Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

10 сентября 2015

ЗА КЕМ БЕЖИТЕ? ЗА СОБОЙ БЕЖИТЕ

В Екатеринбурге «Реальный театр» закрыла «Алиsа» Даниила Ахмедова. О ней текст Оксаны Кушляевой из ПТЖ № 79.

«Алиsа». По мотивам сказок Л. Кэрролла.
Красноярский ТЮЗ.
Режиссер-художник Даниил Ахмедов, художественный руководитель постановки Роман Феодори, дизайн пространства театра Василины Харламовой

Алиса взмыла вверх. Казалось, что она то летит, то зависает, то подается вперед и парит над залом, совсем невысоко над поднятыми зрительскими ладошками. На самом деле Алиса падала в бездонную пропасть так долго, что уже успела привыкнуть падать, так долго, что падение вниз превратилось в падение вверх, вернее, уже нельзя было совершенно точно сказать — падает Алиса или подымается.

О какой именно Алисе идет речь? О той, которая воспарила над зрительным залом Красноярского театра юного зрителя, окончательно превратившегося к этому моменту в Страну Чудес, заросшую сверху донизу идеальным английским газоном, уставленную бесконечными, загибающимися на стены столами с бесчисленными чайными сервизами идеально белого цвета… Но я забегаю вперед, нарушаю хронологию, тороплю события. Художник Даниил Ахметов под руководством режиссера Романа Феодори сочинил свою «визуальную» «Алиsу» по мотивам сказок Льюиса Кэрролла «Алиса в Стране Чудес» и «Алиса в Зазеркалье».

Так вышло, что написанная одним математиком для одной юной леди история стала поводом не только для бесконечных экранизаций и театральных постановок о приключениях маленькой Алисы, но и для историй о возращении в Страну Чудес Алисы взрослой. У Тима Бертона, например, она (Миа Васиковска) вновь посещает Страну Чудес викторианской девушкой на выданье, а возвращается из нее состоявшейся эмансипе, восстающей против правил патриархального общества. В спектакле Андрея Могучего, кажется, сама Страна Чудес навещает уже пожилую Алису (Алиса Фрейндлих), и мстит ей, и мучит ее в последний раз.

Сцена из спектакля.
Фото — М. Маклаков.

Возвращение в Страну Чудес стало темой и пластического спектакля «Алиsа». Пожалуй, эта одна самых ясных и последовательных историй о повзрослевшей Алисе, рассказанная при этом без слов, средствами «нового цирка» и театра художника.

История Алисы оказывается историей человека слишком рано позабывшего, как это — радоваться падающим на нос снежинкам, хватать судьбу за маленький кроличий хвост и проходить в самые крохотные двери. Но случается она на фоне роскошно-театрального, неиссякаемого на фокусы, трюки и сумасшедшие превращения мира Страны Чудес… Мы видим только тени на занавесе. Тень побольше принадлежит изящной женщине в пальто и с зонтом, тень маленькая — такой же изящной девочке. Но вот силуэты обретают плоть двух Алис. Алиса Большая (Елена Кайзер), молодая женщина в сером пальто и очках, похожа на учительницу начальных классов, но, при всей строгости внешнего вида, в лице ее читается растерянность. Эта Алиса как будто попала под чары Снежной Королевы (которую играла та же Елена Кайзер в одноименном спектакле ТЮЗа) и совсем замерзла.

Рядом с ней Алиса Маленькая (Злата Волегова). Девочка в хрестоматийном голубом платьице с белым передником, голубых же туфельках и гольфах в ромб на длинных тонких ногах. С Алисы взрослой исчезает ее серое пальто, и она оказывается почти идеальным двойником Алисы маленькой в таком же платье, туфлях и с такими же тоненькими ногами в гольфах. У обеих Алис, как и положено, прямые белокурые волосы, аккуратно подстриженные и убранные фирменным голубым ободком, который в Англии так и называется «Лента Алисы». Они внешне похожи так, как была бы похожа героиня Кэрролла сама на себя уменьшившуюся под воздействием пузырька с надписью «Выпей меня».

Между двумя половинками занавеса, по которому прогуливались виртуальные Алисы, оказывается, спряталась огромная старая книга «Alice in Wonderland». Как будто то самое первое издание с черно-белыми иллюстрациями Джона Тенниела. Вот две героини открывают первую страницу и точно, на пожелтевшем развороте видно: Лондон, 1866 год. Они перелистывают эту страницу, а за ней зияющая дыра, в которую исчезает Алиса маленькая, и, преследуя ее, в черный провал книги устремляется Алиса большая. По подиуму, разрезающему зал пополам, из правых и левых выходов, со сцены и, кажется, отовсюду бегут идеально похожие друг на друга кролики, в круглых очках с розовыми стеклами, мундирах с эполетами, в белых париках и в белых лосинах, — белые прекрасные кролики. Вот один взял внимание, побежав из одной кулисы в другую, и только он исчез, появился второй, за секунду до его исчезновения третий и четвертый, словно это кроличий зачин, большая кроличья увертюра возвращения Алисы. И вместе с ней ты вертишь головой в попытках выбрать кролика, за которым побежишь, забыв, что Алиса бежала на этот раз вовсе не за кроликом.

Сцена из спектакля.
Фото — М. Маклаков.

А следом тот самый полет-падение Алисы, странной замороженной женщины в голубом платье с белым передником. Цвет платья Алисы кажется уже не только данью традиции, идущей от мультипликационного фильма Уолта Диснея, но и знаком ее эмоционального обморожения. И сцена полета, как и положено в зрелище, близком «новому цирку», не только поражает воображение, но и пугает, завораживает, гипнотизирует. Как и с героями спектаклей Джеймса Тьере или Филиппа Жанти, все происходящее с Алисой происходит помимо ее воли.

Вот, например, одно из первых испытаний классической сказки: комната с тремя дверями разных размеров. В спектакле Даниила Ахметова дверей гораздо больше, а героиня разваливается на множество одинаковых Алис. Они во все ускоряющемся темпе выбегают из одной двери, забегают в другую, снова исчезают и появляются то все сразу, то по одной, то проскользнет между ними и скроется девочка Алиса, то за большой дверью окажется дверь крошечная. Алиса догоняет, Алиса убегает, Алиса прячется и ищет тоже Алиса. И все это длится так долго, что уже и у зрителя начинает кружиться голова от такого количества Алис всех размеров и возрастов. Они двоятся, троятся, расщепляются, теряют свою уникальность, окончательно запутавшись в собственных двойниках. Кажется, Страна Чудес или же Зазеркалье (как ни назови), этот мир эксцентриков, эгоцентриков, маленьких и больших сумасшедших, пытается ее удивить, озадачить, напугать, привлечь внимание любыми средствами. Весь этот цирк внутри театра не для нас, а для нее. И главная акробатка, эквилибристка и фокусница, бесстрашная, дерзкая и самоуверенная, здесь Алиса Маленькая.

Но и остальная труппа тоже не перестает удивлять: стараются клоунская парочка Траляля (Юрий Суслин) и Труляля (Евгений Князь), лопочущие что-то на только им (и, наверное, еще Вячеславу Полунину) понятном языке; старается превратившаяся в типичный британский караул карточная армия Красной королевы; старается и другой карточный народец. Страна Чудес сыплет козырями из многочисленных своих рукавов — всем, что так удивляло маленькую Алису, и еще вдобавок всем, чем могут удивить художник-режиссер Даниил Ахмедов, сочинивший красивейший из миров, композитор-сказочник Евгения Терехина и наделивший странных жителей Страны Чудес их неповторимой пластикой хореограф Денис Бородицкий. Но ни реалистичные полеты, ни гигантские шары, заполнившие вдруг зрительный зал, ни целая армия кроликов не поражают Алису, в отличие от очумевшего зрителя, который, независимо от возраста, оглушен, обескуражен происходящими театральными чудесами.

Сцена из спектакля.
Фото — М. Маклаков.

А большая Алиса бежит за своим двойником, за маленькой Алисой, ставшей для нее и белым кроликом, и растворяющимся в воздухе чеширским котом. И только во втором действии в сцене с сумасшедшим Шляпником (Виктор Буянов) героиня Елены Кайзер неожиданно меняется, в лице ее появляются упрямство и вызов старому приятелю, и тут же возникает на сцене Алиса маленькая. И эти две такие разные Алисы (да-да, разные) становятся по-настоящему похожи и максимально близки на этот краткий миг. А дальше, кажется, Страна Чудес захлопывается перед носом большой Алисы. Чередой проходят перед нами и прекраснейшая восточная гусеница (Елена Половинкина), с помощью экрана позади нее обретающая два огромных крыла, и неодушевленный Чеширский кот, сложенный из гипсовых окружностей, и грозная Красная Королева, рыжеволосая, как Елизавета-девственница, в гигантском кринолине (с которого она в итоге спускается по лестнице и выходит через маленькую дверку в самом низу юбки)… В финале спектакля взрослая Алиса снова одна в невзрачном сером пальто сидит на сцене и читает о невозвратных своих приключениях. Маленькая Алиса, инфернальный двойник, черт из табакерки, в образе голубой героини подразнив меланхоличную женщину, пропала теперь уже навсегда… Исчезла Страна Чудес, но, кажется, приобретенный в сумасшедшей погоне за собственным детством азарт еще немного поживет в этой взрослой Алисе. А потом и он тоже исчезнет.

Спектакль «Алиsа» можно называть пластическим, невербальным, театром художника, но для меня это прежде всего тот самый «новый цирк», где есть интересный сюжет, герои, но при этом номерная структура действия очевидна. Номер с белыми кроликами, номер с бесконечным рядом дверей и бесконечными Алисами, выходящими из них, номер с Чеширом, морда которого вдруг складывается из поставленных друг на друга гипсовых форм, номер со Шляпником, сидящим на троне из огромной шляпы, полет Алисы, барочная ария Красной Королевы, катающиеся по зрительному залу шары-планеты (еще один привет Полунину) — все это перемежается выходами Труляля и Траляля, то подражающими Алисе и тщетно борющимися с законами тяготения, то играющими увеличивающимися до размера планет мячами. Но все эти номера скрепляет история Алисы. И голова кружится не только от самого шоу, но и от этой грустной сказки про героиню, попытавшуюся на миг стать девятилетней девочкой, живущей в Стране Чудес, или хотя бы вспомнить, как это — испытывать счастье от падающих на язык снежинок.

В именном указателе:

• 
• 

В указателе спектаклей:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога