Петербургский театральный журнал
16+
ПЕРВАЯ ПОЛОСА

ПАМЯТИ

ПАМЯТИ ЗИНАИДЫ ШАРКО

ИХ, ЗИНКИ! КИК ХИРИШИ БИЛИ С ТИБИЙ НИ СЦИНИ! ИЛИГ1

Ушла Зина. Зиночка. Зинка. Зинаида Максимовна Шарко. Рухнула еще одна опора, на которой держался когда-то БДТ. Вся моя сознательная театральная жизнь — рядом с ней…

Почему-то возникает в памяти стерильно чистый Токио, БДТ на гастролях, мы идем в «Сиреневый» — так окрестили наши лазутчики-музыканты токийский магазин уцененных товаров. О чем болтаем — не помню, помню только, как волнующе радостно было идти рядом с ней — очаровательной, легкой; идти и болтать о том о сем… о цветах… об Игоре… о Сереже… о Ваньке… А вокруг — сияющий Токио. И каждый наш шаг — открытие невиданного, ошеломляющего чужого мира…

А вот другое — мы с ней репетируем «Варвары» — мой дебют в БДТ. У Зины в «Варварах» роль Кати Редозубовой. Помню, как с каждой репетицией набирала она звонкую и угловатую ломкость девочки-подростка, как пыхтел я, пытаясь догнать ее, приходил в отчаяние оттого, что «не выходит». А она с прямотой, свойственной хулиганке из Чебоксар, подбадривала меня:

— Басик! Не тушуйся!

Не подействовало…

С. Юрский (Адам), З. Шарко (Ева). «Божественная комедия». 1962 г. Фото Б. Стукалова

З. Шарко (Татьяна Шеметова). «Сколько лет, сколько зим». 1966 г. Фото из архива БДТ им. Г. А. Товстоногова

Е. Копелян (Ильин), З. Шарко (Тамара). «Пять вечеров». 1959 г. Фото из архива БДТ им. Г. А. Товстоногова

«Три сестры». Сцена из спектакля. 1965 г. Фото Б. Стукалова

З. Шарко (Эржебет Орбан). «Кошки-мышки». 2009 г. Фото из архива театра

З. Шарко (Сессилия Робсон). «Квартет». 2005 г. Фото из архива театра

С. Юрский (Фарятьев), З. Шарко (тетя Фарятьева). «Фантазии Фарятьева». 1976 г. Фото из архива БДТ им. Г. А. Товстоногова

Кадр из фильма «Долгие проводы»

А ее Тамара?! Ну, теперь это хрестоматия — Тамара из «Пяти вечеров». Никогда — ни на TV, ни на «творческом вечере» не щеголяла она песенкой «Миленький ты мой…». А ведь это лейтмотив ее великой роли! Роли, открывшей нам глаза на нелепую нашу жизнь, в которой так трудно сохранить главное, что есть в человеке, — любовь и правду… Никогда не разбазаривала Зина себя по пустякам, все сугубо личное мужественно хранила где-то в тайниках души своей, горестно-гордо переживала невзгоды. Никогда я не слышал от нее жалобы или просьбы о сочувствии. Словно ее Ольга из «Трех сестер»… Оля, сестра моя!.. Начальница гимназии, скупая на внешнее выражение эмоций, стройная, подтянутая! Но сколько внутренней энергии, ярости в попытке спасти семью, помочь брату, сестрам!

«Что же ты молчишь, Оля?!..»

Молчит Зина.

Редкий артист живет ради спектакля. Гложет, гложет нас змей-искуситель: «а ну-ка! покажи-ка этим… что ты лучше, талантливей, чем они все вместе взятые!»

Нет!!

Нет, только ради спектакля, во имя идеи, заложенной в него Товстоноговым, которому доверяла беспрекословно, почти обожествляя его, дышала на сцене Зина…

Няня. Тихая, незаметная тень прошлого. Старуха. Один из ветхих винтиков, на котором, поскрипывая, держится еще дом Войницких… свои заботы — куры, гуси… вязанье… Казалось бы — что ей до трагедии дяди Вани или одиночества Астрова! Но видел я вблизи глаза ее, полные сочувствия, испуга… И не на публику. Все внутри. Для спектакля. И ни вздоха — «Как это так?! Это вы мне?! Старуху?!! Это мне-то, игравшей очаровательную соблазнительницу Мели в „Лисе и винограде“, обольстительницу Еву в „Божественной комедии“?! Как вы посмели!» Ни слова. Тихая, старая, старающаяся быть незаметной…

Яростно-негодующе напала на меня: «Басик!! Что ты делаешь?! Разве так можно?! Зачем клоунаду разводишь?!! Это ведь… Это ведь БДТ! БДТ, а не цирк!!!»

Это ее реакция на мои попытки «отчуждения» в спектакле «Кафедра». Интересно, что бы с ней было, увидь она, что подчас происходит на сцене БДТ сегодня!

Милая моя подружка, молодящаяся старушенция Сисси в «Квартете»!.. Зина точно выполнила задачу, поставленную режиссером Пинигиным: «Играем о себе. О том, что мы уходим. О том, как нам дорог театр. Ходим, посмеиваясь над собой, даже преувеличивая свои старческие чудачества. Но — уходим…»

Милая подружка моя в нашей общей старости-беде, наивно, но энергично борющаяся с неизбежным… «Какое счастье! Какое счастье, Басик! Ты слышишь,

что они кричат?!!»

Это на поклонах после «Квартета» в Москве.

«Слышишь? Они кричат „Браво, БДТ!“ Не Шарко, Лавров — нет! Они кричат „Браво, БДТ!“ Театру нашему! Нашей жизни! Какое счастье!» Рука у нее дрожит… ей уже тяжело ходить… Но держится, держится из последних сил!!

Опять возникает стерильный Токио, Зина и я идем в «Сиреневый»!.. Стройная, соблазнительная, туфельками на шпильках — цок-цок-цок!

Актриса Товстоногова!

«Басик, а как ты думаешь, можно везти отсюда луковицы тюльпанов?» Цок-цок! Зина. Зиночка. Зинаида Максимовна. Прощай. Спасибо тебе! (СПИСИБИ ТИБИ!)

Олег БАСИЛАШВИЛИ
Сентябрь 2016 г.

1 Ох, Зинка! Как хорошо было с тобой на сцене! Олег. (Наш с Зиной условный язык — вместо гласных только звук «и». Никто не понимает. А мы понимаем.)

В именном указателе:

• 
• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.