Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

9 октября 2016

В ПОИСКАХ РАДОСТИ

«Сталкер». По мотивам киносценария братьев Стругацких и А. Тарковского.
Омский театр для детей и молодежи.
Режиссер Владимир Золотарь.

Художественный руководитель омского ТЮЗа Владимир Золотарь активно осваивает альтернативные театральные жанры, привлекая в зрительный зал молодежь всех возрастов и разрушая стереотип о том, что театры юного зрителя (особенно провинциальные) — это только красные шапочки, золушки и прочие петушки — золотые гребешки. Когда я слышу «ТЮЗ», в голове сразу возникает сцена из фильма «Тупой жирный заяц», где отчаявшийся актер детского театра из глубинки читает монолог Гамлета посреди очередного утренника. Это было бы смешно, если не было б так грустно. Однако в омском ТЮЗе (к счастью, не только в нем) все иначе: здесь обширный репертуар на любой вкус и возраст. В репертуаре есть спектакли по Оруэллу, Шекспиру, Вуди Аллену и модной среди продвинутых современных родителей Наринэ Абгарян. Теперь этот список дополнился и легендарным «Сталкером».

Фото из архива театра

Кажется, что нового можно сказать на этом материале после фильма Тарковского? Золотарь и не пытается изобрести велосипед. Указывая жанр как «Т-экспедиция» (видимо, театральная), призывая зрителей облачаться в походную одежду, брать с собой термосы и бутерброды, он создает приключенческую игру, проще говоря, модный нынче квест. По мотивам «Сталкера». По-моему, для ТЮЗа — это здорово и заведомо выигрышно. Используя популярные среди молодежи развлечения, театр привлекает к себе внимание того зрителя, для которого он и создан, становится ближе к целевой аудитории. Я помню омский ТЮЗ еще времен моего детства, когда в начале 2000-х учительница мужественно вела класс из 30 подростков на очередную реинкарнацию классики, набившей оскомину еще в кабинете литературы. И вот сидишь ты лет тринадцати в не очень уютном зале, пытаешься сосредоточиться на происходящем на сцене, но вокруг так много помех — хруст чипсов, звук открывающихся банок лимонада, крики, гам, шум, — что это становится невозможным. В итоге все эти походы делаются мучением как для зрителей, так и для актеров. Мне всегда казалось, что любовь к чтению и театру на корню вырубается именно в школе. Если родители дома не ведут параллельную культурно-просветительскую работу, то на всех этих интеллигентских развлечениях в большинстве случаев можно ставить крест. Есть, конечно, категория людей, которая проникается любовью и к театру, и к чтению в зрелом возрасте, самостоятельно, когда над тобой не слышится тяжелое дыхание «цербера с указкой», но таких меньшинство. Чтобы картина не оставалась такой же печальной, как и прежде, театру, конечно, стоит искать формы общения со своим юным зрителем. Концепцией театра как места для открытого диалога и занимается в своей художественной программе Владимир Золотарь. В том числе это подтверждает «Сталкер».

Фото из архива театра

Действие возникает возле театрального буфета: сюда приходят Профессор (Тимофей Греков), Писатель (Сергей Дряхлов), здесь же вырывается из объятий жены (Галина Ксеневич) и сам Сталкер (Алексей Гнеушев). Экспедиция в Зону начинается: зрители вместе с актерами отправляются на поиски тайной комнаты. Той самой, где исполняются любые мечты. Сначала мы идем в гардероб за своими теплыми вещами, идем быстро и аккуратно, под призывы Сталкера: «Шаг в шаг, старайтесь идти шаг в шаг». Выбегаем во внутренний дворик театра, а за нами уже разливаются клубы дыма. Мы успели. Накручиваем вместе с проводниками бинтики на гайки, чтобы ориентироваться в Зоне. Продолжаем нашу опасную экспедицию, в которой само здание театра становится действующим лицом. Мы будем ходить по подвалам, коридорам, то пригибаясь, чтобы не удариться головой об трубы, то вскарабкиваясь по крутым лестницам без перил, заручившись поддержкой и крепкой рукой кого-нибудь из актеров. Нас преследует голос, щедрый на философские реплики, который, кажется, возникает из ниоткуда. Шумит вода, раздается музыка, ходит женщина с мокрыми волосами на лице, в коридорах возникает то настоящая, то импровизированная паутина. Триллер. Не меньше.

