Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

27 октября 2017

ПСАЛМЫ И ТАНЦЫ

«Похищение Европы». А. Доричевский.
Театр им. И. Франко (Киев).
Режиссер Андрей Май.

Что общего у Матисса, Гагарина, дочери царя Агенора и киевского театра драмы?.. Европа. Та самая, что наделала много шума в Украине, начиная с зимы 2013–2014 годов, и о которой повсеместно напоминает эмблема (синий фон, золотые звезды), прикрепленная теперь рядом со знаком государственного флага, и одновременно та самая, которую похитили.

«Похищение Европы» — так называется спектакль в Театре им. Ивана Франко в постановке Андрея Мая по одноименной пьесе современного украинского драматурга Алексея Доричевского. Известный мифологический сюжет заявлен в спектакле только в виде музейного полотна, выведенного проектором на задник: ни Зевса-быка, ни красавицы-Европы, ни прочих персонажей знаменитой «сказки» в спектакле нет. Европа здесь появляется разве что в образе типичной представительницы ЕС (Анна Осадчая): сдержанной спикерши с «эллочкиным» набором шаблонных политкорректных фраз, как ее представляет себе среднестатистическое украинское общество в целом.

Рядом с ней, будто случайным образом, на этом празднике жизни появляется в длинных шортах и потертых кедах Украина: среднего роста парень лет 26 (Олег Терновой). Молодой и энергичный, с большим потенциалом и массой амбиций — таким юношей призывного возраста видят авторы спектакля Незалежну. Парень этот — образ собирательный: он и Украина, и типичная украинская молодежь в целом.

Жанр киевского «Похищения» обозначен создателями как «почти документальная музыкальная история». «Почти документальность» заключается в предшествующем постановке путешествии режиссера и драматурга по городам и селам Украины, которое сопровождалось разговорами с местным населением. Свои впечатления от поездки и встреч они превратили в пьесу, а затем — в театральное действо в форме скетчкома о том, «кому живется весело, вольготно» в ЕС. Такой — эскизный — формат спектакля для режиссера не нов (вспомнить хотя бы «Дневники Майдана» или «Байки Севера»), иной, разве что, взгляд на то, что происходит в стране вообще и на систему ценностей в частности. О ней в «Европе» есть пара слов: плечом к плечу"на арене" окажутся семья и коррупция, штампованные договоры и любовь, борщ и первый полет в космос; «солянка» эта обильно приправлена стебом и бессильной любовью к родине.

Сцена из спектакля.
Фото — В. Ландар.

Действующие лица — несколько собирательных образов: чиновник в королевской алой мантии поверх официального костюма, призывник (тот, чтоУкраина) в бермудах и в театральном комзоле с вензелями, представительница ЕС, а также девушки, которые олицетворяют восток, запад, юг и север страны. В желтом платье, с буйным нравом, русским говорком и резкими жестами — Восток, с Россией за бугром и поваленным с той стороны забором (Татьяна Михина). В фиолетовом, с напряженным выражением лица и не менее напряженной осанкой — строгий Запад (Наталия Ярошенко), с вселенскими проблемами и горами мусора за плечами (львовское «мусорное дело»). С выразительным испуганным взглядом, в небесного цвета платье — хромоватый (без полуострова) Юг (Ирина Мельник). И спокойный, с белыми аистами и рыжим лесом близ Чернобыльской АЭС, Север: черноволосая девушка в зеленом, с низким тембром и мягкой улыбкой (Анастасия Добрынина).

Место действия абстрактно, хотя очень похоже на рай, каким его иллюстрируют в детских книгах: зеленая ворсистая лужайка, бездонный многозвездный космос (сценография Андрея Мая). От рая этот уголок отличается, пожалуй, двумя флагами по бокам: украинским и ЕС.

Под арию рабов-иудеев из оперы «Набукко» по одному, выполняя незамысловатые хореографические экзерсисы, появляются на лужайке герои. Дурачась и хохоча, они сливаются в едином хороводном танце, «срисованном» со знаменитого полотна Матисса, — этот танцевальный вихрь становится эпиграфом к спектаклю.

Все смешалось: люди, звезды, мифы, факты… и в этом дивном калейдоскопе звучит голос чиновника-ведущего (Дмитрий Завадский), повествующего что-то вроде сказки на ночь в формате вечерней эстрадной программы столичного ресторана. Мол, жил такой славный хлопец призывного возраста, имел дом и огород. С западной стороны жила милейшая соседка, пожилая пани; был у нее ухоженный домик, ровный забор, симпатичные клумбы. С восточной — жил сосед дядя Вова: и дом так себе, и изгородь повалена, и на ней не то жухлый дикий виноград, не то колючая проволока… Словом, краткое образное введение в «курс дела».

Сцена из спектакля.
Фото — В. Ландар.

Рядом с ведущим танцует представительница ЕС: дама до тошноты правильная, с букетом из цитат еврорегламента и тысячи хэштегов на все случаи жизни, от #эмблемаЕС до #love, которым спикерша активно отмахивается от простоватой Украины в лице парня в кедах. Перечень «положенных по регламенту» текстовых меток и прочих формальностей так велик, что за ними уже не видать ни Украины, ни ее попыток приблизиться, заплатить за даму в этом недешевом ресторане. К чему это все? К тому, что близость к Европе — иллюзия, хотя, надо добавить, очень правдоподобная. И райская лужайка — иллюзия. Присмотреться, а в реальности вместо мягкого газона — кратеры от взрывов, вместо выразительной оперной музыки, звучащей, как в кино, в «важные моменты», — пушечные залпы, и грубой ниткой сшиты между собой золотозвездный ЕС и краснозвездный «совок».

Ведущий тем временем напоминает зрителю, где тот находится: все это — театр, мы — актеры, и спектакль — никакая не жизнь. Демонстрировать театр политический через драматический — способ очень удобный (и, главное, безопасный): и цензуру обошли (игра ведь), и реалии показали, и дали возможность зрителю сопереживать — узнаваемо ведь, хотя неприятно. А почему, собственно, искусство должно быть приятным?.. Приятны только иллюзии. Но о них уже было.

«Похищение Европы» — не притча о «светлом будущем», как и не намек на успешную интеграцию и тому подобное, но — очередные страницы дневниковых записей сегодняшней Украины, с массой аллюзий на шедевры мировой культуры.

Ария Va, pensiero, парафраз библейского псалма, ставшая эпиграфом к спектаклю, в финале отзывается гулким эхом (не буквально — смыслово). О чем пели еврейские изгнанники в вавилонском плену в «Набукко»? О потерянной родине. Выходит, в самом деле — похищение, но похищение — ЕвропОЙ.

В финале по газону, как по подиуму, шагают подогнанные под европейские стандарты украинские девушки: длинные черные платья, белоснежные улыбки, сияющие на шеях бриллиантовые созвездия. Им это, конечно, к лицу, только теперь не различишь, где Восток, где Запад. #ЕС#love#идентичность

В именном указателе:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога