Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

14 апреля 2016

ЖИВАЯ АРХАИКА

«Старик и Волчица». По мотивам черкесской народной сказки «Старик и Волк».
Театр-студия Karlsson Haus.
Режиссер Евгений Ибрагимов.

Жанр работы «Старик и Волчица» Евгения Ибрагимова определен как «спектакль-игрище». Действительно: звучит баян, появляются артисты в черкесках и представляют историю, о которой пойдет речь далее.

Затем — буквально из ничего — создается целый мир: появляется соломенного цвета ширма, поверх нее ставят два деревца, которые символизируют лес, натягивают черно-белый задник с изображением гор — и вот перед нами Кавказ. Аутентичная черкесская народная сказка, оформление которой выполнено из природных материалов: тростевые куклы и все, что вокруг, сделано из дерева, холстины и шерсти. Живая архаика — так характеризует спектакль Евгений Ибрагимов.

Появляется главный герой — согбенный Старик с внушительным профилем кавказца (Михаил Шеломенцев), и начинается история. За Волчицей гонятся охотники, герой, жалея Волчицу, прячет ее в мешке. После того как угроза миновала, Волчица объявляет Старику, что в благодарность она надумала его съесть. Тогда Старик предлагает не торопиться, а поступить по чести: спросить прохожих, надо ли Волчице есть Старика? Как решат три первых встречных, так тому и быть. Однако же и Лошадь, преданная человеком, и собака Шарик, несправедливо обиженная хозяином, и Барашек, которого не позвали на свадьбу, говорят одно: Старика — съесть!

И только хитрая загадочная Лиса, прежде чем принять окончательное решение, елейным голосом предлагает провести «реконструкцию событий»: проверить, войдет ли такая большая Волчица в крохотный мешок. Волчица радостно прыгает внутрь, а рыжая сестра завязывает куль, предлагая герою как следует отблагодарить серую тумаками. Но Старик снова жалеет хищницу и просто ее отпускает. В финале — всеобщее единение-ликование и дружная песня про то, что «Лиса нас удивила: справедливость победила».

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Несмотря на очевидную простоту истории, спектакль Евгения Ибрагимова сложен композиционно. Помимо присутствия кукольного и живого планов, наличия открытого приема, есть еще интерактивные сцены. Михаил Шеломенцев и Диана Разживайкина, изображая джигитов на деревянных скакунах, у одного из которых (Разживайкина) постоянно подтекает нарисованный ус, а другой (Шеломенцев) подрисовывает его товарищу, предлагают детям помочь в поисках, подсказать, где спрятался «серый такой волк черного цвета». Развернувшись к залу спинами, они демонстрируют пришпиленный к черкеске портрет волка, будто нарисованный вручную. Точно такой, какой мы можем видеть в вестернах с надписью «WANTED!». Дети, надо отметить, обаянию охотников не поддаются, каждый раз отвечая одинаково: никакого животного не видели, ничего не знаем.

Особый интерес представляют куклы, с которыми работают артисты. Все герои — так называемые безликие тростевые куклы. Поскольку черкесы придерживаются ислама, а ислам запрещает детальное воспроизведение изображения животных, то и участники действа, которых мы видим, во многом абстрактны. Четко очерченный профиль из дерева с характерными для того или иного животного чертами, тканевое тело, две-три трости, с помощью которых артист управляет своим героем. Благодаря такому строению кукла делается максимально пластичной, может принимать любые формы. И вот — грациозная, потряхивающая гривой Лошадь (Ольга Драгунова), которая, несмотря на престарелый возраст, еще никак не кляча, а вполне себе интересная дама, способная и пофлиртовать, и эффектно вильнуть задом. Или трогательный кругляш-Барашек (Илья Лисицин), который, обижаясь, не идет — катится снежным комочком вдоль Эльбруса. Или коварная Волчица (Разживайкина), готовая, точно опытная цыганка, и погадать, и попросить руку позолотить, и приврать, и знаменитый танец с выходом исполнить. У каждой куклы — свой характер, своя пластика.

Перед спектаклем Евгений Ибрагимов сказал: «Дорогие зрители, вам повезло: хороший спектакль вы увидите сегодня, может быть, необычный для этого театра, но хороший». И ведь правда, хороший.

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (1)

  1. Н. Таршис

    Уловлена живая шероховатость, импровизационность сказки! – при том, что речь идёт о вещах фундаментальных: Добро, Коварство, и целая цепочка, эстафета зла (как бы ни были сценически обаятельны его носители)… И поразительная заглавная пара: Старик – нерассуждающее, стихийное добро, и Волчица – хищница с обольстительным голосоведением. Полностью присоединяюсь к предшествующему тексту.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога