Петербургский театральный журнал
Внимание! В номерах журнала и в блоге публикуются совершенно разные тексты!
16+

24 октября 2018

МЕЖДУ ДЕТСТВОМ И ВЗРОСЛОСТЬЮ

В Красноярском ТЮЗе в восьмой раз прошла лаборатория «Вешалка» под руководством Олега Лоевского. Показали четыре эскиза по современным текстам.

«Вешалка» старается улавливать запросы времени, учитывая интересы театра юного зрителя. На этот раз темой лаборатории стала подростковая пьеса. Надо сказать, что именно в последние годы предложение на этом «рынке» значительно повысилось (спрос, разумеется, всегда на этот сегмент драматургического поля высок). То ли авторы помолодели, то ли подростковый интерес к театру вылился в оформленный заказ — тем не менее, организаторы практически каждого драматургического фестиваля ежегодно собирают внушительный урожай интересных пьес, рассчитанных на публику 12–17 лет.

Выбор «Вешалки» в этом году — два текста уральских авторов, учеников Коляды: пьесу «Птица Феникс возвращается домой» ставят часто, еще чаще берут в лаборатории, «Мама, мне оторвало руку» Конторович — произведение свежее и пока еще не обладает внушительной репертуарной судьбой.

В этом году на «Любимовке» читали новую пьесу Маши Конторович («Пол это лава, а Маша шалава»), и можно сказать, что театр этого автора наметил свой особенный стиль — прежде всего, поэтичность и намеренный субъективизм, авторская интонация. Мир в этих текстах увиден глазами героини, девочки-подростка или девушки, и в этом взгляде ощущается мировоззрение самого автора: здесь субъективны и эмоциональны даже ремарки, живописующие, а иногда и одушевляющие места, строения, природу родного автору Екатеринбурга. Шестнадцатилетняя героиня мечтательна, порывиста, пробует быть взрослой. Но взрослый мир, вполне тривиальный, погрязший в быту, в прагматике, требует от нее быть лучше — первой, оригинальной. Комическая природа пьесы постепенно разбавляется предчувствием драмы, случающейся в финале. В эскизе Никиты Бетехтина это предчувствие присутствует с самого начала — Маша существует как будто в холодном космосе, он бескрайний, бесприютный и зыбкий: на сцене вытянутый помост, синий вертикальный фон, зрительные ряды выстроены трибунами с двух сторон. Семья Маши обычная, никаких ужасов в пьесе нет, но для героини эскиза Бетехтина родственники не просто скучные, малопонятные люди, они — монстры из фильмов, комиксов, снов девочки. Ее озабоченная женским счастьем тетя говорит так, будто зевает крокодил, а сама ползет к Маше на четвереньках, волосы закрывают лицо, как у кошмарной девочки из японского ужастика «Звонок». Одна из лучших сцен эскиза — семейное застолье: здесь оно похоже на оргию мертвецов, выкликающих Машу — они сидят в ряд, у стены, и воющими голосами бесцеремонно обсуждают девочку, требуют от нее соблюдения общественных норм в их понимании.

«Пол это лава, а Маша шалава».
Фото — архив театра.

В этом эскизе одиноки все подростки. Несчастна и закомплексована нелепая подруга, с отчаянием каскадера пробующая курево и водку, несчастны и парни, вьющиеся вокруг Маши. Главное в этом эскизе — сочувственная интонация по отношению к тинейджерству: здесь этот возраст, этот «завис» между детством и взрослостью — пространство несвободы, особенно острое чувство своей неустойчивости в мире.

Более благостная картина получилась у Георгия Суркова: в его эскизе подростки хотя и жестоки и нетерпимы по отношению к чужакам, но их озлобление цивилизованное и, в общем, легко поддается укрощению. Пьеса Даны Сидерос «Всем, кого касается» в лабораторной версии похожа на «Чучело», на хороший советский фильм с моралью. Ученики старших классов элитной школы учатся понимать тех, кто не вписывается в их представления о «крутости», тех, кто в буквальном смысле разговаривает на другом языке: причиной конфликта становится появление в классе новичков, братьев-сирот, один из которых отказывается говорить. Братья общаются на собственном придуманном языке — через прикосновения, и шокированные одноклассники постепенно учатся тому же, чтобы преодолеть коммуникационный кризис. Проблема эскиза — в способе существования актеров: если братья естественны и нейтральны, то ученики, каждый из которых типаж (красотка, мажор, шут), существуют в традициях не лучшего ТЮЗа — взрослым артистам приходится изображать детей. Впрочем, с течением сценического времени им удается избавиться от слишком выпуклой характерности, а эскиз обретает правдивую, щемящую интонацию.

«Всем, кого касается».
Фото — архив театра.

Повезло пьесе «Птица Феникс возвращается домой» — ее наивность, а порою сентиментальность режиссер Иван Пачин смягчил юмором, театральностью — история как будто бы сочинялась на глазах у зрителей, по сути из ничего. Здесь появился новый персонаж, этакий домовой театра — безмолвное существо, которое не просто вовремя выставляет картонку, обозначающую место действия, но и всячески сопереживает персонажам, способствует встречам. История про дружбу молодой кошки и старой птицы обернулась сюжетом о любви, которой не страшны ни разница в возрасте, ни разные социальные статусы. В спектакле много капустничества, но его оправдывает лиризм. Кульминацией можно назвать сцену беседы двух старых знакомых, бывших супругов, старых птиц, с нежной тоской наблюдающих за своими молодыми и беззаботными партнерами. Эскиз Пачина сделан в стиле ретро, но в данном случае это совсем неплохо.

«Как Иван ходил страху искать».
Фото — архив театра.

Выбивался из общего списка современных пьес, написанных молодыми авторами, текст Михаила Бартенева «Как Иван ходил страху искать» — здесь нет примет времени, нет социального обострения, это сказка, отталкивающаяся, как и многие другие тексты драматурга, от старых русских историй и мифов. Ивану Комарову, молодому режиссеру, выпускнику магистратуры ЦиМа и Школы-студии МХАТ, явно было трудно с этим материалом, абстрактным и старомодным. Преодолевая дистанцию, Комаров выбрал эстетику компьютерной игры, квеста. Рассказчиком становится модный радиоведущий, занимающийся тестированием игр, — Александр Князь много импровизирует и пересыпает свою манерную речь огромным количеством жаргонных словечек. Герои — три брата и три «оборотня», играющих роли то висельников, то бандитов, — тоже существуют в эстетике компьютерной игры (правда, старой, когда персонажи еще были плоскими и распадались на пиксели). Эскиз вызвал восторг подростков, но нельзя не сказать, что обильный остроумный комментарий превратил сюжет пьесы в статичную схему.

Некоторые из эскизов станут спектаклями: похоже, ТЮЗ всерьез решил заняться самой трудной для театра аудиторией — недоверчивыми подростками-максималистами.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога