Петербургский театральный журнал
16+

29 декабря 2017

НЕ БУДИТЕ СПЯЩЕГО БЫКА

«Последний ветер Дикого Запада».
Театр ТРУ на Малой сцене БДТ.
Текст Александра Артемова и Настасьи Хрущевой, режиссер Александр Артемов.

На малой сцене БДТ возрожденный театр ТРУ показал третью часть своего жанрового сериала. Первая — «Молодость жива» — упражнялась с бардовской песней. Вторая — «Это было со мной» — стилизовала декадентскую поэзию. «Последний ветер Дикого Запада» заявлен как «русский вестерн». Все три части так или иначе являются «житиями», в центре которых фигура некого «спасителя» или сакрального персонажа, ушедшего или, наоборот, только готовящегося прийти в этот мир. Эта фигура явлена в отражении взглядов «апостолов» и последователей.

Во всех трех частях текст — скелет, несущая основа, на которую наращиваются мышцы театра.

«Молодость жива», показанная в полной темноте, активизировала слуховые рецепторы, визуализировала песенные фонемы, вовлекала в магию повторов, точно в ритуальный хоровод. «Это было со мной» представляла собой полилог женских голосов, где фразы, реплики сплетались и змеились, точно растительный орнамент эпохи модерн. «Последний ветер Дикого Запада» — некое подобие Завета, писанного отборной ковбойской бранью.

Если коротко, то текст «Последнего ветра», сочиненный Александром Артемовым и Настасьей Хрущевой, рассказывает об омерзительной четверке бандитов-соперников (один «самый свирепый», другой «самый злой», третий «самый жестокий», четвертый «самый беспощадный»), охотящихся за легендарным «алмазным быком» и никак не могущих его поймать. Собравшись в таверне Джо, бандиты получают от избитого хозяина предсказание, что бык явится им, только когда «подует Последний ветер Дикого Запада». Условие достижения цели: охотники не должны разбудить спящего Джо, но явится бык только в тот самый момент, когда хозяин проснется. Такой парадокс. В следующий раз бандиты встречаются в той же самой таверне спустя 20 лет. Каждый берет соперника на мушку и рассказывает о том, что с ним произошло за эти годы.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Собственно в истории, да и в спектакле нет действия, только эпическое сказание, только четыре «жития», только четыре «мытарства» и четыре олицетворения смертных грехов. Обуреваемый похотью Джесси проводит 20 лет парализованным в притоне, но исцеляется чудесным образом в тот самый момент, когда поднимается «последний ветер», сдирающий крышу борделя и уносящий в окно всех тощих шлюх. Фрэнк проводит все 20 лет в аду, даже в адском огне посылая проклятия «хер вам, черти, хер вам, хер вам», пока не получает пинок под зад от самого Сатаны и не вылетает из преисподней. Жестокий Билл, внезапно ставший «добряком», идет в услужение к бывшей жертве. А чревоугодник Сэм 20 лет все пожирает и пожирает, и все выблевывает и выблевывает жареный бычий член, которым его угощает старая негритянка Салли, «чьи ляжки по восемьдесят фунтов каждая лоснились от жира и возбуждали во мне еще большее желание», пока, наконец, едва ли не утопает в собственной блевотине. И вот бандиты, наконец, опять собираются в таверне спящего Джо под свист и вой Последнего Ветра.

Конечно, этот эсхатологический ветер звучит рифмой к вихрю, сметающему мир «Ста лет одиночества». Спящий «великан» (он же часто дракон, как в скандинавской мифологии) является гарантом устойчивости мира. Великан разбуженный знаменует собой конец света. А сам текст Артемова и Хрущевой — занимательная эсхатология, в которой иронически стилизован дискурс не только вестерна, но и Священного писания, а ритмизованная грязная лексика, в сущности, воспроизводит поэтические тропы разнообразных библейских «пророчеств».

Актерская игра, кино и звук в спектакле разделены.

Четыре артиста (Александр Плаксин, Семен Афендулов, Евгений Сиротин, Василий Титунин), в «Молодости» выступавшие в качестве бардов-богатырей, в «Ветре» представляют злодеев в ковбойских шляпах в артикулированной манере немого кино, вихляясь всем телом, принимая экспрессивные позы угрозы и агрессии. Пятый здоровяк (Евгений Плаксин) спит, и весь спектакль мы слышим его могучий храп.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Эта пантомима в онлайновом режиме воспроизводится на черно-белом экране. Но сценический жест, «снятый» театром с немого кино как стилизованный, искусственно-преувеличенный, представленный со сцены как развесистая ковбойская клюква, возвращаясь на экран, неожиданно приобретает градус достоверности. Речь, конечно, не о реализме, а о той специфической условности жанрового кодифицированного жеста, который мы в результате давнего общего сговора принимаем за «чистую монету».

Для вящей убедительности актеры на сцене мычат что-то невнятное (якобы на английском), как это бывает, когда кино недублированное и голос переводчика не перекрывает до конца речь артистов.

Моноголосый перевод, как положено, гнусавый и противный, осуществляет здесь и сейчас сам Александр Артемов — откуда-то из-за спин зрителей. Текст берет на себя основную нагрузку, перекрывает изображение, текстом здесь воздействуют на зрителя, делают ему гадко и неприятно. Если поначалу переводчик как бы производит на свет каждый отдельный речевой оборот, подробно смакуя реплики про свиное дерьмо, костлявых шлюх и жирные сиськи, то к финалу темп ускоряется, на зрителей устремляется цветистый поток ругани, насквозь «умышленной», пестрящей самыми невозможными эпитетами и сравнениями. А выкрики про «связку гнилых кишок», «тухлую вонь» и «вонючий пердеж» перемежаются и вовсе какими-то безумными скороговорками:

попрыгунчики скачут и превращаются в пули
попрыгунчики скачут и превращаются в пули
три слепышки колют дровишки
три слепышки колют дровишки…

Текст захлебывается самим собой, распадается, умирает, чтобы в финале зазвучать плавным эпическом сказом о новом мире и земле обетованной.

Ритмические фигуры «Молодости» завораживали и подключали. В последующих опытах тандема Александра Артемова и Настасьи Хрущевой сильнее качества упражнения, тренинга. Присутствие ТРУ в БДТ — это как гнойник панк-эстетики на холеном теле гостеатра. Расставляя для зрителей ловушку «красоты и поэзии» («Это было со мной»), раздражая суггестивным «Последним ветром», ТРУ вместе с тем как будто подвергается обратному «заражению» и теряет в чем-то важном — отвратительном, грязном и злом.

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога