Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

24 сентября 2020

БЕЗ ЧУВСТВ

«Вещь». По мотивам пьесы А. Н. Островского «Бесприданница».
Театр «Суббота».
Режиссер Андрей Сидельников, художник Николай Слободяник.

Короткое и сухое название — «Вещь». Оно горит красным неоновым светом. Именно так Андрей Сидельников решил назвать свой спектакль по пьесе А. Н. Островского «Бесприданница». Сочетание, которое сразу оттесняет на второй план мелодраматический сюжет пьесы, оставляя голую суть: в этом мире все продается и покупается, вопрос только в цене.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Спектакль Театра «Суббота» стремится к остросоциальному высказыванию. Режиссер переносит героев в мир наступившего будущего, где концентрированная реальность выплескивается на зрителя какофонией и слепящим неоновым блеском, обличая массовую культуру и общество потребления.

Художник Николай Слободяник создал холодное стерильное пространство: прозрачные пластиковые стены, неоновые лампы. Задняя часть сцены отделена от зрителей полиэтиленовой пленкой, на которую бегущей строкой проецируются рекламные фразы-слоганы («бесприданница в каждой семье страны») и привычные маркеры нашей реальности — хэштеги (#нетвоя, #еданалету, #паратовклуб etc.).

Металлические стулья спинка к спинке, чемодан. Место действия — аэропорт. Зал ожидания, где герои заперты в длящемся «сейчас», в бесконечном повторе однотипных действий и звуков. Режиссер выхолащивает живое — глаза персонажей скрыты за темными стеклами очков, они мало напоминают живых людей. Скорее — механических кукол или роботов, которые выполняют определенные функции: встречают, упаковывают, протирают столы, собирают заказы для Delivery Club. Мокий Парменыч (Владимир Абрамов), весь в черном, с шейным платком и седыми волосами, собранными в хвост, ходит по заданной квадратной траектории, считая шаги. В спектакле он обретает почти мефистофелевские черты. Огудалова (Марина Конюшко) с ограниченным набором жестов рекламирует и продает парфюм «Gudalova Ether Paris». Карандышев (Владимир Шабельников) стрекочет канцелярским ножом, в предлагаемых обстоятельствах он — Упаковщик № 2. Лариса (Елизавета Шакира) — официантка в кафе быстрого питания, раз за разом она протирает стол, а временами застывает в неестественной рекламной позе с улыбкой-маской на лице.

Е. Шакира (Лариса), Г. Сергеенко (Паратов).
Фото — архив театра.

Текст спектакля пестрит аллюзиями, звучат цитаты из «Гамлета» и чеховской «Чайки». Комический дуэт Робинзона и Пятницы (Владислав Демьяненко и Софья Андреева) то пятнает «Служанок» Виктюка в пантомимическом этюде под песню Далиды, то разыгрывает сценки, достойные резидентов Comedy Club. Актеры сохраняют иронию по отношению к своим персонажам и даже успевают подмигнуть фильму Эльдара Рязанова в сцене приезда Паратова. На вопрос «кто приехал?» Карандышев отвечает: «Ваш!» И через паузу добавляет: «Мохнатый шмель…»

Мы быстро подключаемся к этой реальности, реагируем сдавленным смешком на шутки, ловя ощущение, что снова бессмысленно пролистываем ленту фейсбука или инстаграма, где на нас ежесекундно агрессивно и бесцеремонно обрушивается весь мусор масскультуры XXI века. Здесь важно не быть, а казаться. «Лгать и притворяться», — говорит Лариса, примеряя на себя кукольные движения. Ее красоты абсолютно достаточно для мира, в котором внешнее важнее содержания. Паратов Григория Сергеенко — не фат и не обольститель, он сдержан и отстранен, а его индивидуальность стерта костюмом-тройкой. Не один такой, а один из. Он — бизнесмен, и это полностью его определяет. Паратов любит дорогие и красивые вещи, которые привык покупать и продавать. Глаза ему заменяет камера смартфона, которую он все время направляет на Ларису, снимая ее лицо, ее глаза и волосы. Она — красивый фрагмент реальности, который он сохранит даже не в своей памяти, а в памяти телефона, чтобы выложить потом в инстаграм, поставив хэштег #нетвоя. И этого достаточно.

Сцена из спектакля.
Фото — архив театра.

Лариса единственный живой персонаж в этом спектакле. Ее сопровождает нежная мелодия песни Анны Герман «Кажется», и эти музыкальные всполохи, когда Лариса танцует за толщей полиэтиленовой пленки, — единственный момент спокойствия и тишины, когда, очнувшись, можно сделать вдох. Видит ее в эти мгновения лишь пассажир с гитарой, который ожидает своего рейса. В программке он обозначен как Стинг и ангел. Лариса Елизаветы Шакиры по-детски верит, что все загаданное «непременно сбудется», что «печаль развеется и беда откажется». В ней не ослабевает надежда вырваться — улететь. Она мечется по аэропорту, таская за собой чемодан на колесиках, в тщетной попытке догнать Паратова.

В чемодане у Ларисы оказываются свадебное платье и упаковка таблеток. Два пути. Другого не дано. Она не в силах отважиться и сделать иной выбор, кроме как подчиниться — стать дорогой вещью. Лариса надевает темные очки и мамин подарок — ошейник с металлической цепью. Карандышев, выполняя функцию «упаковщика № 2», обматывает ее полиэтиленом, как очередной чемодан на конвейерной ленте. А потом резко острым лезвием рассекает пленку.

Последние слова Ларисы о том, что она всех любит и никого не винит, звучат в прямом эфире инстаграма. Гаснет экран — заканчивается жизнь. И никаких чувств.

В указателе спектаклей:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

 

 

Предыдущие записи блога