Петербургский театральный журнал
16+

ПАМЯТИ АЛЕКСЕЯ АРЕФЬЕВА

«Здравствуй, мой маленький дружок!» — звучал под сводами театра приятный мужской голос с едва уловимой хрипотцой. С первыми произнесенными словами огромный тюзовский зал становился удивительно маленьким, теплым и уютным. Театр начинал свой разговор со зрителем голосом одного из лучших своих артистов. Этот голос не мог обмануть и принадлежал Алексею Арефьеву.

Другого такого артиста для зрителей ТЮЗа начала 1980-х не существовало. На Арефьева ходили, в него влюблялись, его боготворили. Он был идеалом, кумиром, героем нашего времени. Красивый, загадочный, с уже пробивающейся сединой. Не принц, нет. В его героях странно сочетались удивительное мужское обаяние и детская растерянность от того, что мир пытается подмять под себя; ощущение крепкого надежного плеча и нежная суровость. Мы, делегатки 80-х, не хотели, чтобы он играл отрицательных персонажей, «злодеев». Он был той звездой, мечтой о будущей взрослой жизни, где обязательно встретится именно такой герой — умный, тонкий, ранимый, понимающий тебя с полуслова, полувзгляда.

Он был искрометным и бесшабашным Антифолом в «Комедии ошибок», нежным трепетным Бемби, мужественным и непреклонным декабристом Завалишиным в «Вокруг площади», заботливым, наивным и строгим Балетмейстером в «Памяти», не павшим духом Джорджем из «„Профессии“ Айзека Азимова». «Вне игры» и «Баллада о славном Бильбо Бэггинсе», «Наш Чуковский» и «Дети, дети, дети» — редкий спектакль репертуара шел без его участия. Как пронзительно звучала его фраза в миниатюре по Булгакову: «Я куплю Славке велосипед». Интонация, которую невозможно повторить. Не зря же после ухода Арефьева в Ленком его голос продолжал приветствовать зрителей, входящих в зал ТЮЗа. На творческих вечерах театра после его ухода стало одной гитарой меньше. «Было или не было» больше было некому петь.

В Ленкоме он играл и пел по-другому. Возможно, там он хотел увидеть «голубые небеса и фиолетовые горы»… Но несколько лет подряд, по его словам, сталкивался со знакомыми по ТЮЗу внимательными любящими глазами своих зрителей, которые могли в зале Ленкома садиться на любой ряд, не следуя делегатскому правилу «не ближе пятого».

Совсем недавно он вернулся в ТЮЗ со своей режиссерской работой и должен был сыграть на любимом Пятом этаже, на малой сцене.

Мы ждали эту премьеру.

Наталья КОЛОКОЛОВА

Алексей был отцом моих любимых двух ролей — Бемби взрослый и Антифол в «Комедии ошибок» Шекспира. Это были его студенческие работы на курсе у Зиновия Яковлевича.

Когда же Корогодский решил эти два спектакля перенести на сцену ТЮЗа, он назначил меня сначала на одну, потом на другую роль. Но время делает свои поправки, и через несколько лет эти роли снова вернулись к Алексею. Потом мне довелось быть его отцом, и тоже дважды: в пьесе Кафки и в пьесе Карпова.

Боготворимые наши с Лешей дочки — его Анна и моя Аглая — родились в разные годы, но 24 августа, так же как и моя внучка Варвара. И счастье-то, что много лет мы были с Алексеем родственниками, и клан Хватских, Ложкиных, Соколовых, Ивановых, Арефьевых был непоколебим.

Николай ИВАНОВ

В свое время я была приглашена З. Я. Корогодским на курс, где учился Леша Арефьев, для участия в их дипломном спектакле «В гостях у Донны Анны». Курс этот был одним из самых талантливых курсов Зиновия Яковлевича, и особенно обращал на себя внимание какой-то своей ранней человеческой зрелостью Алексей. Будучи натурой многообещавшей, с ярко выраженными чертами художественного лидера, Алексей вместе с тем был очень хрупким и ранимым и, может быть, поэтому часто закрытым и загадочным, но удивительно чутким, умевшим понимать все с полуслова. За время его работы в ТЮЗе мы не раз были на сцене партнерами, и, хотя потом жизнь развела нас по разным театрам, я не переставала следить за ним и чувствовать его ко мне нежное, какое-то ученически-трепетное и почтительное отношение, зародившееся еще тогда, во время работы над «Донной Анной». Алексей был разносторонне одарен — он писал стихи, пьесы, ставил спектакли и всегда при наших случайных встречах говорил, что напишет для меня пьесу об Анне Ахматовой. Уже не напишет… Уже не сыграет огромного количества ролей, которые его, несомненно, ждали…

Антонина ШУРАНОВА

В именном указателе:

• 

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.