Фото из архива театра

Проходим мы и самое страшное испытание Зоны — «мясорубку» (ее функцию выполняет машинерия вертящегося круга), и, наконец, добираемся до тайной комнаты. Той самой, где могут исполниться все мечты. А где в театре такое место? Конечно, на сцене. После часовой бродилки по лабиринтам ТЮЗа зрители оказываются на привычном месте — в зале, удобно усевшись в бордовых креслах. Действие продолжает происходить, что называется, «на носу». Ни о какой четвертой стене здесь и речи идти не может. Профессор, собравшийся взорвать комнату, из-за которой, по его мнению, в мире множатся немотивированные преступления, разочаровавшись в самой идее этой заветной комнаты, поняв, что это, возможно, не более, чем фикция, разбирает бомбу и бросает ее под ноги зрителям. Сама комната, открывшаяся за глухой деревянной перегородкой, оказывается безграничным пространством, залитым ярким светом. В центре стоит стремянка, которая уходит так высоко, что, кажется, по ней можно взобраться прямо в гости к Богу. Рядом табурет, на нем тазик и кувшин. Но никто уже не хочет идти в комнату: ни Писатель, ни Профессор. Бьется в агонии Сталкер, ведь они не верят в это чудо, они не верят в то, что стало смыслом его жизни. Алексей Гнеушев на протяжении всего действия играет человека нервного, неуверенного, боязливого, суетящегося, почти сумасшедшего. В финале этот тик выливается в истерику: как пережить, что тебе не верят? Как пережить то, что надежду могут отнять?

Фото из архива театра

Появившаяся жена Сталкера (надо увести мужа домой, где ждет больная дочка Мартышка — мы же помним, что у сталкеров не рождаются здоровые дети) укладывает мужа на авансцене, заботливо укутывая в телогрейку и нежно поглаживая по спине. Закуривает. Ее рассказ о нелегкой женской доле, о жизни с почти юродивым мужем и, главное, о том, что она ни о чем не жалеет, ведь если б не было горя, то не было б и счастья, уверенно забирает внимание зрителя. Галина Ксеневич, которой досталась эта небольшая роль, играет финал, создавая ту атмосферу светлой грусти и немотивированной радости, с которой уйдут зрители.

Жена одна поднимается на сцену, проходя в ту самую комнату, и к ней подходит Сталкер. Комната вдруг перестает казаться таинственной и больше напоминает интерьеры квартиры этой семьи. И ты понимаешь, что счастье рядом, оно всегда с тобой, и не стоит ходить-бродить в его поисках. Достаточно посмотреть на тех, кто рядом. В этой комнате персонажи становятся актерами: Галиной Ксеневич и Алексеем Гнеушевым, которые радостно подбрасывают брызги воды, и из зала кажется, что начался салют. Салют тому, что жить — это уже счастье. К ним присоединяются и Тимофей Греков, и Сергей Дряхлов. Наконец, и зрителей приглашают подняться на сцену и салютовать вместе с актерами под запевку Леонида Федорова: «И может даль я, а может быль я, а может соль я, а может пыль я. И далеко ль я, и без тоски ль я. Я вижу колья, слышу крылья» («Аукцыон» — «Хомба»).

Фото из архива театра

Любой из зрителей тоже может набрать в ладони воды из кувшина и подбрасывать ее, улыбаясь брызгам, летящим на лицо. Любой может загадать самое заветное желание, ведь мы все-таки попали в тайную комнату. А вдруг оно сбудется? Главное — верить.

Простыми, максимально доступными средствами Владимиру Золотарю удается погрузить зрителей в увлекательнейшее путешествие. Спектакль-квест получился увлекательной историей, пришедшей в финале к той сверхзадаче, которую формулирует герой «Пикника на обочине» Стругацких, пройдя «мясорубку» и добравшись до Золотого Шара: «Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный!»

В именном указателе:

• 

В указателе спектаклей:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога