Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

27 декабря 2016

СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ

Е. Шварц «Дракон». Театр Комедии. Режиссер Татьяна Казакова, художник Эмиль Капелюш

В предновогодние дни, когда царит праздничная суета и радостная детвора просит у Деда Мороза насущно необходимое для повседневной жизни, театр Комедии без всяких настойчивых просьб порадовал самых несмышленых театральных зрителей города премьерой красочной сказки «Дракон» по политической пьесе Евгения Шварца. На маркировке «Дракона», несомненно, должно гордо красоваться 6+ (можно и 0+, к нулю что ни прибавить — выйдет подходящее…).

Эстетика праздничного шоу на внятном стыке детской елки и взрослого корпоратива царит (и гремит, и сверкает, и эстрадно дымится) в уютном зале театра им. Н. Акимова. Глядя на сцену сегодня, совершенно невозможно понять, почему спектакль по этой невинной сказке с милыми юмористическими репризами у Акимова снимали дважды (в том числе в 1962 «оттепельном» году) и почему в книге М. Янковского 1968 года издания «Ленинградский Театр комедии» про «Дракона» мы не найдем ничего, название просто пропущено… И с чего зверствовала цензура?— недоумеваешь, глядя на сцену, полную полуэстрадных недочеловеков, сказочно глупых недоумков, размалеванных потешников…

Вот рыцарь Ланцелот разговаривает с Котом о делах страны… Это абсолютная сказка «Кот в сапогах» в заштатном ТЮЗе: голубоглазо-смазливый, в сапожках и колете Ланцелот — никакой не Георгий Победоносец, а прямо Иван-царевич… Но у того был серый волк, а тут кот, значит, он все-таки Жан, тем более кот помогает ему — как в сказке Перро: не мастеровые (диссиденты из народа) тайно приносят Ланцелоту перед боем меч, не ткачи — ковер-самолет, все это предъявляет ему спасительный организатор побед героя Кот Машенька…

А Дракон, этот летун-хлопотун, словно сошедший со страниц детской книжки (вариант — с экрана «Голубого огонька»: я же говорю — эстетический стык утренника и корпоратива «Нам за 50, будем веселы!»)? Как махнет перепончатыми крыльями черного плаща, делающими его нереальной летучей мышью! Как устрашит хорошей физической формой актера Ю. Лазарева! Берегитесь, зрители, его, давайте предупредим героев громкими криками: «Дракон!..» Он танцует с кордебалетом на фоне буржуазного варьете «At the Dragons», которое во втором акте Бургомистр преобразует в русский ресторан «Победитель дракона». Вот и вся сказка…

Пауза.

Татьяна Казакова ставит спектакли редко. Ну, не так редко, как недавно снятая с должности Светлана Врагова, с которой, примерно ровесницы, в одно время вошедшие в режиссуру, и вошедшие славно, они долгие годы недвижимо провели у замерших рулей непопулярных, застойных театров. Казакова ставит не чаще одного спектакля в два сезона. 2009, 2012, 2014 (два с половиной года назад сыграли «Визит дамы»). Сами по себе эти паузы были б и нормальны, если б через них, раз в два года, выходили шедевры. Или если бы в паузах мы слышали о достижения на этой сцене других режиссеров. Но нет, на Невском стоит дом, где что-то ухает и охает, а потом снова надолго затихает… Его, как в той песне, обходят стороной.

И вот именно здесь появился именно «Дракон» — пьеса всегда политическая (давайте уж без обиняков), а потому трудная. Она редко получается: ведь надо точно определить, кто такой сегодня Бургомистр, а кто Дракон, да еще определить так, чтобы зрители или ужаснулись, увидев себя в запуганных обывателях шварцевского городка, или загрустили навек над своим «шарлеманством»… «Дракон» удается редко. Запредельно плох был когда-то «Дракон» Геннадия Егорова в ленинградском Ленкоме, с ним мог соперничать только сравнительно недавний «Дракон» Андрея Корионова в театре Ленсовета.

Но иногда бывают и удачи. Замечательного «Дракона» я видела когда-то в Казанском ТЮЗе, режиссером спектакля был Борис Цейтлин, а на сцене жило-было некое царство, тоталитарное государство. Оно жило, сверяя свои дни с часами без стрелок: цифры на циферблате были написаны в обратном порядке, так что определенный порядок был, а время замерло, и становилось совершенно непонятно, куда же оно шло, когда стрелки существовали. На улице падал снег, в темноте мерзли люди, и уютно светился оранжевым абажуром теплый дом архивариуса Шарлеманя. Именно сюда приходил интеллигентный, усталый работяга Ланцелот, родич Георгия Победоносца, из красного плаща которого время выкроило длинный красный шарф-удавку. На дворе стоял 1989 год, и в том, как изображал Цейтлин жизнь, была наивность детского восприятия отечественной истории и прощание с нею: шарики, транспаранты, какие-то солдаты-«топтуны» (то ли с гражданской войны, то ли из войск МВД…), речи, музыка 30-х годов, радостно сопровождавшая жизнь всех поколений… Была в этом во всем горькая теплота домашнего отношения: государственный идиотизм — но свой, родной (трижды прав Дракон, когда говорит: «Я друг вашего детства. Мало того, я друг детства вашего отца, деда, прадеда!..»). А Дракон в том спектакле появлялся то в барашковой папахе, то в кепке, то в тюбетейке, то в шляпе. Он не менял головы, менялись лишь головные уборы, как и положено руководителю страны. И смерть он встречал в 1989 году в белой исподней рубахе, под скрипку. Так умирали в советских спектаклях партизаны… И он вел себя как коммунист перед расстрелом, с чувством глубокого непонимания обращаясь перед смертью в зал, к своему рабскому народу: «Где вы все?» А Ланцелот, услышав аплодисменты толпы, приветствовавшей его, ударялся в отчаянии лбом о стену и застывал неподвижно…

Я так подробно — лишь затем, чтобы сказать о чем-то хорошем («Ха-ха! Непрошеная слеза»). И, кстати, часы без стрелок были и у Акимова, и вот в казаковском «Драконе» тоже висят. Но обозначают они, увы, только одно: никаких связей с реальным временем у этого спектакля нет. Они потеряны.

Зачем Т. Казакова вообще выбрала именно «Дракона», честно, не понимаю: по нынешним временам благополучнее — эту пьесу не ставить. А если ставить — спектакль не может не быть политически острым, тем более мы живем в то историческое время, когда уже весь львиный зев научен кричать «Ура бургомистру!», Дракон признан эффективным менеджером (во время чумы вскипятил озеро…), а Шарлемань…

Бог ты мой, какая нежная история испуганного отечественного интеллигента Шарлеманя написана Шварцем! Она не только не устарела, она в самую горячую сегодня точку, когда министр культуры приветствует отечественное мифотворчество… Кто у нас там победил Дракона? Ланцелот? Да нет же, его победил Бургомистр! И не рассказывайте, архивариусы, сказок про реальный бой у разъезда Дубосеково, про поджигавшую по приказу дома мирных крестьян бедную Зою Космодемьянскую, про молодогвардейцев, которых садистически истязали соседи-полицаи. Давайте придерживаться исторической точности: Александр Невский лицом — чистый Николай Черкасов и орде не служил, а кто скажет, что Дракона убил Ланцелот, — пойдет куда следует, пустующих камер пока хватает…

«Дракон» А. Корионова несколько лет назад был поставлен как будто молодым угодливым Генрихом, Г. Егоров ставил с позиций Дракона, которому явно сочувствовал и в финале ставил на его должность Ланцелота: порядок должен оставаться порядком. «Дракон» Т. Казаковой поставлен как будто Бургомистром, знающим, что потребно жителям этого городка: «Первое: на свадьбе извольте быть веселы, жизнерадостны и остроумны. Второе: никаких смертей!» И зрители громко смеются «петросяновским» смехом, когда кот говорит «Мяу» (им это искренне смешно, они и пришли посмеяться), им мил юморной Бургомистр (не ладящий со сценической речью, вечно одинаковый, лениво каботинствующий С. Кузнецов, и правда похожий на Петросяна, вот смех-то!). Их веселит, как они, отец и сын, столько раз за день перекупали слугу, что он запутался, кому служит… КВН! Бургомистр приходит на лыжах по полу! Юморина по выходным!

Неживая Эльза, поющий «Соловья» в толстом гриме актер С. Русскин, массовые гримасы, пожилые артистки в коротких юбочках (40 лет на елке в роли Снегурочки), утрировка, пошлость мертвого театра — это бы все ладно. Занавес можно закрыть.

Но вокруг меня сидели зрители. Поскольку смотреть на сцену часто не имело смысла, я оглядывала зал. Это была устрашающая картина, вот чистый «Дракон» последнего акта. В полном удовольствии вокруг меня кривились в хохоте довольные лица, почти зеркально отражавшие довольных жизнью, Драконом и Бургомистром карикатурных героев-горожан спектакля Казаковой. Но зрители явно не смотрелись в зеркало (в этом случае их лица исказились бы ужасом и печалью о своей жизни). И именно полным «неотражением» происходящего были похожи на монстров из спектакля — тех, что приветствуют Бургомистра. Вот горе-то.

Самое оскорбительное, что можно совершить по отношению к пьесе Евгения Шварца, — лишить ее внутренней боли и иронии. Для нее губительно — молотить изящный шварцевский текст так, как молотят и красят его исполнители в спектакле театра Комедии. Но смертельно другое — полностью лишить «Дракона» живых связей с реальностью, а героев представить ряжеными куклами. Смертельно — сделать сказку о потерянном времени, новогодний подарок, так сказать, горожанам к новому, неизвестно какому, году…

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (11)

  1. Арсений.

    Замечательный текст.Этот спектакль подтверждает,что пошлость и грубость наконец то победила интеллигентный театр Комедии,Казакова стерла даже намек на Шварца.Сожгла напалмом память поколения,на пепелище теперь и танцуют серые,пустые,безликие актеры.

  2. Н. Таршис

    Свидетельствую (была на первом после премьеры спектакле): вокруг меня сидели люди, а не быдло. Акцент был теперь сделан не на Ланцелоте, а на “гражданах”, узнаваемо и последовательно. Текст Шварц работал, он неотменим. Согласна, что спектакль действительно “грубого помола”, в отличие от памятных давних постановок режиссёра.

  3. Марина Дмитревская

    Надежда Александровна, так и у Шварца не быдло, о чем Вы?)) Там самые что ни на есть люди…

  4. Н. Таршис

    Не поняла, почему надо защищать от меня Шварца. Я лишь о зрителях. Они не быдло.

  5. Марина Дмитревсквя

    А кто написал, что они быдло? Написано: зрители были точь-в-точь горожане спектакля, но в персонажах Шварца-Казаковрй себя не узнавали.

  6. Марина Берлина

    Где-то в середине спектакля наступает перелом. В сценической сказке, наконец, соединяются воедино эстетика и пафос. То, что в первом действии казалось дежурной “развлекаловкой”, неумелым шоу, во втором превратилось в брутальный символ нашей жизни.
    Оказалось, дракон непобедим, он “овладел массами”, как какая-нибудь завиральная, но броская идея. И массы бешено, хотя и натужно, зааплодировали. Кабаретная стихия с суперзвездой драконом (один костюмчик чего стоит!) заполонила жизнь, и зрители в зале ох как это, если не понимают, то чувствуют. “Это все о них”, точнее, о нас с вами, включая актёров на сцене. На этом фоне и Ланцелот не герой, а лишь удрученный жизнью интеллигент, больше всего озабоченный своей запутанной любовью.

  7. Марина Дмитревская

    Я бы поняла, если бы “драконом” действительно оказалась овладевшая массами попса, хотя это мелковато. Но когда осуждение тотальной попсы идет в формах этой самой попсы и петросяновщины, — тут я отказываюсь понимать расклад. И зрители в зале смотрят то самое привычное, что навязал им “дракон”, и не уходят? Ой, сложновато будет…

  8. Сид

    Текст в духе “непонравилось”. Высокопарно и не конструктивно.

  9. Инна

    Помоему автор не понял,про что был спектакль!

  10. Полина Евгеньевна

    Очень смешно.видимо театр Комедии не заплатил автору этой статьи,вот она обиделась и написала дребедень,если уж вам так не нравится Казакова и ее спектакли и по вашему же мнению глупая публика ,смеющаяся над шутками ,то зачем туда ходить?
    Идите в Бдт,Мдт или что вам там нравится,где режиссеры руководствуются слоганом- Чем страннее,тем лучше,главное ярко и так чтобы обычный зритель ничего не понял. Марина Дмитриевская,правильно про вас гуляет стихотворение в интернете-вы просто заранее недовольная всем женщина,никакой логики в ваших статьях нет.
    Мне спектакль очень понравился-главное раскрыта тема пьесы,а я считаю это главное.
    Всем советую сходить.

  11. admin

    Полине Евгеньевне.
    Ваш коммент мог бы быть забаннен из-за необоснованных обвинений журнала в коррупции. Оставляем его с единственной целью– сообщить вам, что театры не платят журналу и его авторам за тексты. Честь имеем.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога