Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

7 мая 2020

Мы продолжаем серию гидов, в которых специалисты своего дела рекомендуют нашим читателям перечень «обязательного минимума» в той или иной области искусства. На очереди театры кукол. Что можно посмотреть в сети и на что особенно обратить внимание, советует Алексей Гончаренко.

КУКЛЫ В СЕТИ

Наверное, нет смысла повторять мнение, что спектакли в записи теряют что-то важное. Но стоит повторить позицию Игоря Овчинникова, что спектакли для трансляции надо снимать специально. В этом вопросе ему следует верить.

И здесь в наиболее выгодном свете выглядят спектакли Филиппа Жанти. Вот, например, классика — «Край земли» или «Неподвижные пассажиры».

Действие спектакля происходит иногда симультанно в двух или трех областях одного кадра, таким образом режиссер записи позволяет нам как театральным зрителям выбирать, за чем следить в тот или иной момент на сцене.

Еще из зарубежных кукольников в России чрезвычайно популярен Дуда Пайва, начинавший свою карьеру как танцовщик. Сам он приезжал в Москву на фестиваль NET и в Санкт-Петербург на БТК-ФЕСТ. О нем в своем лекционном турне подробно рассказывает польский театровед Марек Вашкель.

Еще в 2015 году Пайва выложил в Сеть своего «Ангела». Подарком по поводу у кого карантина, а у кого самоизоляции стала запись спектакля «Проклятие» (2008).

Медицинские маски на актерах не только придают спектаклю актуальности, но позволяют исполнителям скрывать лицо, когда надо сказать реплику за куклу. Прием не новый, но верный. Здесь фирменная поролоновая кукла традиционно обманчиво слаба телом и сильна духом. Зеленый монстр обитает между двумя мирами и, если захочет, может применить насилие по отношению к человеку: существо — излюбленный прием Пайвы — душит своего кукловода.

В списке постановочной группы «Проклятия» на позиции End direction значится Невилл Трантер — важное действующее лицо современной кукольной сцены. В России он был несколько лет назад на Международном фестивале имени С. В. Образцова. Трантер не боится говорить в театре кукол о политике и делать главными героями своих спектаклей Бен Ладена или Гитлера. «Шикльгрубер по прозвищу Адольф Гитлер» — постановка 2003 года.

Трантер часто играет слуг своих кукольных персонажей. В его руках они не боятся театральных пауз, и зрители видят, как от эмоций у них сбивается или прерывается дыхание. Действие происходит в бункере, где готовится празднование 56-летия Гитлера. По решению Трентера, нацистская элита мечтает сниматься в кино и поет в эстрадном ключе. Им под стать Смерть, которая до поры выглядит незадачливой цирковой дивой, чьи фокусы получаются не с первого раза. Зато последнюю трагикомическую сцену она, доказательно цитируя Шекспира, отыграет безупречно.

Не стесняется Трантер и религиозных вопросов. Его последний спектакль — «Вавилон» (2017) — уже в Сети. Это история о корабле, отплывающем в Вавилон, в данном случае — город обетованный. Разношерстная в прямом и переносном смысле публика надеется, что скоро удастся успокоить нервы и обрести счастье. Среди пассажиров — Иисус, который с милой овцой в руках выглядит пастухом, а не пастырем, и его заботливый отец. Надо отметить, что в спектаклях Трантера важны текст и игра слов, а идут они на английском.

Самый щедрый театр кукол в России — БТК. Видео можно найти на стартовой странице сайта. Руслан Кудашов слышит неожиданные для театра тексты. Это Библия (доступен «Екклесиаст») и поэты, которых принято считать музыкантами (можно увидеть работы, посвященные Башлачеву и Высоцкому). Конечно, «Мы», «Холстомер» и «Вий» тоже в списке.

Есть в виртуальной афише БТК и спектакли для детей. Может показаться, что они будут похожи на мультфильмы. Но нет. Увидеть разницу можно на примере работы Миши Сафронова, сравнив его театральную постановку «Никита и кит» и свежий анимационный фильм «Добрый день».

Попав в Сеть, важная для Сафронова тема одиночества стала сильнее резонировать с реальностью зрителя, представляя ему персонажей, заинтересованных в изоляции.

Кажется, что «Апокалипсис» и «Театр Воображения» московского театра «Тень» созданы для показа онлайн. Первый спектакль предполагает единственного зрителя. Действие второго происходит на экране. Вернее — в воображении зрителей, когда они читают текст, возникающий на экране под музыку в определенном ритме и шрифте. На самом деле, все не так просто. Как говорится в пьесе Ивана Вырыпаева, «шепот Господа лучше слушать в коллективе». В случае театра «Тень» встреча в фойе и зрители вокруг важны не менее спектакля.

Однако в Сети можно увидеть один из спектаклей, идущих в легендарном Лиликанском театре — это «Эпос о Лиликане» — постановка Марии Литвиновой и Вячеслава Игнатова, получившая «Золотую Маску» за лучший спектакль в театре кукол в 2010 году.

В видео «Круглый год. Апрель» — Лев Рубинштейн рефлексирует по поводу 30 событий апреля, которые произошли в разные годы, — от изобретения гильотины или памперса до премьеры «Летучей мыши» или дня рождения Канта. Его воспоминания становятся поводом для анимации группы художников под руководством Ильи Эпельбаума.

Что касается «Театра Воображения», то в Сети можно увидеть поставленные на его сцене короткие скетчи, например, чтение Ильей Эпельбаумом стихотворения Маяковского «Весна» в сопровождении камерного оркестра.

Выпускные спектакли Летней школы СТД РФ проходят всего три раза. Факт, что их нельзя больше увидеть, может оправдать просмотр видео. Другие спектакли этих режиссеров — сегодня ведущих — вряд ли возможно обнаружить онлайн официально. Формат работы с большой группой актеров из разных стран, сжатые сроки репетиций, отсутствие полноценных цехов, как ни странно, позволяют в результате заметить процесс: неповторимые профессиональные методы, увлечения и тактики каждого.

«Dia de — работа режиссера Бориса Константинова и художника Виктора Антонова, в которой участвовали студенты их курса в ГИТИСе. Название «День мертвых», а не по имени главной героини, Фриды — не трагедия, а праздник. Витальные скелеты превращают несчастливую судьбу художницы в повод для веселых воспоминаний: даже столкновение автобуса и трамвая выглядит трюковым жонгляжем. В итоге части тела начинают свободно существовать, отделившись друг от друга. Это не только знаменитые сердце или «сломанная колонна». Тазобедренные кости превращаются в слона, напоминая животное, с которым сравнивали Диего Риверу. Все это при свете трех лун, оборачивающихся арбузами, и в сопровождении поющих маппетов-кактусов. Мексика ведь еще и страна пустынь, и, кстати, важные роли в спектакле доверены песку: он и молоко, и пепел — начало и конец спектакля и жизни.

«Смерть Тарелкина» Александра Янушкевича — черно-белый спектакль с гротескными и в хорошем смысле слова ужасными куклами Татьяны Нерсисян. В основном это головы, накрученные из скотча, которые обнаруживаются у персонажей в местах, где могли бы располагаться другие конечности, или находящиеся в нужной позиции, но в непропорциональных по сравнению с нелепым телом масштабах. Чтобы герою визуально стать человеком, надо умереть или разыграть свою смерть, как Тарелкин, который по сюжету подкладывает в гроб свою куклу — бывшую форму сценического существования.

Евгений Ибрагимов не устает ставить в разных местах спектакль по черкесской сказке «Старик и волчица», это его принцип, — была даже эстонская версия. Летняя школа дала возможность сыграть традиционное кукольное представление с тростевыми на улице в центре Москвы, окружив сказочный, даже притчевый сюжет современными персонажами — трудовыми мигрантами и полицейскими, которые по-своему включаются в действие. Поэтому и спектакль получил непростое название «Nashiинаши».

«Экстремальный цирк предметов и страстей» — написано на афише спектакля Анны Ивановой-Брашинской «R&J». Наравне с пластичными актерами, так же стремительно меняются ролями предметы. И те и другие в хорошей форме. Кегли (назовем их так) играют микрофоны, бокалы, оружие, двойников персонажей и что-то менее очевидное, не требующее моментальной расшифровки. У деревянной фактуры есть свой голос, ему сподручно задавать ритм. А еще у Ивановой-Брашинской стоит вслушаться в неслучайное музыкальное сопровождение. «Who are you? — It’s a mistery…» — первая встреча Ромео и Джульетты. «What is this thing called love? This funny thing called love?» — финал. И теперь они знают ответы на эти вопросы.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога