Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

18 мая 2016

AUF WIEDERSEHEN, ЛЕНИ!

«Синий свет». М. Оучи.
Малый драматический театр — Театр Европы.
Режиссер Олег Дмитриев.

Милош Форман в автобиографии вспоминает: режиссером он решил стать после того, как впервые в детстве увидел «Белоснежку и семь гномов», мультипликационную ленту Уолта Диснея 1937 года. Яркость красок настолько потрясла пятилетнего мальчика, что он еще долго не мог прийти в себя после просмотра. Чтобы как-то взбодрить ребенка, мама купила пятилетнему Милошу мыльце в форме одного из гномов. Этот кусочек ребенок хранил — умываться ему казалось святотатством.

Рисованная «Белоснежка» — картина легендарная, вошедшая в список must see для всех, кто хочет научиться понимать киноязык. Ровно так же, как черно-белые полотна «Триумф воли» и «Олимпия» Лени Рифеншталь, европейской коллеги Уолта Диснея. По этим лентам до сих пор изучают особенности построения кадра, искусство монтажа.

Мало кто знает, но в 1938 году режиссеры встретились. Рифеншталь посетила сначала Нью-Йорк, затем Голливуд: хотела лично представить американской общественности свою «Олимпию». Ничего не вышло, фильм так и не вышел в прокат: накануне в Германии состоялись погромы, были зверски убиты тысячи евреев — та самая ночь, получившая позже название «хрустальной». Против режиссера начались массовые демонстрации с лозунгами вроде «Нацистка, убирайся домой!», и Лени была вынуждена капитулировать. Но встретиться с Диснеем ей все же удалось. С этого — ожидания свидания с мультипликатором — начинается спектакль Олега Дмитриева «Синий свет».

Сцена из спектакля.
Фото — В Васильев.

В основе постановки — одноименная пьеса Миеко Оучи. Главные действующие лица: Лени Рифеншталь (Анжелика Неволина), Арнольд Фанк (Александр Быковский / Филипп Могильницкий), Йозеф Геббельс (Александр Быковский / Филипп Могильницкий), Уолт Дисней и Адольф Гитлер (обоих играет Евгений Серзин). Такой вот интересный состав, обещающий многое. Жаль, не всегда исполняющий.

Сюжет о создании каждым своей реальности — Диснеем — мультипликационной, Геббельсом и Гитлером — политической, Рифеншталь и Фанком — кинореальности — налицо. История проецирования выдуманного мира на судьбу — тоже вещь очевидная.

«Синий свет», давший название и пьесе Оучи, и спектаклю Дмитриева, — первый фильм Рифеншталь, отнюдь не ставший для нее самым теплым. Позже режиссер о нем сказала: «В „Синем свете“ я, словно предчувствуя, рассказала свою позднейшую судьбу: Юнта, странная девушка, живущая в горах в мире грез, преследуемая и отверженная, погибает, потому что рушатся ее идеалы — в фильме их символизируют сверкающие кристаллы горного хрусталя. До начала лета 1932 года я тоже жила в мире грез…» Эта фраза звучит и в работе Олега Дмитриева. В разных вариантах ее так или иначе проговаривают все персонажи. И сходящая с ума Лени, и Гитлер, которому суждено погибнуть, и набирающий популярность, но уже крепко взятый в тиски профсоюзов Дисней. Все — победители, и все — проигравшие. Все — гении, и все — злодеи, жертвы собственной одаренности.

Героиня Неволиной, путая вымысел с действительностью, прошлое и настоящее, говорит то медленно, старательно подбирая слова, будто цепляется за эту жизнь, подлинную; то излишне суетится, щебечет, и тогда кажется, что она уже по ту сторону реальности, в мире кино, в котором ей хочется успеть сделать все по максимуму и максимально быстро. Самый момент «переключения» актрисы не всегда удается отследить, благодаря чему и появляется ощущение вечного пограничья, рожденного напластованиями, наростами, спрессованиями множества миров. Правда, к финалу Анжелика Неволина все чаще теряет состояние напряжения неопределенности пространства и все больше истерикует. Ее Лени выглядит окончательно сломленной, измученной, раздавленной. Измученной смотрится и актриса, взявшаяся сыграть трагедию потери идеала гением от искусства.

Е. Серзин (Дисней).
Фото — В Васильев.

Наиболее убедительным из всех видится Евгений Серзин, одинаково прекрасно смотрящийся в образе и полусумасшедшего коричневого диктатора Адольфа Гитлера, и притворно веселого безумца Диснея, чье первое появление в микки-маусных ушах, с мультяшным картавым голосом вызывает откровенное оживление в зале. Мотив создания империй по обе стороны океана, призрачности и эфемерности идеалов и в то же время откровенный диктат со стороны ее создателей Серзин отыгрывает четко и внятно, нигде не сбавляя обороты. Актер каким-то чудом выдерживает испытание ролью — даже двумя, не подчиняясь закону всеобщей повествовательной рыхлости, где в качестве побочных тем возникают и травмы детства; и военные истории, связанные с потерей брата; послевоенные истории обвинения Рифеншталь в потакании нацистским расправам; рассказы о ее безумии и бесконечных любовных связях с первыми лицами Рейха; игра в возможные варианты биографий; мечты о так и нереализовавшемся проекте «Пентиселея» и много о чем еще. Всего и не упомнишь — так много Олег Дмитриев решил уложить в полтора часа сценического действия, хорошенько снабдив его проекцией фрагментов картин Рифеншталь, документальных фотографий, анимационных лент Диснея.

Пока Лени ждала Диснея, она все жаловалась на духоту и бессмысленность процесса ожидания. Очень душно было и в Камерном зале МДТ. Душно от перенасыщенности историй на сцене. А смысл? А смысл каждый определяет сам, благо, тем было заявлено множество. Можно, к примеру, прийти домой и пересмотреть «Триумф воли» и «Олимпию» Лени Рифеншталь или «Белоснежку» Уолта Диснея — хорошее такое дело.

В именном указателе:

• 
• 
• 

Комментарии (1)

  1. Марина Дмитревская

    Мне не кажется, что это удача.
    Надо сказать, я воспринимала этот спектакль (ошибочно) как работу Авторского театра. Но оказалось, что это спектакль МДТ. И се-таки- Олега Дмитриева, для которого история Лени Рифеншталь встает как влитая в программную линейку. Взаимоотношения художника и власти — что сейчас острее, актуальнее, насущнее? Собственно, нет, отношения художника с любой властью остры, а актуальность темы нынче — обслуживание укрепляющейся, набирающей силу власти.В пьесе есть одна важная сцена: это когда Лени сообщает Гитлеру, что для фильма она должна перестроить линейки войск. И перестраивает. Художник прямо формирует образ эпохи.
    Но как аффектирована в роли моя любимая Лика Неволина. Как затерт ход, когда героиня как бы рассказывает свою жизнь американской продюсерше – в надежде снять фильм “Пентисилея” (мне кажется, с этого спектакль и начинается, а не с ожидания Диснея…). Как все внешне, все проговорено словами, объяснено, пережевано (плохая пьеса). Актерские приемы скудны: сто раз заколем волосы карандашом и станем молодой Лени?…) Все ужасно пафосно и, в общем… аполитично. Речь о праве художника создавать свою художественную вселенную. И зачем нам тут тогда Рифеншталь? Есть другие, с вселенными-то… А она, увы, нужна истории для другого.
    А Женя Серзин действительно по-характерному хорош и Гитлером, и Диснеем. Точен, легок, эксцентричен. Спасибо.

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.

*

 

 

Предыдущие записи блога