Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

21 мая 2020

TIKTOK И ГОРИЗОНТАЛЬНОСТЬ: ФЕСТИВАЛЬ ВИДЕОМАКЕТОВ  БТК. GENERATION

В праздновании дня рождения Большого театра кукол всегда есть три неизменных составляющих: отличный спектакль, презентация нового БТК-ФЕСТа и отвязный вечерний концерт.

В этом году все традиции переместили в онлайн, а отмечали 89-летие весь день, начиная с утреннего спектакля для детей литовского театра «Леле» и до уходящего в ночь музыкального квартирника мировой звезды театра кукол Матиа Сольце. Представили программу ноябрьского БТК-ФЕСТа, получившего подзаголовок «Молодость», а кроме того показали спектакль «Театр воображения. Про чайку» коллектива «Тень» и «Бастарда» Дуды Пайвы. А еще презентовали новый фестиваль современного фигуративного искусства — БТК. generation, и показали видеомакеты спектаклей, которые в него войдут.

Сам фестиваль намечен на 10–15 октября: на это время БТК планируют превратить в центр нового театрального поколения. Глобальная лаборатория будет создаваться энергией 100 молодых авторов Петербурга: к 19 студентам режиссерского курса РГИСИ Руслана Кудашова присоединились художники, актеры и продюсеры, прошедшие кастинг.

Все эти люди, вдохновленные азартом БТК на совместное создание нового театра кукол, пришли из разных сфер — участником мог стать любой, не только театральный профессионал, а потому здесь много студентов, пробующих себя впервые. По словам Дарьи Розенберг, одного из продюсеров, фестиваль станет площадкой для совместного образования молодых авторов: помимо спектаклей, планируется и образовательная программа, но главное — создать пространство для диалога и обмена опытом. А потому и слоган фестиваля — «Научись сам и научи другого». Такая разомкнутая структура, живая среда для совместного творчества — не только возможность реализовать горизонтальную модель театра, где может быть услышан голос каждого, но и поиск нового языка, в том числе для коммуникации со зрителем.

Перформансы BoxShow.
Фото — Андрей Сухинин.

В день рождения БТК режиссерский курс представил 15 видеомакетов спектаклей фестиваля, созданных командами уже совместно с продюсерами, актерами и художниками (на БТК. generation их будет 19, не все успели подготовить работу к презентации). Видеомакет — эскиз будущего спектакля, но можно сказать, что и отдельный жанр. Невозможность работы в прежних офлайн-условиях пошла на пользу идеям нового театра кукол, спровоцировала на поиск решений, расширив представления о формате постановки.

Во время учебы студенты режиссерского курса создавали спектакли по Пелевину, Камю, Чехову и древнегреческим мифам, а потому и в выборе материала для преддипломной работы прослеживается тенденция серьезных, аналитических произведений.

Получив свободу в выборе историй, режиссеры амбициозно взялись за пьесы Ануя, Лорки, Брехта и Беккета. Другие захотели поставить в куклах романы Стругацких, Олеши, рассказы Лемма. Эскиз, направленный на условно детскую аудиторию, всего один — «Западный лес» Элинор Фарджон, чьи сказки постепенно проникают на российскую сцену (важно отметить, что детские истории студенты проработали на предыдущем экзамене, пять работ скоро должны войти в репертуар БТК).

Скриншот видеомакета «Западный лес».

Здесь практически нет современной драматургии и литературы (за исключением «Сюзанны» Юна Фоссе и рассказа «Жизнь и смерть двух уродов» Елены Кучеренко), но нет и ни одного текста, привычного для сцены театра кукол. Сам выбор материала — от ветхозаветной истории до Достоевского — такая же мощная и смелая заявка миру, как когда-то и у их мастера Руслана Кудашова.

Студенты ранее уже пробовали себя в жанре макетной миниформы. Во время БТК-ФЕСТа «микроМАКРО» в фойе они представляли BoxShow — перформансы для 1–2 зрителей, многие из которых разыгрывались в макетах. Это были отдельные микроспектакли, крохотные сундучки с секретами, картонные коробки с жемчужинами внутри. К ним можно было прикоснуться мимоходом, до начала фестивального спектакля заглянуть сквозь замочную скважину, спрятаться под покрывалом и за пару минут ухватить историю, легкую и стремительную.

Но если на фестивале формат микропостановки был задан изначально, из чего выстраивалась и драматургия, то в видеомакетах задача другая: придумать, как уместить часовую курсовую работу в рамки эскиза на несколько минут, найти такой подход, чтобы не потерять идею в новой структуре. Но кому как не студентам Кудашова знать, как может взаимодействовать камера с крошечными куклами: на тот же БТК-ФЕСТ «микроМАКРО» приезжали Hotel Modern с «Лагерем» и Livsmedlet theatre с «Невидимыми землями» — спектаклями, построенными на видео.

