Петербургский театральный журнал
16+

16 сентября 2012

ПОСЛЕДНИЕ ИЗВЕСТИЯ ИЗ ПЕТРОЗАВОДСКА

После семилетнего перерыва в столице Карелии возобновлен Международный фестиваль камерных спектаклей «Ламбушка»

«Ламбушка» (см. с финского — lambо, с карельского — lambi, озеро) — некогда была театральным фестивалем Северо-Запада. Где этот Северо-Запад? Миновали годы, с последней «Ламбушки» прошло семь лет (никто не финансировал), и усилиями петрозаводского СТД, при практической помощи карельского МК (федералы обещали деньги и не дали) фестиваль состоялся в этом году — с 7 по 12 сентября. Статус международного ему придало участие коллективов из Сербии, Финляндии и Германии. В организации и проведении помогали все наличные театральные силы Петрозаводска — Музыкальный театр, Творческая мастерская (теперь Театр драмы), Национальный театр и Театр кукол, а во главе — Союз театральных деятелей. Жюри в основном состояло из местных критиков и журналистов, и не ради сокращения расходов. Ведь Петрозаводск по-настоящему театральный город. Значит, в нем есть все, в том числе и хорошая критика. Тем более хорошая, что частично это выпускники СПГАТИ. Хотя никаких полномочий награждать у жюри не было (потому что в расходы награждение не вписывалось), отметить лучшее — и худшее — возможность была.

Перерыв в семь лет сказался на всем: отбор спектаклей делался в спешке, устав соблюдался выборочно. К сожалению, те, кто стоял у основания «Ламбушки», был ее душой, ушли из жизни: Людмила Живых, Геннадий Залогин и бессменный председатель жюри Юрий Сергеевич Рыбаков. Но лиха беда начало — понемногу и нынешней осенью «Ламбушка» двинулась, ожила, подрумянилась.

Сцена из спектакля «Что случилось с Бэби Джейн?».
Фото — из архива фестиваля

Камерных спектаклей (по уставу — основа программы) было двенадцать. Обозначу самое интересное. Две актрисы из Сербии — Бранка Стойкович и Оливера Викторович из театра БИТЕФ — перенесли на сцену фильм начала шестидесятых «Что случилось с Бэби Джейн?». От режиссуры они отказались — у них имелось свое решение, и более всего они боялись чужой редактуры. Получился женский спектакль, но твердого мужского почерка, с динамикой сцен, «раскиданных» по большой сцене как кинокадры. Две актрисы сыграли никак не меньше девяти ролей, рассказав в жанре психологического триллера о ненависти, зависти, жестокости и, в конечном счете, разойдясь с фильмом Олдрича, о любви двух сестер. Что, впрочем, не исключало и другой версии: человек состоит из двух противоборствующих половинок.

Свою версию «Королевы красоты» представила знаменитая петрозаводская Творческая мастерская — театр хотя и с возрастом, но все еще без дома, без отдельного здания, делит жизненное пространство с филармонией. Режиссер Борис Цейтлин решительно отсек весь черный юмор МакДонаха, оставил фарс («страшное» случается за кулисами и выражается почти ласковой репликой: «Модин, не лей мне на голову раскаленное масло»). Героиней спектакля стала Людмила Баулина, еще недавно элегантная Раневская. В «Королеве красоты» Баулина-Модин — смелая характерная актриса, вызывающая весь огонь фарса на себя.

Сцена из спектакля «Золотое озеро».
Фото — из архива фестиваля

Финны приехали в город, где половина зрительного зала Национального театра слушает их без наушников, с постановкой «Золотого озера» Э. Томпсона, пьесы, обошедшей и зарубежные, и наши сцены не один раз. При сравнении финского решения со спектаклем БДТ (Фрейндлих и Басилашвили) оказалось, что темперамент и традиции «своих» театральных школ активно внедряются в результат. У нас это история реанимации души и тела, преодоление кризиса, тяжелейшей возрастной депрессии. У финнов — идиллические эпизоды дуэта, семейные игры пожилых супругов. Насколько драматично и онтологично содержание нашего спектакля, настолько же гармонично содержание финского. За что, конечно, надо благодарить мастеров Городского театра города Варкауса.

Недавно вставший на ноги театр подмосковных Мытищ с оригинальным названием «ФЭСТ» (никакой театральной расшифровки — факультет электроники и счетно-решающей техники) привез «Фантазии Фарятьева» А. Соколовой (режиссер А. Курганов). Это реанимация целого бытийного пласта прошлого века вместе с театром той эпохи, сделанная с душевной отдачей всего небольшого ансамбля исполнителей. Два курса выпускников «Щепки» (это нынешняя труппа ФЭСТа) играют возрастные роли: иногда переигрывают, но юмор сочувственный, теплый. Молодое поколение пьесу одобрило и приняло в свою творческую жизнь.

Наконец, Национальный театр (в этом году ему исполняется 80 лет) — настоящий гламур для классической «Фрекен Жюли» (режиссер Олег Николаенко). С огромными экранами и плавающими по ним мета-знаками ХХ века, с дымами, подъемниками, психоделическим звукорядом. Никаких кухонь — вместо них два микрофона и «всухую» чтение пьесы по лицам. Как будто это запись в аудиостудии, насыщенные и драматические актерские будни. Режиссер, пожалуй, не по силам усложнил пьесу своим многоэтажным замыслом. Но обязательно надо отметить актрису Элли Нярья — она и есть фрекен Жюли. Превосходные данные, темперамент, которому мало околомикрофонного места, яркость и тонкость исполнения — ей бы что-нибудь поклассичней! К сожалению, актрису можно было увидеть только в рамках фестиваля и только в роли фрекен Жюли.

Сцена из спектакля «Фрекен Жюли».
Фото — из архива фестиваля

Другие участники? Их нетрудно перечислить: тут и молодежная студия из Удмуртии с инсценировкой чеховской «Ведьмы»; и более солидная инсценировка «Триумфальных ворот» из Штутгарта (Театральная группа Владислава Граковского); и компания ветеранов из Мичуринска с комической сказкой-мелодрамой «Выходили бабки замуж». Был театр из Петербурга, но называть его и рассказывать о произведенном впечатлении не стану, чтобы не позорить наш город. Петрозаводский театр кукол, с репутацией необычного коллектива, почти авангардного, как кажется, неудачно выставил моноспектакль «Гроза» по А. Н. Островскому в режиссуре Натальи Пахомовой с Любовью Бирюковой. Юрий Максимов из Творческой мастерской продолжил эксперименты в спектакле «Тебе на память обо мне» — он и автор, и режиссер, и актер.

«Ламбушка», похоже, возвращает свое доброе имя и свои северо-западные традиции.

Комментарии (1)

  1. Алексей Пасуев

    Параллельно “Ламбушке” (с 6 по 9 сентября) в Санкт-Петербурге прошли гастроли Национального театра Карелии. А учитывая, что посвящены они были 80-летию этого самого театра, работать коллективу пришлось буквально “на три фронта”. Об участии в “Ламбушке” и юбилее судить Елене Иосифовне, о гастролях пару слов черкну я. Первый спектакль – “Дело святое”, поставленный нынешним главным режиссёром театра – Андреем Дежоновым, мне довелось увидеть ещё в прошлом году (на родной сцене коллектива – в рамках республиканского фестиваля “Онежская маска”). Увидеть, что немаловажно, на карельском языке – ведь почти все актёры труппы свободно владеют тремя основными языками региона – русским, карельским и финским. Для питерской публики пошли на уступку – сыграли все привезённые спектакли по-русски. На “Деле святом” это сказалось минимально. В конце концов – и пьеса, и спектакль держатся прежде всего на тончайше прописанном и виртуозно разыгранном дуэте двух стариков. А с этим у Национального театра всё в порядке: в главных ролях – народный артист России Пётр Микшиев и народная артистка Карелии Виено Кеттунен, получившие за этот дуэт ту самую «Онежскую маску». Вполне возможно, что на карельском языке куда убедительнее прозвучал бы другой спектакль Андрея Дежонова – «Ходари», поставленный им по сказкам не так давно скончавшегося карельского писателя Василия Фирсова. Инсценировка, созданная специально для этой постановки Яной Жемойтелите, вышла какой-то путанной – откровенно заигрывающей с европейской традицией театра абсурда, но не передающей весёлого фольклорного безумия северных сказов. Впрочем, чистая абсурдистская нота в ходе гастролей всё же прозвучала. И как ни странно – на материале Мольера. Поставленный Андреем Андреевым фарс «Лекарь поневоле» действительно содержит в себе почти брехтовский сюжет о том, как некоего торговца хворостом (в спектакле – водопроводчика) Сганареля насильно превратили в совершенно другого человека – знаменитого доктора. Даже кульминация выстроена режиссёром по аналогии со знаменитой брехтовской сценой продажи несуществующего слона – главный герой уверует в свой врачебный гений в тот самый момент, когда первый же одураченный пациент оплатит его нелепые манипуляции звонкой монетой. А манипуляции и вправду нелепы – исполняющий роль Сганареля Вячеслав Поляков в каком-то безумном залихватском танце режет, потрошит и шинкует своих незадачливых подопечных. Отмеченный на прошлогодней «Онежской маске» за роль второго плана, этот молодой актёр в течение всего лишь нескольких месяцев дорос до звания заслуженного артиста Карелии и амплуа первого комика в труппе Национального театра (помимо главной роли в «Лекаре поневоле», он играет также главную роль в спектакле «Ходари»). Как бы там ни было, в самом ожидаемом спектакле гастролей – грустной комедии Александра Вампилова «Прощание в июне» – главной роли ему не досталось. Хотя в редакции молодого режиссёра Ивана Стрелкина постановка получилась не такой уж грустной – скорее ностальгической. Притчу об утрате юношеских иллюзий остранили песнями и танцами советских лет – романтикой студенческих общежитий, весёлых застолий под гитару, скороспелых свадеб (Поляков сыграл как раз жениха – Васю Букина) и столь же скороспелых (но именно поэтому – не столь уж болезненных) разрывов.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога