Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

ХРОНИКА

ПРИЗРАК СВОБОДЫ

«Диктат шнура, полет лоскутьев». Танцтеатр «Ракасса» (Швейцария)

Первые гастроли швейцарского танцтеатра в Петербурге состоялись в ноябре 1991 года. В марте 1993 года петербуржцы познакомились с новой программой театра из Винтертура. Название спектакля — поэтический образ, скрывающий вечный конфликт рассудка и эмоций, интеллекта и чувств.

На сцене Театра на Фонтанке, где выступала «Ракасса», в напряженный диалог вступили звуковой хаос и четкие ритмы (музыкальная композиция Джона Отиса, Даниэла Саммерса), линейность каната и волны мягкой ткани, черно-белая графика и яркая живопись декораций и костюмов Боубкера Тажуити. Движения трех танцовщиц (Ана Тажуити-Грегпи, Сана Бек и Сусанна Ветли) подчинялись то формальной логике жестких ритмов, то прихотливой мелодии струящихся тканей. Рождающуюся гармонию то и дело взрывали эпилептические изломы настроений. С мазохистским упорством танцовщицы привязывали себя к канату-логосу, самозабвенно кружились на нем и вдруг срывались в океан тканей, дивный лес волшебных мелодий. Спустившиеся откуда-то сверху многоцветные полотнища тканей колыхались, как от легкого ветерка. Слышался голос волн, шум прибоя. Райский лес очаровывал путниц. Забыв о земном притяжении, они, как нимфы, порхали по сцене, копируя лучшие балетные па. Или, упоенные радостью жизни, вдруг останавливались, переводя дыхание, и пели песню без слов. Хором голосов откликался первобытный пес. Но люди снова теряли блаженство Эдема. Инстинкт постоянства, порядка подталкивал их к новым оковам. Свободно дышащие ткани скручивались канатом. Возникал круг — западня. В нем лихорадочно бились трое. Лишив себя крыльев, они стремились их вновь обрести.

В танце «Ракассы» (хореограф Ана Тажуити-Грегли), как в жизни, сочетались контрастные начала: интуитивная проникновенность и логическая выстроенность, элементы классической хореографии и модерн-танец. Совмещались времена и пространства, вечное и сиюминутное, космическое и социальное. В музыке, сценографии и танце сплетались мотивы Запада и Востока. Африканский орнамент тканей и жесткие западные ритмы, пластика египетских миниатюр и степ-танец. Как прилежные ученицы, танцовщицы рисовали канатом-логосом знаки-иероглифы и сами расшифровывали их в движении и слове: «Логи, поги, социологи, логи, логи, сексологи, логи, логи, физиологи…» Принцип композиции — циклическая повторяемость; одна и та же тема прочитывалась разными способами на различных уровнях: философском, мистическом, абстрактно-логическом.

«Ракасса» пыталась говорить на универсальном художественном языке. Эта попытка вызывала неоднозначные реакции: озадачивала, раздражала, восхищала. Одного из режиссеров драматического театра взволновала яркость и емкость звучащего слова, рождающегося здесь как необходимость. Слово, наряду с пластическими и музыкальными образами, обретало глубину символа. Материя чувств (полет лоскутьев) и линейность логики (диктат шнура) соединялись в единую символическую форму, создав призрак раскованности в мире оков и правил.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.