Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

14 ноября 2017

ГОРОДСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

«Безликие».
Иммерсивный проект компании YBW (Нью-Йорк, Москва, Санкт-Петербург).
Сценарий Мии Занетти, режиссеры Виктор Карина и Мия Занетти (Journey Lab), хореограф Мигель.

«У этого места своя атмосфера, чувствуете?» — спрашивает, лукаво улыбаясь, женщина в черном — проводник нашей группы. В закоулке подвала, куда нас только что завели, выхватив из шумного, битком набитого бара, темно и тесно. Почти половину пространства занимает стол. На нем разложены маски. «Не противьтесь ей, наслаждайтесь», — продолжает женщина, заботливо надевая маску на молодого человека, переминающегося с ноги на ногу в самом углу. Молодой человек от неожиданности вжимается в стену. В узком проходе зажигается тусклый свет. Мы отправляемся в путешествие.

Впрочем, обо всем по порядку.

Год назад в Москве в рамках фестиваля NET состоялась премьера спектакля «Вернувшиеся» по мотивам драмы Г. Ибсена «Привидения». Тогда режиссеры Виктор Карина, Мия Занетти и хореограф Мигель превратили особняк в Дашковом переулке в жилище семейства Алвинг и стали одними из тех, кто популяризировал в России иммерсивные спектакли, ранее существовавшие в отечественном театральном пространстве на правах авангардного эксперимента.

«Безликие» задуманы как приквел к «Вернувшимся», иммерсивный спектакль-фантазия на тему событий, произошедших незадолго до тех, что описаны в ибсеновской драме. Конечно, освежить в памяти сюжет «Привидений» перед просмотром будет не лишним. Но если в «Вернувшихся» знание фабулы пьесы становится важным подспорьем для понимания того, что же, собственно, происходит, то в случае с «Безликими» это вряд ли поможет. Сюжетная связь с «Вернувшимися», а тем более с «Привидениями» в постановке едва уловима. Это совсем другая история.

Сцена из спектакля.
Фото — пресс-служба проекта.

Место действия — окутанный туманом, разместившийся на четырех этажах старинного петербургского особняка безымянный портовый город начала XX века. Огромный внутренний двор-площадь, темные коридоры-улицы, потайные двери и секретные ходы… Это действительно настоящая рукотворная альтернативная реальность, попав в которую, легко можно заблудиться. Впрочем, в этом и смысл. Недаром у глагола to immerse два значения: «погружать» и «запутывать».

В течение трех часов действие разворачивается параллельно, на четырех этажах. В каждом уголке каждую минуту что-то происходит, и поначалу — мечешься от двери к двери, пытаясь увидеть как можно больше или хотя бы ухватить самое важное. Пока не понимаешь, что самого важного здесь нет. Вернее, самое важное здесь все. И женщина, прячущая лицо под черной вуалью, — обитательница этого места, с которой вы только что пересеклись взглядом на лестнице, и музыка, и запахи, которые в каждом доме-комнате, в каждой лавочке свои, и архитектоника пространства с бесконечными улицами, потайными комнатами, лестницами, исчезающими и появляющимися вновь проходами, и предметный мир.

Собственно способ сборки всех элементов воедино и создает атмосферу этого места — иного, фантасмагорического, в духе фильмов Дэвида Линча. В особняке вы получаете возможность погрузиться в него не только эмоционально, но и физически. В этом главная прелесть и главная задача иммерсивного театра: позволить зрителю, у которого уже есть 3D-кинотеатры, мультимедийные и VR-технологии, пересечь границу между зрительным залом и сценой, обыденной и театральной реальностью. Из пассивного наблюдателя превратиться в соучастника происходящего. Да, любой иммерсивный спектакль — это всегда своего рода аттракцион, театральная камера-обскура. Останется ли путешествие по городу «Безликих» лишь увеселительной прогулкой, каждый решает сам. Ведь глубина погружения в предлагаемые обстоятельства, по закону жанра, зависит только от вашего желания.

В постановке 21 сюжетная линия соединяется в сложный коллаж, и персонажи ибсеновской драмы — всего лишь его элементы. За три часа действия вы можете так ни разу и не встретиться с ними, а встретившись, принять за случайных прохожих. Город живет своей жизнью. У него не только своя атмосфера, но и свои пространственно-временные законы, свои нормы морали. Обитатели этого места плетут интриги и задумывают убийства, устраивают шумные попойки и проводят ритуальные оргии в тайных комнатах. Блуждая по этажам, можно заглянуть в лавку Часовщика и услышать рассказ о судьбе покойного капитана Алвинга, а потом вдруг разглядеть его самого в толпе горожан. Можно зайти на почту или в гостиницу, открыть потайной проход в стене и оказаться на спиритическом сеансе или в алхимической лаборатории. В это же время где-то неподалеку по улицам будет бродить в забытьи Освальд, потерявший своего Ученика, будет спешить в поисках нужной двери пастор Мандерс, еще не подозревающий о том, что его за ней ждет.

Сцена из спектакля.
Фото — пресс-служба проекта.

Конечно, в попытках угнаться за логикой событий можно попробовать найти «проводника среди местных» — выбрать одного персонажа и наблюдать за событиями от лица, например, Доктора (Сергей Луняка), держащего весь город в благоговейном страхе и трепете, или Актрисы, одержимой идеей вечной молодости (Ольга Вечерик), или Алхимика (Анастасия Вядро), возникающего, как фантом, из ниоткуда и исчезающего в никуда. Но рано или поздно вы просто замешкаетесь и потеряете «проводника» из виду, или отвлечетесь на сцену в соседней комнате, или заинтересуетесь диковинным предметом интерьера… И когда причинно-следственная логика нарушится, начнет в полную мощность работать то, что Х.-Т. Леман, цитируя Фрейда, называл «равномерно парящим надо всем вниманием», когда самое главное — эмоциональное воздействие и синестезийное восприятие, а не попытки сиюминутного установления причинно-следственных связей. Именно в этот момент путешествие начнется по-настоящему.

Исследование предметного мира спектакля, кстати, действительно может надолго отвлечь от сюжетных перипетий. Деталей оформления в городе гораздо меньше, чем в особняке Алвингов с его коллекциями серебряных ложек, канделябрами и гардеробными, полными платьев. Да и соответствие эпохе в гораздо большей мере условность (особенно если вспомнить о том, что в «Вернувшихся» даже портреты на парадной лестнице развешаны «как надо»). В «Безликих» больше нейтрального, пустого пространства, больше воздуха, и каждая деталь работает не на историческую достоверность, а как триггер, подстегивающий воображение, как культурный код времени.

Постепенно элементы оформления пространства — его геометрия, свет, музыка, звуки, запахи, фактуры — компонуются в масштабные, зрелищные и часто очень откровенные движущиеся сцены-картины. Драматургия спектакля построена именно на визуальном синтаксисе, процессе создания мира города как тотальной динамической инсталляции. Законам ее композиции подчинено в значительной мере и актерское существование. Каждая мизансцена, каждая поза, каждое слово или приглашение зрителя к соучастию — ее часть. Здесь нет места бытовым, мелким движениям, нет случайных жестов и неточных интонаций. Элементы драматического театра соединяются с пластикой и танцем, перетекают друг в друга и сращиваются воедино. Даже в статике существование актеров энергетически плотное, насыщенное смыслами. Но эти смыслы можно только почувствовать. Миг — мизансцена растаяла. Вспышка света — пространство преобразилось. В этом спектакле все устроено так, чтобы возникающие ассоциации и образы не были обозначены, названы. Чтобы все происходящее вокруг показалось сном, галлюцинацией, которая только что была такой осязаемой, а теперь исчезла, осталась в памяти мимолетным впечатлением.

Только что вы были на шумном ужине в таверне, а теперь в одиночестве бредете по улицам. В полумраке, как призраки, появляются и пропадают обитатели мистического мира «Безликих». Через секунду обреченный на смерть Ученик возьмет вас за руку и увлечет за собой в темноту потайного прохода. Ощущение реального времени теряется. Время художественное замедляется и ускоряется, то сгущая событийный ряд, то разрежая его. Из разрозненных сцен, которые впечатываются в память картинами, из эпизодов-вспышек, апеллирующих к подсознанию, из ассоциаций, чувственных ощущений и смутных образов-воспоминаний каждый зритель постепенно монтирует в воображении собственный сценический текст, рисует маршрут своего путешествия.

В финале люди в масках стекаются на площадь. И когда в толпе уже не отличить зрителей от актеров, когда с молчаливого согласия наблюдающих Доктор готовится провести очередной медицинский эксперимент над несчастной случайной жертвой, становится ясно, что главный герой спектакля — вы. Безликий прохожий на улицах безымянного портового города, затерявшегося во времени и пространстве. В этой молчаливой толпе соучастников, в калейдоскопе сценических картин-эпизодов кем вы решили стать? Какой образ выбрали?

В темноте раздается оглушительный крик.

Скоро эта ночь закончится. Город продолжит жить как раньше. Вдалеке вершины скал озарятся ярким блеском утреннего солнца, а чудом избежавший смерти Освальд окажется дома. Впрочем, это уже совсем другая история.

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога