлянды бумажных цветочков. Красота? Нет, красивость. А красивость, китч никогда не были петербуржским стилем.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*