Скриншот видеомакета «Мамаше Кураж».

Видеоформат макетов позволил режиссерам выстроить смежные формы: работать в эскизах с видеоартом, техниками кино и цифровой анимации, обратиться к мастерству медиахудожника. Играть с масштабами напрямую — перебивать крохотных кукол крупными планами лиц актеров, сделать акцент на том, чего не позволит сцена — сжать пластилиновую куклу в ладони и дать камере наблюдать за ее искажением.

Роман Бокланов в «Мамаше Кураж» совмещает документальную хронику с видео в тик-токе; «Западный лес» Романа Фурштатского, сыгранный целиком в макете, становится мультфильмом; Алена Волкова в эскизе «Пикника на обочине» за счет монтажа добивается мгновенного превращения куклы — пластилиновое лицо уродливо деформируется, отсылая к работам Яна Шванкмайера.

Через проекцию решает эскиз по «Зависти» Олеши Михаил Кулишкин. Анимация позволяет выстроить четкие отношения с масштабом, нарушить оптику вслед за текстом. Здесь реальность не отличить ото сна: героя-наблюдателя окружают сетки, заборы, предметы, которые его не любят. Мятущаяся одинокая фигурка среди надвигающихся стен то летит в мясорубку, то попадает в рыболовную сеть. Вся жизнь — нескончаемый кошмар и морок, а реальность оборачивается цифровым ненастоящим миром, в выдуманности и отвлеченности которого приходится существовать.

Скриншот видеомакета «Зависть».

Другие активно используют предметы. Максим Морозов в «Двух уродах» окружением главных героев делает бытовые вещи: три топора с бутылки портвейна оказываются реальным орудием убийства, а полиция приезжает на поджаристой буханке. Марина Хомутова работает с предметным театром, создавая по «Кровавой свадьбе» Лорки видеоарт. Это серия стоп-кадров, где предметы скорее обозначают, чем действуют: так, клубок красной нитки распускается лабиринтом побега героев.

Сочетание ограниченности макета с выходом в большой мир — квартиру — отлично работает на смысл эскиза Стефании Гараевой-Жученко «Один в океане» по книге Славы Курилова. История по автобиографии океанолога, которого не выпускали из СССР, начинается в тесной черной коробке макета. Его побег с круизного лайнера в Тихий океан приносит и масштаб, и краски свободы — громада наполненной ванны сменяется яркостью аквариумного мира.

В объемной работе «Душекружение. С птицей в голове» по «Жаворонку» Ануя Лидия Клирикова формирует сакральность из песен, крупных планов актеров и сеансов с психотерапевтом. Здесь интересны куклы: грубые, похожие на гробы и камни, измазанные в земле, обрывающие полет хрупкой марионетки с золотыми крыльями. Маленькая, она бьет крыльями, сжатая в обнаженном кулаке на фоне полыхающего заревом неба.

Скриншот видеомакета «Один в океане».

Елизавета Гордеева работает не с литературным, а с музыкальным материалом, создавая из «Волшебной флейты» и «Реквиема» Моцарта нуар-фантазию. Это сочинение из легких ватных облаков, оборачивающихся смертью. В «Шагах» Ксении Павловой по Беккету опустевший макет важен не меньше, чем крупные планы глаз, рук и ног, движущихся в отточенном ритме. Здесь за счет монтажа происходит подмена кукольного на человеческое.

В «Смерти Тарелкина» Дмитрий Скрябин не выходит за рамки макета, подробно презентуя разнообразие костюмов персонажей и тактику будущего действия на сцене. Спектакль разыгрывается в ширме: упавшая с креста ваги марионетка Тарелкина после «смерти» становится куклой-петрушкой, персонажем, смерть победившим. Так, по ходу истории, герой с неба спускается в ад — нижнее окно ширмы открывается, как портал в иной мир, где запекаются подсудимые.

Работает в макете и Ирина Криворукова с «Сюзанной» — это полноценная видеоработа, заявка не только на спектакль, но и на кукольную анимацию. Камера пробирается внутрь макета, в интимное пространство комнаты. Снимает Сюзанну не отстраненно, а изнутри, так, что узорчато-голубые обои и крошащийся потолок становятся декорацией одиночного заключения. Замкнутый мир, где время движется по особым законам, а все разновозрастные состояния героини существуют не только в той же «комнате Сюзанны», но и в одном времени — через инструментарий театра кукол и умелый монтаж авторы нашли нужный путь к этому особому хронотопу.

Скриншот видеомакета «Сюзанна» .

Удивляет, какую разность подходов к видеомакетам предложили авторы. Тем интереснее, во что это разовьется на фестивальных показах в октябре. Но есть и еще один бонус — по итогам БТК. generation 3–4 работы войдут в программу международного фестиваля «БТК-ФЕСТ. Молодость».

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога