Петербургский театральный журнал
Блог «ПТЖ» — это отдельное СМИ, живущее в режиме общероссийской театральной газеты. Когда-то один из создателей журнала Леонид Попов делал в «ПТЖ» раздел «Фигаро» (Фигаро здесь, Фигаро там). Лене Попову мы и посвящаем наш блог.
16+

В ОБРАТНОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ. ПЕЧАТНЫЙ ЛИСТ

ПЕРВЫЙ ТЕАТРАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛ В РОССИИ

Russische Theatralien, Санкт-Петербург

Как это ни покажется странным, но первый театральный журнал в России издавался на немецком языке. Во второй половине прошлого столетия среди актеров петербургского немецкого театра был некто Зауервейд*. Известно о нем очень мало, но в тогдашней немецкой труппе занимал он довольно видное место, играя роли la manteaux и комических стариков. Это было амплуа важное и на русской сцене его поровну делили знаменитый товарищ Волкова и Дмитревского Яков Шумский и менее знаменитый любимец Императора Павла, Крутицкий. Зауервейд и был издателем и составителем первого нашего журнала, посвященного специально театру — «Russische Theatralien». Первая книжка журнала вышла в октябре 1784 года. Таким образом еще за три года до заявления «Драматического Словаря» и двадцатью четырьмя годами ранее «Драматического Вестника» у нас уже существовал театральный журнал. Какие задачи имело в виду это предприятие и в каких размерах предполагалось вести дело, объясняет нам сам Зауервейд в извещении, которым открывается первый нумер.

*Зауервейд Иоганн (умер до 1808 г.), комический актер, отец известного художника-баталиста Александра Ивановича Зауервейда (1782-1844). Его дочь — актриса немецкого театра в Петербурге, бывшая замужем за директором. постановщиком и антрепренером этого театра Иосифом Мире.

«С тех пор, как начал существовать в России театр,— говорится здесь, — он и на себе испытал и сам произвел немало разных перемен. Он влиял на публику, а многие высокопоставленные и частные лица своими дарованиями, положением и силою, в свою очередь, повлияли на него. Но что же обо всем этом мы знаем? Мало или совсем ничего! Теперь театр находится под высочайшим покровительством, вся Германия желает иметь о нем известия и получает или немногие или совершенно ложные.

«Более двадцати лет прошло с тех пор, как я сделался здесь в России актером, и я всегда желал и надеялся, что найдутся, наконец, знатоки театра, которые возьмут на себя труд сообщать о нем известия. Напрасно! — Теперь вынужденный нездоровьем не покидать, насколько возможно, своей комнаты и по-старому все еще привязанный всем сердцем к театру и публике, я для разъяснения предпринимаю настоящее театральное издание. Здесь намерен помещать и старые, и новые известия о театре в России и сделать общими и доступными для любителей некоторые мысли о театре».

Хранится в Российской Национальной библиотеке. «Russische Theatralien», фотоколлаж

Хранится в Российской Национальной библиотеке.
«Russische Theatralien», фотоколлаж

(…) Вся книга распадается на следующие восемь отделов:

I. Дар благоговения и преданности, пролог на день тезоименитства императрицы, заключающийся в прославлении Екатерины Марсом, Нептуном, Талией и др. Пролог был впервые представлен 25-го ноября 1770 года.

II. Сцена из ненапечатанной комедии сочинения Зауервейда

III. О названиях: «комедиант, комедианты», статья издателя Зауервейда. Он вооружается здесь против названия актеров комедиантами (Komodiant), так как тем же именем называют и акробатов, и плясунов по канату, и тому подобных людей и предлагает другое общее слово: актер (Schauspieler).

IV отдел посвящен истории театра. Указав, что все частные истории театра в Москве, Риге, Ревеле, Митаве и Петербурге со временем должны составить одну общую «Историю театра и драматического искусства в России», автор (Зауервейд) объявляет, что намерен заняться собиранием для нее материалов и разделением этого материала по эпохам. Немецкий театр — старейший в России и на русский театр имел первое и наибольшее влияние. На первый раз автор и печатает: «Отрывочные заметки к истории немецкого театра в России. Первая эпоха». Под таким заглавием сделана выписка из известной статьи Штелина: «Краткое известие о театральных в России представлениях от начала их до 1768 года».

(…) V отдел занимает статья неизвестного петербургского театрала — немца. Автор сетует на современные театральные зрелища, но фактов интересных не сообщает. Из его слов только видно, что в прошлом веке актеры так же, как теперь, плохо учили свои роли, и зрителям приходилось слушать сперва суфлера, а потом уже актеров.

VI отдел — самый важный. В нем говорится о современном состоянии петербургских театров. Как ни сухи и скудны сообщаемые здесь сведения, но при бедности современных источников, они имеют несомненное значение для истории театра. В 1784 г. были четыре казенных труппы: русская, французская, итальянская и немецкая и, кроме того, еще балетная. Все труппы состояли в ведении особо устроенного в 1783 году театрального комитета. Зауервейд дает списки актеров, составлявших все эти труппы.

(…) VII отдел книги составляют корреспонденции из Данцига некоего Штроделя, из Риги (две) и из Москвы. Из первой узнаем о бедственном положении кочующих немецких трупп, игравших в Риге, Митаве и, наконец, переехавших в Данциг, и о впечатлении, которое производила в Митаве трагедия Вейссе «Жан Калас». Из Риги сообщали, от 2 апреля 1784 г., об открытии 15 сентября 1782 года в Риге фон-Фитингофом нового немецкого театра и о его делах.

(…) VIII и последний отдел журнала Зауервейда представляют разные известия. Тут в диалогической форме рецензия на игру одной немецкой актрисы и несколько анекдотов, в которых рисуется пренебрежительный взгляд современников на актеров.

Вот и все содержание нашего первого театрального издания… Без сомнения, наивен был расчет Зауервейда, что в Германии заинтересуются узнать, какие цены на места в петербургских театрах, а для России театральное издание было совершенно ненужной роскошью. На театр в прошлом веке публика смотрела еще только как на полезную забаву, и вопросы истории и философии драматического искусства никого не интересовали. Известна острота графа Ф. В. Растопчина, когда в Москве, перед 1812-м годом, открылся новый Арбатский театр. «Это хорошо, — сказал он, — но недостаточно: нужно купить еще 2000 душ, приписать их к театру и завести между ними род подушной повинности, чтобы по очереди высылать по вечерам народ в театральную залу: на одну публику нельзя надеяться». В этих словах лучшее объяснение неудачи, которая постигла журнал Зауервейда и неизменно постигала почти все позднейшие театральные издания. Только в самое последнее время замечается в публике поворот к лучшему и будем надеяться, что этот поворот — не минутное увлечение.

Из журнала «Артист» за 1890 год. Публикуется с сокращениями

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Оставить комментарий
  • (обязательно)
  • (обязательно) (не будет опубликован)

Чтобы оставить комментарий, введите, пожалуйста,
код, указанный на картинке. Используйте только
латинские буквы и цифры, регистр не важен.